Голда Меир – премьер-министр Израиля

Голда Меир (Меерсон; 1898 – 1978) – государственный деятель, депутат Кнессета, министр и глава правительства (1969 – 1974 гг.) С 1948 по 1949 год была первым официальным посланником Израиля в Москве. Депутат Кнессета в 1949-1974 годах. В феврале 1969-го года возглавила правительство национального единства.

– Ты можешь стать очень хорошей хозяйкой, – говорила она Голде. – Но никогда не станешь очень умной женщиной».

Как показала дальнейшая жизнь, Блюма очень сильно недооценила способности своей дочери. Но споры между ними были нешуточные – Голда придерживалась феминистических взглядов. В конце концов она ушла из дома, и 1917 году вышла замуж за Морриса Меерсона. Он не разделял ее увлечения сионизмом, поэтому Голда поставила ультиматум: либо они вместе репатриируются, либо свадьбе не бывать! Скромная церемония прошла в 24 декабря 1917 года в доме Голдиных родителей. Невеста из принципа одела не белое, а серое платье, но на одном мать настояла – молодым поставил хупу раввин.

Сперва Меерсоны жили в Тель-Авиве, а потом до 1924 года в киббуце Мерхавия. Для Голды жизнь в кибуце была воплощением сионистской мечты, но Моррис принимал ее с трудом. Когда Голда сказала ему, что хочет завести детей, он согласился при условии, что они уедут из Мерхавии. В Иерусалиме они сняли маленький дом из двух комнат, в котором 1924 родился их сын, а спустя два года дочь.

В 1928 году Голда заняла пост исполнительного секретаря женского совета Гистадрута. В августе 1934 года ее ввели в состав исполкома Гистадрута, где занималась созданием программы по подготовке эмиссаров, которых планировалось отправлять в страны Восточной Европы, чтобы обучать будущих репатриантов ивриту и сельскому хозяйству. После того как начали в массовом порядке прибывать беженцы из нацистской Германии, Голда занималась устройством детей, приезжавших без родителей. В 1937 году она стала председателем совета директоров больничной кассы Гистадрута «Клалит» и возглавила политический отдел Гистадрута.

Семейная ситуация у Голды была сложной. Моррис хотел нормальную семью, но жена была слишком занята общественной работой. К тому же Голда больше не питала к нему горячих чувств. В конце концов Моррис потребовал – или они живут как полноценная семья или разводятся. От общественной деятельности и карьеры Голда отказаться не могла, но и развод не состоялся. Голду удерживало от развода, помимо остатков чувств к Моррису, понимание, что такой шаг станет признанием, что брак с ним изначально был ошибкой.

После начала Второй мировой войны небольшая тель-авивская квартира Голды превратилась в один из центров управления нелегальной репатриации. В апреле 1943 года она использовала свои обширные связи для передачи повстанцам Варшавского гетто 15 тысяч фунтов на приобретение оружия. В 1944 году Голду избрали в исполком Национального совета (Ваад Леуми) – главный орган исполнительной власти ишува. Голда крайне отрицательно относилась к «Эцель» и «Лехи», ведших вооруженную борьбу с мандатными властями и призывала покончить с этими организациями. Ее радикальная позиция была одним из факторов, приведших к операции «Сезон», в ходе которой «Хагана» захватила и передала англичанам членов этих организаций.

Военные годы Голда работала на износ, и когда напряжение чуть спало после победы, в июле 1945 года она потеряла сознание и оказалась в больнице. Врачи рекомендовали отказаться от кофе и сигарет, иначе следующий сердечный приступ может оказаться смертельным. Эти рекомендации Голда с издевкой цитировала 30 лет спустя.

В связи с арестом в 1946 году главы политического отдела Еврейского агентства Моше Шарета, Голда взяла на себя исполнение его обязанностей и стала министром иностранных дел еврейского ишува. В сентябре 1946 года она утвердила создание 11 новых еврейских поселений в Негеве, а в октябре снова попала в больницу из-за проблем с сердцем. В декабре Шарета освободили и на XXII Всемирном сионистском конгрессе в Базеле их обоих избрали сопредседателями политического отдела Еврейского агентства.

