Как военный преступник стал героем Польши
Время от времени польские политики разного уровня — вплоть до «начальника Польши» Ярослава Качиньского — ритуально заламывают руки в отношении героизации военных преступников на Украине. Однако Киев всего лишь является примерным учеником Варшавы, которая за последние десятилетия возвела в ранг национальных героев множество людей, на руках которых кровь десятков мирных жителей — в том числе и поляков. Одним из них является Зыгмунт Шендзеляж, более известный по псевдониму Лупашка.
Шендзеляж родился 12 марта 1910 года в семье железнодорожного служащего на территории современной Украины — в городе Стрый (ныне Львовская область). После окончания начальной школы во Львове там же его приняли в гимназию, затем он учился во 2-й гимназии в Стрые.
Юноша избрал для себя военную карьеру. С ноября 1931-го по август 1932-го был курсантом пехотной школы в городе Остров-Мазовецкий. Затем с 1 октября 1932 года по 5 августа 1934 года, будучи в звании капрала, учился в кавалерийской офицерской школе в городе Грудзёндз. Получил звание подпоручика и был назначен командиром взвода в 4-м Занеманском уланском полку в Вильно. 19 марта 1938 года стал поручиком и командиром эскадрона.
В начале Второй мировой войны его полк перебросили в район Варшавы, где тот был разгромлен в боях с немцами. Позже воевал в различных подразделениях под командованием генерала Андерса, который только 27 сентября 1939 года отдал приказ о прекращении сопротивления и попытках малыми группами перейти в Венгрию.
После этого в биографии Зыгмунта Шендзеляжа наступает мутный период: его биографы без каких-либо подробностей пишут о том, что в конце сентября поручик попал в советский плен, из которого бежал и прибыл во Львов. А уже оттуда после неудачных попыток попасть в Венгрию в ноябре 1939-го перебрался в Литву, в поместье родителей жены (ныне это село Клющаны Гродненской области Белоруссии).
С начала 1940 года Шендзеляж присоединился к действовавшему в Литве польскому вооружённому подполью и позже принял псевдоним Лупашка — в честь одного из военачальников в польско-большевистской войне Ежи Домбровского, расстрелянного НКВД в Минске в декабре 1940-го.
В боевых действиях против советских, а потом и литовских партизан Лупашка начал участвовать в апреле 1943 года, став командиром первого отряда Армии Крайовой (АК) в Виленском крае. К осени того же года отряд насчитывал около сотни бойцов и принял название 5-й Виленской Бригады АК.
Начиная с мая 1943 года Зыгмунт Шендзеляж принимал участие в подготовке операции «Буря». По замыслу командования Армии Крайовой ее подразделения должны были занимать оставленные немцами населенные пункты на территориях, до 1939 года принадлежавших Польше. И делать это нужно было опережая части Красной Армии.
Формально АК должна была при случае атаковать немецкие гарнизоны, но отношение гитлеровского командования к этому формированию демонстрирует такой факт: когда в начале апреля 1944 года Лупашка был арестован литовской полицией у своей тёщи и передан немцам, его выпустили уже в конце того же месяца.
В конце мая 1944-го бригада Шендзеляжа вместе с еще тремя вошла в состав 2-го Объединения Виленского округа АК, целью которого была подготовка к операции «Острая брама» (захвату Вильно силами Армии Крайовой).
Однако Лупашка, который к тому времени получил звание ротмистра, не спешил воевать с немцами, отдавая предпочтение организации ловушек на литовских полицейских.
Именно с этой целью в середине июня 1944 года шесть подчинённых Лупашки прибыли в населённое поляками село Глинцишки, одну из баз АК. Когда к селу приблизился литовский патруль, направлявшийся из расположенного неподалёку Подберезья, поляки расстреляли его из засады, погибло четверо полицейских.
