Юбилей протестов напомнил о лицемерии властей Латвии
Ровно 10 лет назад латвийские власти разогнали митинг против закрытия больницы, а до того в Риге вспыхнули настоящие бои между оппозицией и полицией, действовавшей предельно жестко. Тем не менее Латвия имеет наглость регулярно «учить жизни» Россию, попрекая ее разгоном несогласованных акций. Пришло время напомнить Латвии о страницах ее собственной истории.
«Грубые задержания на улицах Москвы, где люди вышли отстаивать демократию... показывают, что российские власти нарушают основные права человека – на свободу собраний и выражения мнений», – заявил министр иностранных дел Латвии Эдгар Ринкевич. При этом Латвия призвала ОБСЕ осудить подобные действия российской стороны.
Между тем в субботу исполняется ровно 10 лет событиям в латвийском городе Бауске, жители которого митинговали против закрытия больницы, но были разогнаны силами полиции и прибывшего из Риги спецназа. Ранее в том же году латвийские силовики очень жестко подавили беспорядки в Риге. Тогда многие участники акции получили физические травмы, а позже стали фигурантами уголовных дел. Люди это запомнили – с тех пор жители Латвии предпочитают «протестовать ногами».
«Народ сегодня не просит, а требует!»
Свою готовность подавлять недовольный «народишко» силовыми методами латвийские чиновники впервые продемонстрировали еще в 1990-х – на русских пенсионерах. В марте 1998 года выходившая в Риге русскоязычная газета «Панорама Латвии» опубликовала призыв журналиста Инны Харлановой об организации митинга против высоких тарифов на коммунальные услуги. Многие из пожилых читателей газеты на этот призыв откликнулись, поскольку коммунальные счета пожирали более чем скромные пенсии почти полностью.
3 марта 1998 года у Рижской городской думы собралось не менее 2 тыс. человек. Латвийские власти бросили на их разгон полицейских, и те обрушили на стариков удары дубинок. Многие получили ранения, а пенсионера Владимира Артемьева на следующий день после разгона митинга сразил инсульт со смертельным исходом.
Значительная часть латышской общественности тогда отнеслась к произошедшему с благодушием – ведь большинство участников разогнанного митинга составляли русские. Но прошло 11 лет – и с не меньшей жестокостью начали разгонять и избивать самих латышей.
В 2009 году экономика Латвии буквально обрушилась, население впало в панику. Мировой экономический кризис оказал на страну крайне негативное воздействие: предприятия начали лопаться, как мыльные пузыри, а люди оставались без работы. При этом власти потратили огромные деньги на спасение гибнущего частного банка Parex – именно того, в котором держали свои средства представители правящей элиты.
На краю банкротства оказалось само государство, вынужденное сделать громадные внешние займы. Правительство Ивара Годманиса боролось с кризисом путем урезания всяческой «социалки» – сокращало расходы на здравоохранение, на социальные выплаты, на образование, на бюджеты самоуправлений. Нетрудно догадаться, что эти меры вызвали массовое недовольство. И, что опять же неудивительно, нашлись политиканы, решившие оседлать волну протеста, чтобы на ее гребне прорваться к власти.
В январе 2009 года оппозиционные латвийские партии «Общество за другую политику», «Гражданский союз» и «Новое время» призвали жителей страны выйти на Домскую площадь в Риге и высказать властям свое недовольство. Организаторы митинга со своей задачей справились: в акции участвовали примерно 15 тыс. человек. Сперва мероприятие проходило относительно мирно: хор исполнял латышские народные песни, а политики выступали с пламенными речами, призывая президента Валдиса Затлерса досрочно распустить тогдашний состав парламента как не справившийся со своими обязанностями.
«Народ сегодня не просит, а требует ответа от своих правителей: где ваша совесть? Где ваша порядочность?! Никто не имеет права взбираться на плечи народа. Человек, который не слышит глас народа, не должен быть у власти!»
– гремел сопредседатель «Общества за другую политику» Артис Пабрикс (ныне – министр обороны Латвии).
«Меня поразил нигилизм властей»
Когда официальная часть митинга закончилась, один из его организаторов Айгар Штокенбергс (позже – министр юстиции) призвал присутствующих идти по домам. Но толпа расходиться отказалась и направилась к зданию сейма. Участники митинга попытались войти внутрь, но на их пути встали сотрудники полиции и бойцы спецотряда Alfa. Вскоре закипело сражение: силовики применили дубинки и слезоточивый газ, а протестующие швыряли в них яйца, бутылки и булыжники, выбив окна в здании парламента.
Беспорядки перекинулись на другие улицы Старой Риги, толпа атаковала здания Латвийской национальной библиотеки, министерства финансов, Службы госдоходов, банка Parex. Местами перешло в бунт – некоторые протестующие переворачивали полицейские машины и пытались их поджечь. На них бросили дополнительные силы полицейских, снабженных спецсредствами.
Постепенно толпу разделили и вытеснили в глухие тупики, беспорядки удалось подавить. Во время столкновений у здания Сейма ранения получили 30 человек, еще 28 пострадавших пришлось госпитализировать. В общей сложности полиция задержала 126 человек
Сильнее всех пострадал 16-летний Эдгар Горбань – ему выбили глаз. Позднее он рассказывал: «Да, я признаю, что кидался камнями и пинал полицейские щиты. За это меня и осудили. Но я действительно не знаю, что было в голове у того «альфовца», который в меня стрелял с расстояния в 10 метров. Конечно, я знаю, кто в меня стрелял, знаю его фамилию и звание. По инструкции полицейский должен был произвести первый выстрел в воздух, но он этого не сделал. Он стрелял на поражение».
