Томское "слово пацана": как Париж и Шанхай 1980-х выросли в банды 90-х

ТОМСК, 24 дек – РИА Томск. Последняя серия сериала "Слово пацана" о Казани 1980-х годов вышла 21 декабря. В Томске в эти годы также были свои криминальные районы и преступность в молодежной среде. О банде возле "Горького"; двух пацанах из Академгородка, похитивших сына коммерсанта; а также о Париже, Шанхае и Дворянке рассказал РИА Томск полковник милиции Андрей Вотинцев.

Сериал "Слово пацана. Кровь на асфальте" рассказывает историю подростков, собравшихся в группировки и занимавшихся разбоем в Казани в конце 1980-х годов. Сериал установил новый рекорд по популярности в России. Согласно индексу "Кинопоиск Pro", проект Жоры Крыжовникова набрал 3 394 баллов интереса – это в два раза больше показателей предыдущего лидера — "Игры в кальмара".

Андрей Вотинцев устроился на работу в Советский райотдел милиции в 1986 году, был заместителем начальника по "розыску". С 2001 года перешел в отдел по раскрытию убийств, откуда уволился в 2017-м в звании полковника. Уличную преступность 1980-х и 1990-х он знает не понаслышке. - Были ли молодежные группировки в Томске в конце 1980-х и начале 1990-х годов? - Я не смотрел "пацанов", но ситуацию, которая была в Казани в те годы, конечно, знаю. Могу сказать, что в Томске такого не было. Были все эти райончики, естественно, небольшие междоусобицы были. Например, пришли в Париж (сленговое название одного из районов Томска. — Ред.) не свои, могут деньги отобрать, побить маленько. Все было на таком уровне, как везде и всегда. Транспорта не было, чтобы на чем-то ездить. Они в своем районе преступления и совершали. С Парижа на чем ехать? На трамвае что ли? Чаще всего совершали грабежи и кражи. В то время иначе никак: деревянные двери у всех и один замок. Грабежи – самое страшное было зимой. Начинали снимать шапки. Дефицитные шапки были меховые. Могли за вечер пять-шесть шапок снять. Пацаны подбежали, толкнули и сняли. Сейчас кто шапки снимает? Кто носит шапки норковые? А простые-то кому нужны? Потом в 90-е годы банды выросли, малолетки туда попадали очень редко, а своих банд у них не было. В 80-е за год было в районе двух убийств, по области – штук 30-40. В 90-е годы по 300 убийств стало. - Какие были криминальные районы? - Я пришел в милицию в 1986 году, обслуживал как раз Париж – был криминальный район. Почему так назвали – не знаю. Было два названия: Верхний Париж и Нижний. Верхний Париж был от Фрунзе до Сибирской, а Нижний – от Сибирской и до речки Ушайки. Париж ограничивался улицей Олега Кошевого. Еще Шанхай был с "китайской стеной" (дом на Алтайской, 126 стоит на возвышении, в нем 12 подъездов. – Ред.). Вот один дом стоял и там две пятиэтажечки. Внизу были одни "мичуринские". Дворянка был район: Кулагина, Фрунзе и Елизаровых. Везде свои группировочки небольшие, как везде. Черемошники были, Степановка была, заисточные были, на Ивановского – пацаны "ивановские" назывались. Но такого прям не было, чтобы районы делили. - Чем тогда прославились эти "группировочки"? - Шел 1986 год. В районе кинотеатра "Горький" образовалась банда малолеток – 15-18 лет. И начали они грабить пацанов, заводить за кинотеатр, бить, отбирать деньги. Это банда Шаталова была, имя не помню уже. Просто ребята приезжали смотреть кино, и где-то кто-то знакомился. Все с разных районов были. Что они потом делали? Начали насиловать девушек. Обычно это так происходило: у них была с собой собачка симпатичная, сами мальчики симпатичные... Девочки: "Ой! Какая у вас собачка, хорошенькая!". Покупались на это. И они вели их в сторону, где сейчас апелляционный суд на набережной Ушайки, здание там недостроенное было – туда затаскивали и насиловали. Года полтора насиловали и грабили. Не все потерпевшие