В ответ командир 3-й роты 258-го резервного батальона полиции Литвы лейтенант Петрас Полекаускас отдал приказ провести в Глинцишках карательную операцию. 20 июня в этом селе литовцы убили 38 поляков, в основном женщин, детей и стариков. Примечательно, что на следующий день немцы арестовали 12 подозреваемых в этом преступлении литовских полицейских, в том числе Полескаускаса, и их даже судил суд СС, хотя в результате всех отпустили.
Нынешние же литовские власти расследование этой трагедии спустили на тормозах, причём отношения с Польшей тут ни при чём: просто сотрудничавшие с немцами литовцы ныне в Литве априори считаются героями.
Стоит отметить, что к тому времени во всём Виленском крае происходили столкновения подразделений АК и «Литовских отрядов».
Польские источники утверждают, что командир Виленского округа АК подполковник Александр Кржижановский неоднократно предлагал литовской стороне прекратить междоусобную борьбу и подписать «пакт о ненападении», а 12 апреля 1944-го издал приказ обращаться с мирным населением «независимо от национальности и вероисповедания (поляк, литовец, белорус, еврей, католик, православный)».
«Любой, кто пытается посягнуть на жизнь или имущество гражданского населения, является врагом, который называется бандитом, и его следует уничтожить», — было сказано в обращении Кржижановского к населению Виленского края, которое датировано 25 июня 1944 года.
Однако не исключено, что это обращение как раз и стало реакцией на действия отряда Лупашки, который 23 июня 1944-го провёл «акцию отмщения» в литовском селе Дубинки.
Зыгмунт Шендзеляж «Лупашко». После ареста в 1948 году
Поляки утверждают, что её целью было наказание литовских полицейских, ответственных за резню в Глинцишках. Однако в Дубинках не было полицейского участка, а к Подберезью, где базировались литовцы, поляки даже не приблизились. Зато в Дубинках и окрестных хуторах было убито 68 мирных жителей, 75% из которых составляли дети и подростки и лишь четыре полицейских.
Польский историк Павел Рокицкий — кстати, сотрудник Института национальной памяти (ИНП) Польши — в своей книге «Глинцишки и Дубинки» (2015) прямо называет произошедшее в этих сёлах военными преступлениями, а самого Лупашку — военным преступником.
При этом большинство польских историков пытается доказать, что ни Кржижановский, ни Шендзеляж не отдавали приказа о резне в Дубинках, и она была самоуправством непосредственно командовавших расправой подчинённых «Лупашки» — поручика Виктора Вёнчка и вахмистра Антония Рымши.
Однако, как отмечает профессор Института истории и политологии Белостоцкого университета Олег Латышонок, в то же время подразделение Лупашки описывается как самое дисциплинированное во всём Волынском округе АК. «Лупашка этих людей послал, и после этого они не понесли никакой ответственности за массовое убийство мирного населения. Невозможно представить, чтобы кто-то самостоятельно совершил преступление такого масштаба», — говорит историк.
В мае 1945 года подчинённые уже майора Шендзеляжа расправились с жителями белорусских сёл Потоки и Вилюки неподалёку от Белостока. В Потоках подчинённые Лупашки под командованием поручика Зыгмунта Блажеевича убили четырёх человек, обвиняя их в сотрудничестве с коммунистическими властями (при этом рядовым членом Польской рабочей партии был лишь один из них). А позже Потоки и Вилюки группа Блажеевича просто сожгла, вследствие чего погибли один взрослый и трое детей.
Естественно, никакого наказания подчинённые Лупашки от своего командира не понесли.
Подчинённые Лупашки никогда не атаковали крупные объекты или гарнизоны, отдавая предпочтение засадам и захвату небольших отрядов, при этом всех пленных после пыток убивали.
Собственно, именно в убийствах милиционеров и военных Зыгмунт Шендзеляж и был обвинён после ареста 30 июня 1948 года. Военный суд Варшавы 2 ноября 1950 года приговорил его и ещё нескольких членов его отряда к смертной казни, при этом Лупашка получил 18 смертных приговоров — по числу совершённых им лично убийств, которые удалось доказать.
Приговор был приведён в исполнение 8 февраля 1951 года.
