Цирковые истории: художник по свету Александр Снеговской – о встречах с Де Голлем и Гагариным и секретах профессии

Вы, наверное, замечали, когда в начале представления на какие-то секунды гаснет свет, то сердце при этом замирает то ли от волнения, то ли от предчувствия чего-то необыкновенного. И тут же яркий луч света мощно пробивает темноту, и под бравурную музыку оркестра появляется шпрехшталмейстер и с улыбкой обращается к публике: «Здравствуйте! Здравствуйте, дорогие зрители». Мгновенно арену заливает море света. Представление начинается. Начинается праздник!

По разным адресам

Четыре десятка лет Александр Снеговской создавал праздник света на манеже Воронежского государственного цирка им. А.Л. Дурова. Должность его называлась «художник по свету».

Александр Сергеевич из семьи военного. Его отец, Сергей Фёдорович, - кадровый офицер, родом из Подгоренского района, прошёл войну связистом. Воевал на Калининском фронте, на Волге, дошёл до Берлина.

- После войны наша семья сменила много адресов, - рассказывает Александр Сергеевич. - Какое-то время мы пожили в Ленинграде. Тогда отец учился в академии связи им. Будённого. В то время я впервые попал на представление в цирк. Помню, что шёл аттракцион знаменитого иллюзиониста народного артиста РСФСР Эмиля Кио. Конечно, волшебство, которое творили руки советского мага, просто захватывало дух. Ещё мне нравилось ходить по музеям Северной столицы. Не только в Эрмитаж и в Русский музей, но и в другие редкостные выставочные пространства – например, музеи Артиллерии, Арктики…

После Ленинграда были Сибирь, Алтайский край, степи Казахстана. На космодром Байконур уехала семья подполковника Снеговского.

Де Голль и первые космонавты

Это было просто невообразимо: бескрайняя казахская степь. Как в русской народной песне: «Степь да степь кругом…» Они выгрузились на станции с непонятным названием: Тюра-Там. Станционный домик - неприметная мазанка-хибарка. Возле неё - четыре тополя и два привязанных верблюда.

- Представляете, что у меня, подростка, творилось в тот момент на душе? - рассказывает с лёгкой усмешкой Снеговской. - Правда, поселились мы не в мазанке, а на правом берегу Сыр-Дарьи, в военном городке.

Летом 1966 года Шарль де Голль находился с официальным визитом в СССР. Кроме Москвы, Ленинграда, Новороссийска, Киева и Волгограда его - первого из глав зарубежных стран - пригласили посетить Байконур.

- Я был среди встречавших и приветствовавших де Голля, - продолжает Александр Снеговской. - Он ехал на открытом лимузине, вместе с ним - жена и сын Филипп. Де Голль присутствовал при пуске ракеты «Восток-2М» и, как после рассказывали присутствовавшие при том пуске, был сражён и восхищён увиденным. После наш генсек Леонид Ильич Брежнев вручил ему почётный знак «Космодром Байконур».


Шарль Де Голль (второй справа) и Леонид Брежнев (крайний справа) на космодроме "Байконур" (Фото: архив ЦЭНКИ)


Первых же космонавтов - Николаева, Быковского, Егорова, Леонова - можно было встретить на улице городка.

- С Юрием Алексеевичем Гагариным случайно столкнулись в воинской части в Москве, - уточняет Александр Сергеевич. Зачем-то мы там были с отцом… Вдруг вижу - подъезжает французский автомобиль (тогда это была большая редкость), и из него выходит Гагарин. Запомнилась его лёгкая, стремительная походка.

На Байконуре Александр Снеговской попал на первый набор только что открывшегося тогда радиотехнического техникума, через четыре года он оказался в числе его первых выпускников.

Дрессировщик и директор

В Воронеже они оказались тогда, когда Снеговской-старший вышел в отставку. То, что Снеговской-младший пришёл в цирк, - дело случая. Проходил мимо, увидел привлекательное здание и заинтересовался. В отделе кадров ему сначала предложили поработать электриком, а через какое-то время он занял место за пультом художника по свету.