заявляли. Удалось эту банду поймать, посадили их всех, так как наглеть начали. Но что примечательное: их отвозили на суд, и когда отвозили – они напали на конвоиров, сбежало несколько человек. Всего человек 10-12 было в банде. Поймали со временем всех, конечно. Но настолько банда была организованная… Это вообще что-то небывалое было. Первая банда такая, и все молодые. - В 1990-е ситуация сильно поменялась? - Да, в 1991-1992 годы. Когда пришел, не было такого, хотя Париж обслуживал весь. В 90-е людям негде стало работать, и появились коммерсанты, которые стали иметь деньги. Раньше завод же не ограбишь.., а тут стали организовывать (частные) предприятия. Стали к ним приходить, предлагать "помощь". Кто не хотел отдавать деньги – грабили, били. Кто-то сразу отдавал, кто-то не хотел. Это модно стало все: "я так же хочу жить!". Быстро стали расти, очень быстро. Очень сильная была Рожи банда. Там с Саши Китайца все начиналось, он умер, и Рожин стал тогда. Это самая серьезная банда была, конечно. Он подбирал людей, подбирал киллеров, подбирал взрывников. Сильная также была банда спортсменов. Лидером был Игорь Кряков – Кряк кличка. Там были одни спортсмены, очень сильные все. Кто-то закончил спортфак пединститута, кто-то учился еще – всем же хотелось кушать. Спортсмены жили в общежитии на Киевской, 66. Вокруг и группировались. Также подбирали киллеров, взрывников. Из Юрги очень сильная была здесь бригада, авторитетная. Юргинцы приезжали сюда, здесь жили, подтянули местных, томичей. Афганцев тоже сильная группировка была – парни убивали, они уже все это умели делать, их организовать только нужно было и все. У нас не было деления по районам – кто кого успел схватить, тот того и танцует. Томск – маленький город. Все стреляли. Воров убили всех в законе. Одному гранату кинули в машину, взорвали – Додо был. Гиви дома застрелили. Мамуку тоже в доме убили. Азербайджанцев две группировки томские были – те каждый год стрелялись. Одна группировка одного убьет, вторая – другого. Юргинскую группировку парень возглавлял. Пришли домой к сестре – племянника расстреляли, умер потом в больнице. И взрывать пытались. - А какой случай за время вашей работы запомнился больше всего? – Вот вы говорите банды-банды… 1989 год. В Академгородке пропадает парень по фамилии Макаров. Имя не помню. Отец был коммерсантом большой руки, торговал тогда компьютерами. И попадает он ко мне: "Пропал – день-два нет". Начинаем думать, куда делся парень. И тут отцу звонок на телефон – он сразу подключал диктофон. Голос сына: "Папа, отдай деньги, люди придут". Он приносит мне эту запись. Технически мы тогда слабы были еще, еще ничего практически не могли делать. Но голос, однозначно, сына. Через несколько дней опять звонок: "Спуститесь на лестничную клетку, откройте ящик, где счетчики". Спускается – ботинок сына лежит. Тут уже все понимают: что-то случилось. Организовывается большая (следственная) группа: сотрудники КГБ, очень большая "банда". Тогда не было еще ни рожинских, никого. Таскаем подсудимых, судимых – вообще ничего нет. Отцу опять звонок: "Готовьте 30 тысяч долларов мелкими купюрами, чтобы соток не было. И ждите звонка". В итоге отец находит деньги, запечатывает в конверт большой. Договариваемся: ему звонок – он мне, и работаем. Звонок: "Берите деньги и езжайте в Пентагон – дом так назывался (на улице Нахимова, 15. – Ред.). Почтовый ящик такой-то". Приезжаем, он кладет деньги, стоим, смотрим – спрятаться негде практически. Подходит мужичек бомжеватого вида, берет сверток. Естественно, мы его забираем. Он: "Ко мне парень молодой подошел на улице, просил забрать". Отцу звонок опять: "Ты зачем ментам сказал? Cына не увидишь больше". Когда был звонок следующий, мы не знаем. Проходит день-два: "Берите