Никто из силовиков наказания за выбитый глаз Горбаня не понес. «Помню, как сильно прессовал меня полицейский из Бюро внутренней безопасности Госполиции, как заставлял меня менять показания... В поисках справедливости мы обошли все судебные инстанции Латвии, на очереди был Европейский суд по правам человека, но у моей семьи уже не хватило на него средств», – рассказывал Горбань.
Ранения получили и некоторые сотрудники полиции. 67 задержанным предъявили обвинения в активной поддержке массовых беспорядков, связанных с погромами, поджогами, уничтожением чужого имущества, применением силы в отношении представителей власти. Некоторым удалось отделаться штрафами и исправительными работами, а другие попали в тюрьму – как Горбань, вышедший из мест лишения свободы лишь в начале 2014-го.
Последний из задержанных по делу о так называемой революции камней, исследователь латгальского фольклора и певец Ансис Атаолс Берзиньш был экстрадирован в Латвию из Чехии уже в марте 2018 года и помещен в Рижскую центральную тюрьму. Тогдашний президент Латвии Раймонд Вейонис отказался помиловать Берзиньша. В свое оправдание Берзиньш говорил:
«Когда я пришел на митинг, меня поразил нигилизм властей: ни один из государственных мужей не счел нужным прийти и поговорить с народом. Организаторы мероприятия тоже не были на высоте: митинг с лозунгом «Распустить Сейм!» завершился непростительно рано. Многим, включая меня, показалось закономерным пойти к Сейму и продолжать скандировать этот лозунг. Но полное игнорирование со стороны должностных лиц продолжалось (как выяснилось позже, спикер Сейма Даудзе вместе с норвежскими коллегами в то время ужинал неподалеку). В латышских традициях (например, в шествии ряженых) здание символизирует его обитателей. Некрасивое поведение обитателей здания может вызвать порчу здания. Поэтому я решил бросить в здание Сейма камень, что и сделал несколько раз. Я подчеркиваю – только в здание, не в полицейских...»
«Значит, людям надо умирать!»
В выигрыше от разгона митинга остались его организаторы из «Общества за другую политику», «Гражданского союза» и «Нового времени», объединившиеся через год в новую партию «Единство». Общественное возмущение было столь велико, что вскоре премьер-министру Ивару Годманису пришлось уйти в отставку. Его сменщиком стал член «Нового времени» Валдис Домбровскис (подробнее о нем газета ВЗГЛЯД писала здесь), возглавлявший правительство в течение почти четырех лет. Что касается «Единства», то оно по результатам парламентских выборов 2010 года стало самой влиятельной партией в стране и оставалось таковой в течение восьми лет, пока окончательно не растеряло рейтинги.
Имели место конспирологические теории, что организаторы митинга (те же Пабрикс и Штокенбергс до 2009-го были министрами и мечтали вернуться во власть), пользуясь своими связями в силовых структурах, специально довели ситуацию до обострения. Ведь сейм сначала почти никто не защищал – у парламента было чуть больше десятка экипированных полицейских.
Глава полицейского профсоюза Агрис Суна рассказывал, что изначально руководство МВД проигнорировало сообщения о толпах агрессивной молодежи, направлявшейся в Старую Ригу. «Министр внутренних дел Марек Сеглиньш сидел у себя дома в Марупе, попивал винцо и посылал пьяные эсэмэски политическим противникам. Которые потом они мне показывали», – поведал, в свою очередь, политтехнолог Марцис Бендикс.
Как бы там ни было, но бывшие организаторы митинга, дорвавшись до власти, вели ровно ту же политику, за которую они упрекали Годманиса – всевозможные урезания и сокращения. Особенно пострадала медицина: Домбровскис доказывал, что в условиях демографического упадка иметь на страну 59 больниц – непозволительная роскошь, поэтому он за несколько лет сократил их до 35, а велись разговоры и об урезании до 24. Подобная «реорганизация» предсказуемо вызвала гнев населения, а наиболее острая ситуация сложилась в городке Бауска (около 10 тысяч населения).
Местные жители протестовали против намерения минздрава оставить в местной больнице только один круглосуточный травмпункт и одно–два койко-места для самых тяжелых больных. «Эта больница хорошая, там очень качественная аппаратура, нет долгов, нет кредитов. Теперь, если ее не будет, куда нас повезут? В Ригу, в Елгаву? И где эти скорые машины? А если авария на наших дорогах? Что будет? Значит, людям надо умирать! Если очень больной человек в одном конце волости и еще один больной – в другом, а если еще кто-то рожать собирается, то тогда надо делать выбор: кого везти и как?» – возмущался мэр Бауски Валдис Вейпс.
Утром 31 августа горожане, дабы довести свою позицию до властей, заблокировали оба городских моста – через реку Мемеле по направлению в Ригу и через реку Мусу по направлению в Рундале и Елгаву. Люди с плакатами стали собираться около 10 часов утра, и вскоре их было уже свыше 500. Многие явились с маленькими детьми, выставив коляски на проезжую часть.
Протестующие пропускали только машины скорой помощи, остальной транспорт был вынужден дожидаться окончания акции. Они требовали встречи с руководством министерства здравоохранения.
Никто из чиновников высшего ранга в Бауску не поехал. Вместо них к месту акции прибыли из Риги спецподразделения, обученные для разгона толпы. Людей вытеснили с моста через Мемеле, а минут через 20 «спецназовцы» очистили и мост через Мусу.
В отличие от ситуации в марте, протестовавшие в Бауске были настроены исключительно мирно, но на переговоры с ними идти не захотели и требований их не удовлетворили.
Не стоит удивляться тому, что начиная с 2009-го отток населения из Латвии усилился. За 10 лет уехали около 300 тыс. человек. Для страны, население которой составляет менее двух миллионов, это серьезная потеря.
Андрей Винников,
Латвия