Публицист Винников: США, НАТО, ОБСЕ — Россия взяла тройной аккорд
17 января истекает месячный срок ответа со стороны США и НАТО на предложения МИД РФ по безопасности. Ожидается, что свое «нет», уже единогласно высказанное на консультациях 10–13 января, наши западные «партнеры» дисциплинированно «положат на бумагу», после чего наступит время «военно-технического ответа» с российской стороны. И, возможно, не только с российской, поскольку в Пекине высказали полную поддержку инициативе Москвы.
Сказать, что на Западе по этому поводу сейчас царит паника, было бы неоправданным преувеличением, но существенный дискомфорт там явно испытывают, и с каждым днем этот дискомфорт только нарастает. Хотя бы потому, что уже обозначенная готовность России разместить свои крылатые и гиперзвуковые ракеты в непосредственной близости от территории Соединенных Штатов никого в Вашингтоне не обрадовала. Помощник президента США по национальной безопасности Джек Салливан пообещал «жесткую реакцию» Америки на такой шаг. Следовательно, Россия получит право на столь же «жесткую реакцию» в отношении американских ракет, размещенных возле наших границ. С этой целью, как уже заявлено, дополнительные силы будут направлены в Калининградскую область и, что не менее важно, в Крым — для блокирования южного фланга НАТО, включая Турцию.
Еще более показательным является тот факт, что отказываться от выдвинутых месяц назад условий Россия не собирается и продолжать дипломатический диалог на эти темы не намерена, хотя и США, и НАТО заявили, что «держат двери открытыми». Но на дальнейшие «разговоры ни о чем» в Москве тратить время не видят смысла. В этих условиях для коллективного Запада самым оптимальным выходом выглядит война между Украиной и Россией. И не просто война, но «российская агрессия», «неизбежность» которой вовсю раздувается как соответствующими заявлениями официальных лиц, так и информационной кампанией в глобальных массмедиа. Причем и те, и другие уже не скрывают, что «спусковым крючком» для конфликта должен стать «новый Глайвиц», то есть провокация с украинской стороны, якобы подготовленная и «под чужим флагом» осуществленная Россией.
Ни для кого не секрет, что подобные операции — «ноу-хау» как раз наших западных «партнеров», но не России. Хотя это, конечно, ни для кого в данной ситуации не аргумент. Как и апелляция к извечному «Cui prodest?» («Кому выгодно?»). Все понимают, что у России сегодня нет никакого смысла нападать на Украину — наоборот, с момента госпереворота 2014 года в Киеве политика Москвы строилась на том, чтобы максимально снизить свою зависимость от Киева, а не «вернуть утраченное». В это были вложены десятки и даже сотни миллиардов долларов, проложены обходные газопроводы, созданы импортозамещающие производства и т. д. И никаких причин для того, чтобы изменить эту политику, у России сегодня нет.
А вот для коллективного Запада — есть. Потому что такая война должна задействовать часть ресурсов России, а также, не ставя сразу под удар ее разжигателей, может в третий раз поразить континентальную Европу и Россию. Старый, испытанный в двух мировых войнах ХХ века рецепт, который вновь может быть применен на практике. И обещание Путина бить не только по исполнителям, но и по центрам принятия решений, видимо, никого пока в этих самых «центрах» не пугает, поскольку там по-прежнему убеждены в своей «невидимости», а потому и принципиальной безнаказанности. Явной «пробой пера» в данном отношении стали казахстанские события, «центр управления» которыми не был ни назван, ни подвергнут «ответному удару» (во всяком случае, в открытом режиме).
Поэтому Виктория Нуланд заявляет о 18 вариантах причинения «острой боли» России в случае «нападения на Украину», Зеленский требует от своих западных кураторов «адских санкций» против РФ в превентивном порядке, даже не дожидаясь «нападения», а в НАТО готовы принять доселе нейтральные Швецию и Финляндию, непосредственно граничащие с Россией. Все эти угрозы «кнутом» сопровождаются и приманкой «пряниками» наподобие снятия санкций с «Северного потока — 2», обещаниями не принимать Украину, а также Грузию и Молдову в состав НАТО и т. д., и т. п. Такой «разнобой» свидетельствует лишь о том, что единой стратегии, а тем более — тактики действий по отношению к России коллективным Западом не выработано.
Здесь важно еще и то, что Россия не ограничилась консультациями с США, но, пойдя навстречу американской стороне, утверждавшей, что не может решать проблемы безопасности без участия союзников, тем самым размывая свою ответственность, дополнила эти консультации аналогичными мероприятиями с НАТО и ОБСЕ — казалось бы, бессмысленными и даже игравшими на руку нашим западным «партнерам», которые с удовольствием использовали площадки в Брюсселе и Вене для того, чтобы обсуждение проблем безопасности заместить обсуждением «российской агрессии». Но в ходе столь увлекательного процесса получили возможность высказаться все, и эти их высказывания теперь, как говорится, зафиксированы и подшиты к делу.
Тем самым в отношении российских предложений по безопасности (или, скорее, все-таки требований, воспринятых на Западе как «ультиматум Кремля») прозвучал тройной — США, НАТО и ОБСЕ — аккорд несогласия. Не очень слаженный, но все-таки достаточный для того, чтобы после этих звуков Россия начала формирование собственного контура безопасности, раз уж любая суверенная страна вправе сама выбирать свой путь и своих союзников.
Выше уже упоминалось о том, что позиция, выбранная коллективным Западом, включает «зеленый свет» для публичного оформления российско-китайского военно-политического союза, но этим вектором ситуация не исчерпывается. В этой связи стоит упомянуть, например, запланированный на 3 февраля визит в Москву президента Аргентины Альберто Фернандеса — напомним, что эта латиноамериканская страна в свое время предприняла попытку вернуть себе спорные Фолклендские (Мальвинские) острова, что привело к войне с Великобританией. И даже призрачная возможность того, что данная проблема может вернуться в актуальную повестку дня, для Лондона весьма болезненна — тем более что визит Фернандеса тесно привязан по времени к поездке президента России в Пекин на открытие зимних Олимпийских игр 4 февраля.
А ведь Аргентина — далеко не единственная страна мира, которая может присоединиться к союзу Пекина и Москвы. Даже в Латинской Америке, не говоря уже о государствах Азии и Африки (пока никто ШОС и БРИКС не распускал и эти организации не покидал). То есть военно-технический ответ в исполнении России окажется на деле военно-политическим и даже еще более многомерным. И нейтрализовать его через блеф с жертвой лимитрофов (не только Украины, но и Польши, Прибалтики, Грузии, Молдовы и т. д.) у США и их союзников вряд ли получится. Так что риски для них уже сейчас неприемлемо велики.