В феврале 1947 года правительство Эттли объявило, что передает вопрос о судьбе подмандатной Палестины на рассмотрение ООН. Еврейское агентство сразу же отправило Шарета в США, чтобы возглавить борьбу в ООН за проект раздела подмандатной территории на два национальных государства, Голда превратилась в единоличную главу политического отдела и оставалась на этом посту вплоть до провозглашения государства Израиль.

В январе 1948 года Голда поехала в США для сбора средств среди американских евреев. Она с такой убежденностью и харизмой рассказывала о будущем еврейском государства, что к моменту ее отъезда из США в марте она сумела собрать почти 50 миллионов долларов. Для сравнения, за два предыдущих года в Северной Америке на нужды «Хаганы» было собрано всего 12 миллионов.

В середине весны, после длительного периода арабских атак на еврейские поселения, силы ишува перешли в наступление. В немалой мере это стало возможным благодаря оружию, которое успели купить в Европе на собранные Голдой деньги. В апреле была временно прорвана арабская блокада Иерусалима, освобождены Тверия, Хайфа, Яффа. Арабы начали в массовом порядке убегать из Земли Израиля, следуя призывам их лидеров, обещавших жестокую расправу над евреями. Чтобы они случайно не оказались жертвами в предстоящей колоссальной резне, арабов призывали уйти, обещая скорейшее возвращение и захват опустевших еврейских городов и поселков. Так появились на свет палестинские беженцы. Тут следует подчеркнуть, что Голда, как истинная социалистка, была настолько преданна идее равноправия арабского меньшинства в будущем еврейском государстве, что Бен-Гурион послал ее в Хайфу убедить местных арабов не покидать город. Но все ее призывы потерпели провал. Уговоры в Хайфе она вела сразу же после инфаркта, который перенесла за несколько недель до этого.

14 мая 1948 года Голда Меир в числе прочих лидеров ишува подписала Декларацию независимости Израиля. После начала войны за Независимость ее отправили в США собирать деньги на оружие. И она вновь преуспела, всего за один месяц мобилизовав 75 миллионов долларов. В последний день этой командировки Голда попала в автомобильную аварию и надолго оказалась в больнице. Помимо травмы ноги, у неё развились флебит и тромбы в кровеносных сосудах. Но долечится до конца она не смогла, новый министр иностранных дел Моше Шарет требовал, чтобы она как можно быстрей приступила к работе в качестве посланника Израиля в СССР. Голда отправилась в Москву, и недолеченная нога мучала ее до конца жизни.

10 сентября 1948 года Голда вручила верительные грамоты в Москве. Судьба советских евреев волновала ее больше всего, она постоянно поднимала вопрос об их репатриации в Израиль. И получала стандартный ответ – евреи стран социалистического лагеря не испытывают никакой дискриминации и никуда уезжать не хотят.

На одном из дипломатических приемов с ней разговорилась Полина Жемчужина, жена наркома иностранных дел Молотова. В беседе, шедшей на идише, Жемчужина (Перл Карповская) сказала – «я дочь еврейского народа», и посоветовала посетить московскую хоральную синагогу, где Голду смогут увидеть евреи. Первый визит Голды в синагогу состоялся в субботу 11 сентября 1948 года и прошел почти незамеченным. Однако через две недели, в дни празднования Рош ха-Шана ее приветствовали у синагоги десятки тысяч московских евреев.

На следующий Рош ха-Шана вокруг московской синагоги толпились сотни милиционеров – будто бы «для поддержания порядка». А вскоре началась кампания преследования еврейских организаций и травля культуры на идиш. Был разогнан Еврейский антифашистский комитет, а его руководители, как и десятки выдающихся еврейских писателей арестованы, в инсценированной автомобильной аварии убит Михоэлс, закрыт его театр ГОСЕТ. В этих условиях израильское руководство посчитало нецелесообразным нахождение одного из лидеров ишува в СССР. 2 февраля 1949 года было объявлено, что Голда Меир стала министром труда в кабинете Бен-Гуриона, и в середине апреля она вернулась домой. Несколько лет Голда молчала о периоде работы в Москве, но 13 апреля 1953 года в качестве главы израильской делегации в ООН выступила с критикой государственного антисемитизма в СССР.

