Мужчине, застрелившему в Тёсове человека, на которого «не было управы», прокуратура запросила минимум по статье «Убийство»

Трагедия в Тёсово-Нетыльском случилась 19 апреля прошлого года. Там, неподалёку от местного магазина, Артём Семёнов сделал единственный выстрел в противника из ружья. Выстрел стал смертельным.

Вскоре стали известны подробности. Убит был представитель местной цыганской диаспоры Рустам Оглы. Молодой ещё парень, о котором в посёлке шла слава как о человеке, на которого «нет управы».

Вот и в тот день он, пьяный, на автомобиле подъехал к гаражу, возле которого находился Семёнов, с требованием «слить бензин из мотоцикла». И, не дожидаясь согласия либо разрешения, принялся это делать на глазах хозяина мотоцикла. Когда Семёнов возмутился бесцеремонностью, Оглы его ударил.

Слив-таки чужой бензин, Оглы уехал от гаража. А Семёнов, чуть придя в себя, схватил ружьё, сел на мотоцикл и отправился догонять обидчика. Автомобиль Оглы он увидел совсем неподалёку: возле магазина. Остановился, взял ружьё, направился к обидчику. И произвёл тот единственный выстрел.

Когда понял, что случилось непоправимое. зашёл к жене Нине, сказал, что выстрелил в Оглы. И стал ждать полицию.

По приезду безропотно дал надеть на себя наручники.

Жители Тёсово-Нетыльского провели импровизированный сход, на котором говорили о событии, потрясшем весь посёлок.

Симпатии большинства были на стороне Семёнова, люди говорили о том, что «весь посёлок боялся» потерпевшего, опасались вечером выходить на улицу, так как тот мог «предъявить» кому угодно. И предлагали Нине помощь: и моральную, и материальную — хотя бы на оплату услуг адвоката. Жители посёлка создали группу «ВКонтакте», вспоминали, насколько бесцеремонно вёл себя погибший в Тёсово-Нетыльском. Потом собрали, как они говорят, «петицию» в Новгородский районный суд, которую подписало около пятисот человек. В «петиции» просили учесть особенности этого конфликта, вызванного, по их мнению, «наглостью потерпевшего».

Сам Семёнов подтверждал, что именно он произвёл роковой выстрел, но до сегодняшнего дня стоял на позиции, что убийство произошло по неосторожности.

Сегодня, однако, он признал вину, как это говорят юристы, «в полном объёме». И принёс извинения матери погибшего Татьяне Оглы, заявив: «Видит Бог, я этого не хотел!».

В своём выступлении в суде рассказал о деталях ЧП:

«Когда подъехал к гаражу Рустам Оглы, он сразу подошёл ко мне, потребовал сказать номер телефона общего знакомого. Я ответил, что у меня нет. Он развернулся, подошёл к моему мотоциклу, открыл крышку бензобака и начал сливать бензин. Я сказал: не надо это делать».

Адвокат Алексей Горохов спросил: «У вас не было долга перед ним?»

«Я ничего ему не был должен. Старался с ним не общаться, обходил стороной. После того, как я запретил сливать бензин, посыпались оскорбления в мой адрес, в адрес моей семьи. Я просил его уехать. Пошёл к гаражу, в этот момент он ударил меня сзади. Я упал. Когда попытался подняться, он нанёс ещё не менее двух ударов.

Подходя к машине, он сказал: «Теперь я займусь твоей семьёй!». Я воспринял эти слова более чем серьёзно. В своё время я дважды заступался за односельчан, страдавших от Оглы. История у гаража стала последней каплей. Я не мог сдержать эмоции. Выстрел я произвёл навскидку».

Прокурор Ольга Бондаренко задала вопрос:

«Когда шли за ружьём, вы знали, что сделаете?

Семёнов ответил:

«Да. Я терпел, как мог. Знал, что это может закончиться плохим. Плохим и закончилось».

Для матери погибшего Татьяны Оглы потеря сына, конечно, беда. Выступая в прениях, она говорила о том, что видела в сыне надежду, опору. О том, что у неё отняли самое дорогое. Ничего плохого о сыне мать, разумеется, не сказала.

Прокурор Ольга Бондаренко наряду с констатацией того, что обвинение нашло подтверждение, отметила и все смягчающие вину Семёнова обстоятельства, среди коих и полное признание вины, и активное способствование Семёнова раскрытию преступления, и противоправность поведения потерпевшего, которая послужила причиной трагедии.

С учётом всех обстоятельств инцидента просила суд назначить Семёнову минимальный срок, возможный по ч. 1 ст. 105 УК РФ: 6 лет лишения свободы.

Последнее слово подсудимого судья Ольга Львова назначила на 9 июля. Далее — приговор.

Фото автора