Польская эмиграция всегда считала Лупашку героем, в 1988 году президент Польши в эмиграции наградил его Золотым крестом ордена Virtuti Militari. При этом в убийстве мирных граждан Лупашку формально никогда не обвиняли, что помогло властям посткоммунистической Польши, которые решили использовать ранее раскрученное имя в своих целях.
В 1993 году сначала Военный суд Варшавы, а потом и Верховный Суд Польши отменили все приговоры в отношении Зыгмунта Шендзеляжа. В 2006 году Сейм Польши отметил годовщину смерти Лупашки принятием специального постановления, за которое проголосовали и ныне правящая партия «Право и Справедливость», и оппозиционные либералы из «Гражданской платформы».
11 ноября 2007 года президент Польши Лех Качиньский посмертно наградил Лупашку Большим крестом ордена Возрождения Польши за «выдающиеся заслуги перед независимостью страны».
Милый момент: в этот день в Варшаве с официальным визитом пребывал президент Литвы Валдас Адамкус, глава государства, в котором Лупашка считается преступником, а Виленский округ АК — формированием, которое в основном убивало мирных жителей. Ситуация очень наминает чествование ОУН-УПА украинским парламентом во время визита президента Польши Бронислава Коморовского в Киев в 2015 году.
Кстати, Коморовский тоже приложился к героизации Лупашки: в 2012 году он присвоил его имя 9-му Варминьскому разведывательному полку польской армии. Это неудивительно, ведь отец политика, Зыгмунт Коморовский, одно время служил в АК под командованием правой руки Лупашки, упомянутого выше Зыгмунта Блажеевича.
При этом именно в годы правления Коморовского Институт национальной памяти Польши вдруг обнаружил в безымянных могилах на главном военном кладбище в Варшаве останки Лупашки.
Нынешний же президент Польши, Анджей Дуда, в 2016-м посмертно присвоил Зыгмунту Шендзеляжу звание сначала подполковника, а потом и полковника, а 24 апреля того же года лично принял участие в его торжественном перезахоронении.
«Мы возвращаем Польше достоинство!» — заявил тогда Дуда. После этого стоит ли удивляться требованиям своего украинского коллеги о поминовении в Польше как героев украинских националистов, убивавших мирных жителей этой страны?..
https://ukraina.ru/history/20220208/1033224150.html
Шендзеляж родился 12 марта 1910 года в семье железнодорожного служащего на территории современной Украины — в городе Стрый (ныне Львовская область). После окончания начальной школы во Львове там же его приняли в гимназию, затем он учился во 2-й гимназии в Стрые.
Юноша избрал для себя военную карьеру. С ноября 1931-го по август 1932-го был курсантом пехотной школы в городе Остров-Мазовецкий. Затем с 1 октября 1932 года по 5 августа 1934 года, будучи в звании капрала, учился в кавалерийской офицерской школе в городе Грудзёндз. Получил звание подпоручика и был назначен командиром взвода в 4-м Занеманском уланском полку в Вильно. 19 марта 1938 года стал поручиком и командиром эскадрона.
В начале Второй мировой войны его полк перебросили в район Варшавы, где тот был разгромлен в боях с немцами. Позже воевал в различных подразделениях под командованием генерала Андерса, который только 27 сентября 1939 года отдал приказ о прекращении сопротивления и попытках малыми группами перейти в Венгрию.
После этого в биографии Зыгмунта Шендзеляжа наступает мутный период: его биографы без каких-либо подробностей пишут о том, что в конце сентября поручик попал в советский плен, из которого бежал и прибыл во Львов. А уже оттуда после неудачных попыток попасть в Венгрию в ноябре 1939-го перебрался в Литву, в поместье родителей жены (ныне это село Клющаны Гродненской области Белоруссии).
С начала 1940 года Шендзеляж присоединился к действовавшему в Литве польскому вооружённому подполью и позже принял псевдоним Лупашка — в честь одного из военачальников в польско-большевистской войне Ежи Домбровского, расстрелянного НКВД в Минске в декабре 1940-го.