- С легендарным директором Николаем Семёновичем Бурунским не пришлось поработать, - говорит Снеговской. - Он, открыв новое здание цирка - мечту всей своей жизни, - ушёл на пенсию. После него руководителями были Иван Алексеевич Масленников, Владимир Петрович Коровин, народный артист РСФСР дрессировщик львов Борис Константинович Бирюков. Последний удивительным образом сочетал в себе непревзойдённое артистическое мастерство (недаром же был учеником выдающейся дрессировщицы Ирины Бугримовой) и хозяйственную струнку.

В конце 90-х Бирюков затеял основательный ремонт здания цирка. Привлёк к этому делу воронежские стройорганизации, а в качестве проектировщиков - учёных строительного института. Тогда была полностью заменена многотонная металлическая обшивка верхней части здания, так называемый козырёк, отремонтированы все внутренние помещения.

- И это при том, что цирк стоял окружённый строительными лесами, - добавляет Александр Сергеевич, - а представления ни разу никто не отменял.

Вспоминает Снеговской и о том, что сколько бы он ни смотрел аттракционы Бориса Бирюкова, но всегда его восхищали лёгкость и непринуждённость, с которой он обращался (читай: работал) со своей командой львов.

- Врезалась в память одна фраза, которую Борис Константинович обычно произносил, обращаясь ко львам с завершением очередного выступления: «Ну и ребятки!..» При этом его глаза светились теплотой и благодарностью к своему зверью.

Диплом и премия от Юрия Никулина

Во все времена у клоунов существовали (и существуют!) большие проблемы с репертуаром. Найти и поставить репризу с убойной силой смеха – задача архисложная. Может, поэтому к Снеговскому и пришла мысль попробовать написать сценки для клоунады. Тем более, что с чувством юмора у него было всё в порядке. Тут ещё подоспел Всесоюзный конкурс на лучшую цирковую репризу. У Снеговского уже имелись заготовки, и две из них он отослал в Москву. Каково же было его удивление, когда в июле 1979 года он получил из столицы наградной лист следующего содержания: «20 июня 1979 г. Уважаемый Александр Сергеевич! Жюри Всесоюзного конкурса на лучшее литературное произведение на современные темы для артистов-ковёрных присудило Вам премию за репризы «Джинсы» и «Чья собака лучше». Поздравляем Вас! Председатель жюри народный артист СССР Ю.В. Никулин».

Кстати, клоунам у Снеговского есть и стихотворное посвящение:

Приди сюда из городского гула,
Чтобы исцелиться от тоски,
С тобой у фойе ждёт
встречи Дуров,
А на манеже - профи дураки.

…И о профессии

Ежемесячно в цирке меняется программа. Приезжает новый артистической состав, вместе с ним и реквизит. Начинаются репетиции. Неотъемлемая их часть - постановка света.

- Мы, а я имею в виду пять человек из группы осветителей, с каждым артистом детально обговаривали световое оформление номера, - поясняет Александр Сергеевич. - Если он сложный, то для этого есть световая партитура. Но и память не на последнем счету. Главное - ни при каких обстоятельствах свет не должен резать глаза артиста!»

За сорок лет работы в цирке самой сложной световой партитурой Снеговской называет шоу-представление «Щелкунчик». Этот спектакль не так давно шёл на манеже Воронежского цирка, и у многих ещё в памяти остались то свето-цвето-музыкальное пиршество и артистизм всех участников циркового шоу.

Ну а самым непревзойдённым, глубокого философского осмысления, по мнению Снеговского, остаётся воздушный аттракцион «Прометей» Владимира и Марианны Волжанских.

- Если говорить в целом, то это по-настоящему честная работа, - подытоживает Александр Сергеевич Снеговской. - На протяжении многих лет я мог видеть, с какой самоотдачей работают артисты на арене, если они берут в плен своим творчеством зрителей. В конечном счёте, самоотдача и есть самое главное в творчестве.