Вернувшись в Израиль, она стала депутатом Кнессета первого созыва от партии МАПАЙ и занимала пост министра труда и строительства до 1956 года. Это был один из самых важных министерских постов – в Израиль начали прибывать сотни тысяч репатриантов, которых надо было расселить и трудоустроить. Через три недели после вступления в должность Голда представила план строительства 30 тысяч единиц жилья до конца 1949 года. Деньги на этот проект она пообещала лично собрать в США. Конечно, жилье это было очень скромным – однокомнатные квартиры площадью до 30 м², но это была постоянная крыша над головой! Не палатка, не жестяной барак в лагере для репатриантов, а настоящий дом.

Для решения проблемы безработицы Голда предложила масштабный план общественных работ – строительства домов, жилья и больниц, программу озеленения. Финансирование Голда изыскала за границей. Как министр труда-социалист она стремилась решить проблему рабочих мест и в арабском секторе, уделяя особое внимание трудоустройству арабских женщин. Благодаря усилиям Голды арабские деревни были подключены к центральному водопроводу. При Голде были введены пенсии по старости, выплаты для безработных, вдов, сирот и беременных, компенсации за получение производственных травм и временную нетрудоспособность, бесплатное медицинское обслуживание для беременных, 8-часовой рабочий день и оплачиваемый отпуск.

На посту министра Голда работала непрерывно, оставляя только пять часов в сутки на сон. Что не могла не сказаться на состоянии здоровья: ее мучили мигрени, участились воспаления мочевого пузыря, заставившие пройти операцию по удалению камней. В 1951 году к болезням добавились психологические травмы: с разницей в несколько недель скончались Моррис Меерсон и ее самый близкий товарищ Давид Ремез.

В июне 1956 года Давид Бен-Гурион назначил ее министром иностранных дел. В связи с этим она, по настоянию Бен-Гуриона, поменяла фамилию с Меерсон на Меир. Зарубежные политические деятели, включая Элеонору Рузвельт и Шарля де Голля, были очарованы ею. Восторженные отзывы о новом министре иностранных дел Израиля публиковали и ведущие газеты западных стран.

Голда участвовала в реализации «доктрины периферии», выражавшейся в выстраивании связей с наиболее близкими неарабскими странами региона – Турцией, Ираном и Эфиопией, особое внимание уделяла отношениям с новыми независимыми государствами Черной Африки. По инициативе Голды в странах Африки израильтяне устраивали сельскохозяйственные фермы, создавали банковские системы, прокладывали водопроводы и дороги, строили мосты. В вузах Израиля велась подготовка сотен африканских инженеров и медиков. К моменту завершения работы Голды в МИДе у Израиля было 28 дипломатических представительств в Африке – больше, чем у США. В 1964 году благодаря ее усилиям Израиль был также принят в Европейское экономическое сообщество в качестве ассоциированного члена.

Находясь на посту министра иностранных дел Голда плотно сотрудничала с руководителем «Натива» Шаулем Авигуром. Хотя между ними нередко случались разногласия, а один раз она даже грозилась подать в отставку, Авигур признал главенство политического руководства (Бен Гуриона и Голды), но с условием, что исполнение работы остается за ним.

В 1966-ом году Голда была избрана на пост генерального секретаря партии МАПАЙ. После кончины Леви Эшколя в феврале 1969-го года она возглавила правительство национального единства. Во время войны Судного дня, заставшей многих министров врасплох, Голда проявила такие мужество и присутствие духа, что пресса называла ее «единственным мужчиной в правительстве». После прекращения боев Войны Судного Дня, Голда сформировала правительство, но вскоре подала в отставку из-за публикации промежуточных заключений комиссии Аграната.

Голда Меир была первой и до сих пор остается единственной женщиной-премьер-министром Израиля, одной из его основателей, подлинной «железной леди» израильской политики.