В боевых действиях против советских, а потом и литовских партизан Лупашка начал участвовать в апреле 1943 года, став командиром первого отряда Армии Крайовой (АК) в Виленском крае. К осени того же года отряд насчитывал около сотни бойцов и принял название 5-й Виленской Бригады АК.
Начиная с мая 1943 года Зыгмунт Шендзеляж принимал участие в подготовке операции «Буря». По замыслу командования Армии Крайовой ее подразделения должны были занимать оставленные немцами населенные пункты на территориях, до 1939 года принадлежавших Польше. И делать это нужно было опережая части Красной Армии.
Формально АК должна была при случае атаковать немецкие гарнизоны, но отношение гитлеровского командования к этому формированию демонстрирует такой факт: когда в начале апреля 1944 года Лупашка был арестован литовской полицией у своей тёщи и передан немцам, его выпустили уже в конце того же месяца.
В конце мая 1944-го бригада Шендзеляжа вместе с еще тремя вошла в состав 2-го Объединения Виленского округа АК, целью которого была подготовка к операции «Острая брама» (захвату Вильно силами Армии Крайовой).
Однако Лупашка, который к тому времени получил звание ротмистра, не спешил воевать с немцами, отдавая предпочтение организации ловушек на литовских полицейских.
Именно с этой целью в середине июня 1944 года шесть подчинённых Лупашки прибыли в населённое поляками село Глинцишки, одну из баз АК. Когда к селу приблизился литовский патруль, направлявшийся из расположенного неподалёку Подберезья, поляки расстреляли его из засады, погибло четверо полицейских.
В ответ командир 3-й роты 258-го резервного батальона полиции Литвы лейтенант Петрас Полекаускас отдал приказ провести в Глинцишках карательную операцию. 20 июня в этом селе литовцы убили 38 поляков, в основном женщин, детей и стариков. Примечательно, что на следующий день немцы арестовали 12 подозреваемых в этом преступлении литовских полицейских, в том числе Полескаускаса, и их даже судил суд СС, хотя в результате всех отпустили.
Нынешние же литовские власти расследование этой трагедии спустили на тормозах, причём отношения с Польшей тут ни при чём: просто сотрудничавшие с немцами литовцы ныне в Литве априори считаются героями.
Стоит отметить, что к тому времени во всём Виленском крае происходили столкновения подразделений АК и «Литовских отрядов».
Польские источники утверждают, что командир Виленского округа АК подполковник Александр Кржижановский неоднократно предлагал литовской стороне прекратить междоусобную борьбу и подписать «пакт о ненападении», а 12 апреля 1944-го издал приказ обращаться с мирным населением «независимо от национальности и вероисповедания (поляк, литовец, белорус, еврей, католик, православный)».
«Любой, кто пытается посягнуть на жизнь или имущество гражданского населения, является врагом, который называется бандитом, и его следует уничтожить», — было сказано в обращении Кржижановского к населению Виленского края, которое датировано 25 июня 1944 года.
Однако не исключено, что это обращение как раз и стало реакцией на действия отряда Лупашки, который 23 июня 1944-го провёл «акцию отмщения» в литовском селе Дубинки.
Зыгмунт Шендзеляж «Лупашко». После ареста в 1948 году
Поляки утверждают, что её целью было наказание литовских полицейских, ответственных за резню в Глинцишках. Однако в Дубинках не было полицейского участка, а к Подберезью, где базировались литовцы, поляки даже не приблизились. Зато в Дубинках и окрестных хуторах было убито 68 мирных жителей, 75% из которых составляли дети и подростки и лишь четыре полицейских.
Польский историк Павел Рокицкий — кстати, сотрудник Института национальной памяти (ИНП) Польши — в своей книге «Глинцишки и Дубинки» (2015) прямо называет произошедшее в этих сёлах военными преступлениями, а самого Лупашку — военным преступником.
При этом большинство польских историков пытается доказать, что ни Кржижановский, ни Шендзеляж не отдавали приказа о резне в Дубинках, и она была самоуправством непосредственно командовавших расправой подчинённых «Лупашки» — поручика Виктора Вёнчка и вахмистра Антония Рымши.