деньги, езжайте на Фрунзе, 98". Отец приезжает на Фрунзе, почтовый ящик определяют, читаем записку: "Езжай на Иркутский, 102, почтовый ящик такой-то". Потом опять Фрунзе, снова Иркутский. На Иркутском записка: "Клади деньги сюда". Он положил 30 тысяч баксов. Естественно, мы ждем, окружаем. Ждем всю ночь, никто не подходит, не берет. Оказывается потом, один из преступников в этом доме был. Звонок: "Мы деньги брать не будем, ты ментам все сдал". Проходит несколько дней, звонят и говорят ехать на Фрунзе, 98, почтовый ящик такой-то, оттуда на 79-ую Гвардейскую, потом Фрунзе. Мы читаем и в одном месте ошибаемся: вместо 26-го ящика прочитали 46-й. Приехали в отдел. Отец звонит: "Я деньги положил". Приезжаем, денег нет. Я Академгородок хорошо знал. Появилась информация, что два мальчика-красавца хотели кого-то украсть. Начинаю снова прослушивать записи – отец мне приносил все. И кажется, что один голос знакомый. Парень буквально за месяц до похищения был у меня, я его два раза садил за кражи, Ершов (фамилия изменена. – Ред.). 17 лет было. Он мне еще говорил, что с девочкой одной общается на Иркутском. Ну, думаю, Иркутский, 102. Отправляем людей на каждый этаж. Опрашиваем всех. На улицу выходим – он идет в этот дом. Естественно, забираем. Забираем, приезжаем – молчит. Закрываем в ИВС (раньше КПЗ). Он начинает рассказывать, как убили, кто партнер. Его напарник – Палочкин (фамилия изменена. – Ред.) – очень умненький. Он предложил парня украсть и убить. В университете учился на финансиста какого-то. Ему лет 17-18 тоже было. Все трое – похитители и похищенный – вместе в школе учились. Они подождали Макарова, привели к Палочкину домой, связали, сделали запись отцу, убили, завернули в ковер и положили под кровать. Ночью они его вынесли и в Академгородке закопали в лесу. Спрашиваем у Ершова, где деньги. Он говорит, что поделили и его половина лежит у подруги на Иркутском. Приезжаем, изымаем, начинаем искать Палочкина. Он дома уже не живет, исчез... Потом информация была, что он скрывается на Алтайской у подруги. Проходит несколько дней, нашли его. Начинаем с ним разговаривать. Он говорит: "Андрей Анатольевич, я все равно не расскажу ничего. Хоть что делайте". Мы его закрываем в ИВС и потом в СИЗО. Ершов все нам рассказал, а потом, как уже труп нашли, перестал говорить. Палочкин сидит в тюрьме, деньги не знаем где. Он начинает писать записки брату, и все зашифрованы – латинские буквы, кроме нескольких, и цифры от 1 до 8. Мы их перехватываем – никто расшифровать не может. Через полгода сотрудник КГБ – старый-старый – смог. Записки все были такого рода: "Иди к моей девушке – на Алтайской жила – она тебе отдаст деньги". Девушка жила в комнатке 9 "квадратов". Обыск там делали раз пять, ничего найти не смогли. Привозим ее – ни в какую, закрываем в ИВС, сидит. Дня через два: "Ладно, покажу деньги, берите понятных". Приезжаем в комнату: "Открывайте холодильник". Открываем морозилку, лежит кусок масла, надрезали. Он деньги, оказывается, замазал маслом и положил в холодильник. На что надеялся? С Ершовым он договорился в тюрьме перестукиванием, чтобы тот перестал рассказывать про него. А он пообещал, что отдаст половину: "Какая разница, одному сидеть или двоим?". Когда Палочкин узнал, что деньги изъяли, повесился. Молодые пацаны… Но банд тогда не было.

***

По данным статистики регионального УМВД, опубликованной на сайте Законодательной думы Томской области, в 1990 году в регионе было выявлено 17 487 преступлений, в 2008-м – 31 303.

В 2013 году томские власти отчитались, что уровень преступности в регионе снизился впервые за 23 года на 10%: "В криминогенном плане наш регион фактически вернулся в благополучный 1990-й год". Тогда, в 2013-м, в регионе было зафиксировано 20 691 преступление