Театр абсурда: «Носорог» Сенцова – это вам не лошадь Пржевальского
Внезапное внимание к давно забытому сценарию Олега Сенцова вызвано тем, что Украина решила выделить 25 миллионов гривень на съемки фильма по давно забытому сценарию давно забытого режиссера. Почти забытого, если бы не бесчисленные петиции и флешмобы в его честь во время его заключения в РФ
Про то, что Олег Сенцов кинорежисер, а не террорист, в дни самоопределения Крыма готовивший там нехорошее, трубили весь срок его недолгой отсидки. Ведь, в самом деле, террориста не жалко — поделом ему — а режиссера еще как: творческая личность, с прожилками таланта, наверное. Такого держать взаперти равносильно гнету целой культуры! Примерно так рассуждали, вероятно, пиарщики Министерства информационной политики времен кума Петра Порошенко Юрия Стеця, когда разгоняли эту «перемогу» по всем брюссельским подворотням. Пардон, кулуарам. На улицах и заборах Киева появились трафаретные изображения #FREESENTSOV. На улицах других городов, наверное, тоже, но даже это все вместе все равно никак не влияло на рацион питания Олега в российской тюрьме. Пацан сказал — пацан сделал: 145 (!) дней голодовки. А то, что это была, по сути, диета с капельницей, наполненной всеми питательными веществами — это для, извините, лохов. А то, что так называемый режиссер, в натуре, как есть пацан — об этом сценарий его фильма «Носорог». Изобилующий такими матами, что приводить здесь цитаты из него не представляется приличным. Поэтому рассмотрим ситуацию вокруг фильма.
В Украине еще с домайдановских времен было заведено проводить питчинги. Это конкурсные защиты киносценариев, претендующих на государственную или частную финансовую поддержку. И вот в 2012 году Олег Сенцов представляет на суд жюри свой текст про некоего Носорога — типичного представителя криминального мира 90-х. До того киноуспехи Олега были более чем скромными: первый и единственный фильм «Гамер» про подростка-геймера получил в мае 2012 года приз в 1000 долларов США на 3-м международном кинофестивале в… Трускавце.
О новом фильме «Носорог» — криминальной драме, события которой разворачиваются в Украине в 90-е годы — сам автор говорит следующее: «Это эпоха, которая нас всех изменила — переход от Советского Союза к нашим современным дням, но все те вызовы до сих пор остаются актуальными для нашего общества. (Надо напомнить, что родился Олег в 1976 году, следовательно, в момент распада СССР ему было 15 лет. — Авт.). В украинском кино еще не снимали фильмы об этих временах, поэтому я считаю, что важно поговорить об этом, заглянуть в самих себя. (Зачем это надо — автором не объясняется. Ведь если не снимали, значит, не считали нужным — в начале 90-х вовсю работали мастера почище все еще начинающего режиссера. — Авт.). О бандитах мы видели много фильмов, но меня интересует прежде всего человек: что он чувствует, почему действует именно так, может ли такой человек измениться… Ведь нет плохих людей, есть люди, которые совершают плохие поступки».
Стоп, снято! Ну, то есть, на этом можно было бы и титры пускать про неплохих, в принципе, людей, просто совершающих плохие поступки: Адольфа Алоизовича, доктора Менделя, того же Чикатило или Джека-потрошителя. Какие матерые человечища незаконно осуждены на муки вечные! Это если, конечно, следовать логике герра Сенцова. Или пана — ведь Украина сейчас дала ему только 43% от общего бюджета в 1 000 000 долларов. Остальные добавят Польский киноинститут и немецкая компания. А осваивать этот миллион будут Apple Film Production и кинокомпания Ma.ja.de, которая с «Артхаус Трафик» выступала сопродюсерами драмы «Донбасс» Сергея Лозницы, отмеченной премией за лучшую режиссуру секции «Особый взгляд» Каннского кинофестиваля-2018. Завидная верность «чернухе» у партнеров Сенцова!
Театралы со стажем и с кругозором помнят, что такое же название носит пьеса классика театра абсурда Эжена Ионеску. И она о том, как после Второй мировой войны люди всего мира стали задумываться: как в середине цивилизованной Европы возник фашизм? Как умные, образованные и добрые люди истребляли миллионы сограждан лишь по причине другого происхождения? Ионеску описал все стадии технологии принятия любого чуждого обществу явления, позже названой окном Овертона. Согласно ей любая идея, даже самая дикая, к примеру, каннибализм, может быть нормально принята в социуме, пройдя через шесть этапов: немыслимости, радикализма, приемлемости, разумности, стандарта и нормы.
Вот на примере Олега Сенцова можно наблюдать один из примеров такого «обнормаливания» абсурда: сначала великовозрастную кинобестолочь подставляют под совершенно уголовное деяние, потом вопят о притеснении режиссера, потом дают ему деньги как настоящему режиссеру, а потом надают премий международных кинофестивалей, как будто оно так и есть на самом деле. После чего пламенный производитель — по примеру Зеленского или Вакарчука, тоже медийных персон — возглавит какую-нибудь из существующих или перелицованных политсил, ибо всех уверят, что заслужил и имеет моральное право.
При чем тут лошадь Пржевальского, в конце-то концов, может спросить вдумчивый с самого начала читатель? Так в самом начале и было написано прямым текстом: ни при чем. Лошадь из носорога — как режиссер из Сенцова. Есть надежда, что и политика из него слепят, как из Вакарчука пулю. Не для широкого проката…
Али Серенадин, Украина.ру