Однако, как отмечает профессор Института истории и политологии Белостоцкого университета Олег Латышонок, в то же время подразделение Лупашки описывается как самое дисциплинированное во всём Волынском округе АК. «Лупашка этих людей послал, и после этого они не понесли никакой ответственности за массовое убийство мирного населения. Невозможно представить, чтобы кто-то самостоятельно совершил преступление такого масштаба», — говорит историк.
В мае 1945 года подчинённые уже майора Шендзеляжа расправились с жителями белорусских сёл Потоки и Вилюки неподалёку от Белостока. В Потоках подчинённые Лупашки под командованием поручика Зыгмунта Блажеевича убили четырёх человек, обвиняя их в сотрудничестве с коммунистическими властями (при этом рядовым членом Польской рабочей партии был лишь один из них). А позже Потоки и Вилюки группа Блажеевича просто сожгла, вследствие чего погибли один взрослый и трое детей.
Естественно, никакого наказания подчинённые Лупашки от своего командира не понесли.
Подчинённые Лупашки никогда не атаковали крупные объекты или гарнизоны, отдавая предпочтение засадам и захвату небольших отрядов, при этом всех пленных после пыток убивали.
Собственно, именно в убийствах милиционеров и военных Зыгмунт Шендзеляж и был обвинён после ареста 30 июня 1948 года. Военный суд Варшавы 2 ноября 1950 года приговорил его и ещё нескольких членов его отряда к смертной казни, при этом Лупашка получил 18 смертных приговоров — по числу совершённых им лично убийств, которые удалось доказать.
Приговор был приведён в исполнение 8 февраля 1951 года.
Польская эмиграция всегда считала Лупашку героем, в 1988 году президент Польши в эмиграции наградил его Золотым крестом ордена Virtuti Militari. При этом в убийстве мирных граждан Лупашку формально никогда не обвиняли, что помогло властям посткоммунистической Польши, которые решили использовать ранее раскрученное имя в своих целях.
В 1993 году сначала Военный суд Варшавы, а потом и Верховный Суд Польши отменили все приговоры в отношении Зыгмунта Шендзеляжа. В 2006 году Сейм Польши отметил годовщину смерти Лупашки принятием специального постановления, за которое проголосовали и ныне правящая партия «Право и Справедливость», и оппозиционные либералы из «Гражданской платформы».
11 ноября 2007 года президент Польши Лех Качиньский посмертно наградил Лупашку Большим крестом ордена Возрождения Польши за «выдающиеся заслуги перед независимостью страны».
Милый момент: в этот день в Варшаве с официальным визитом пребывал президент Литвы Валдас Адамкус, глава государства, в котором Лупашка считается преступником, а Виленский округ АК — формированием, которое в основном убивало мирных жителей. Ситуация очень наминает чествование ОУН-УПА украинским парламентом во время визита президента Польши Бронислава Коморовского в Киев в 2015 году.
Кстати, Коморовский тоже приложился к героизации Лупашки: в 2012 году он присвоил его имя 9-му Варминьскому разведывательному полку польской армии. Это неудивительно, ведь отец политика, Зыгмунт Коморовский, одно время служил в АК под командованием правой руки Лупашки, упомянутого выше Зыгмунта Блажеевича.
При этом именно в годы правления Коморовского Институт национальной памяти Польши вдруг обнаружил в безымянных могилах на главном военном кладбище в Варшаве останки Лупашки.
Нынешний же президент Польши, Анджей Дуда, в 2016-м посмертно присвоил Зыгмунту Шендзеляжу звание сначала подполковника, а потом и полковника, а 24 апреля того же года лично принял участие в его торжественном перезахоронении.
«Мы возвращаем Польше достоинство!» — заявил тогда Дуда. После этого стоит ли удивляться требованиям своего украинского коллеги о поминовении в Польше как героев украинских националистов, убивавших мирных жителей этой страны?..
https://ukraina.ru/history/20220208/1033224150.html