Венгрия может стать второй страной, которая покинет Евросоюз, и первой, вышедшей из НАТО

Венгерская крайне правая партия «Наша Родина» хотела бы провести референдум по вопросу членства Венгрии в ЕС до 2030 года, заявил ее лидер Ласло Тороцкаи.

«Мы в долгосрочной перспективе хотим сильной и независимой Венгрии. Вот почему мы поддерживаем меры по поддержке семьи, развитие армии и хотим, чтобы экономика основывалась на национальных ценностях, а не как сейчас. К сожалению, венгерские правительства за последние 30 лет действительно создали такую ситуацию, что мы не сможем покинуть ЕС завтра, потому что венгерская экономика, которая является экономикой, наиболее подверженной влиянию иностранного глобального капитала в нашем регионе, рухнула бы. Но Венгрию надо готовить к жизни вне ЕС, и мы хотели провести референдум о членстве в ЕС до 2030 года», — сказал он.

Тороцкаи заявил также, что «мечтает» о нейтральной Венгрии — наподобие Австрии, не входящей ни в какие военные блоки. «НАТО превратилось в расширяющуюся военную организацию, служащую американским интересам, которая не имеет ничего общего с первоначальными оборонными целями, которые были сформулированы при ее создании», — подчеркнул он.

Ранее о том, что Венгрия склоняется к выходу страны из ЕС, заявил экс-глава Центробанка страны Андраш Симор. «Вероятность этого в прошлом году она составляла 10 процентов, к настоящему времени возросла до 20−30 процентов», — отметил финансист, добавив, что это связано с тем, что дефицит бюджета рекорден, а самые высокие в ЕС показатели инфляции и ключевой ставки — у Венгрии.

То есть евроскептистические настроения растут? Это не мнение маргиналов? Могут ли власти провести референдум наподобие британского, идя навстречу этим настроениям?

— Правящая партия в Венгрии инициировала в последние пару лет и референдум, и так называемые «национальные консультации» — это по сути что-то среднее между референдумом и масштабным соцопросом, — напоминает политолог, руководитель проекта «Открытая аналитика» Роман Травин. — То есть для Венгрии такая форма политического участия не является какой-то экзотикой. Насколько далеко не самая влиятельная и достаточно одиозная партия в состоянии добиться проведения референдума — вопрос открытый.

«СП»: Если представить себе, что такой референдум все же пройдет, каким может быть результат?

— Тут дело не в том будет референдум или нет, ведь такой референдум может быть использован просто как политтехнология, направленная на достижение совсем иных целей. Дело в том, что пока в целом сложно представить, что Венгрия пойдет на выход из ЕС. Главная проблема — география. Венгрия находится в центре Евросоюза, и есть пример соседней Сербии, которая не является членом ЕС, из-за чего сталкивается с рядом трудностей. Думаю, реально к этому не готова ни венгерская правящая элита, несмотря на всю ее антиевропейскую фронду, ни большинство граждан.

«СП»: Экс-глава Центробанка Венгрии Симор заявил о возможном выходе страны из Евросоюза. То есть идея овладевает умами? По мнению Симора, вероятность выхода Венгрии выросла за последний год. Так ли это?

— Да, я тоже обратил внимание на это заявление и сразу посмотрел исходную новость на сайте агентства «Блумберг», потому что она была подана в наших медиа достаточно противоречивым образом. Там тоже очень скупая информация, но, насколько я понял, главный месседж этого политика, находящегося в жесткой оппозиции к Орбану, как раз в том, что действующая венгерская власть может довести ситуацию, в первую очередь, в экономической сфере до того, что выход из ЕС станет реальностью. И посыл этот, скорее, адресован сторонникам ЕС, в том числе евробюрократам. Такая своего рода страшилка, то есть самим Симором эта идея вряд ли овладела. Хотя соцопросы в Венгрии, действительно, говорят о том, что доверие к ЕС в стране снизилось достаточно сильно.

«СП»: Рост евроскептистических настроений может быть сигналом стоящим в очереди на вступление, что «лавочка накрывается»?

— Я бы не переоценивал это явление. Например, в Великобритании достаточно сильно разочарование «Брекситом», и даже многие из тех, кто в свое время поддерживал выход, сегодня изменили мнение. Несмотря на все напряжение и проблемы в европейских странах, ЕС только укрепился, объединившись против России. По крайней мере, сейчас это так. Можно вспомнить и то, что Эрдоган недавно опять актуализировал вопрос о вступлении Турции в ЕС, искренне или нет — вопрос второй, но, если бы Евросоюз сейчас находился реально в глубоком кризисе, речи об этом не было бы. Но это не значит, что в перспективе ЕС не столкнется с самыми серьезными проблемами, ведь сейчас время больших возможностей и рисков не только для России, но и для европейских стран.

— Партия «Наша Родина» имеет шесть мест в парламенте, — поясняет советник президента Российской ассоциации прибалтийских исследований Всеволод Шимов. — Это значит, что влиятельной ее назвать нельзя, но она занимает устойчивую электоральную нишу, которая при отправленных обстоятельствах может расшириться.

«СП»: Орбана тоже считают евроскептиком. Но он на организацию такого референдума не пойдет?

— Орбан — реалист. Выход из ЕС несёт для Венгрии больше издержек, чем выгод. Собственно говоря, альтернативы ЕС для Венгрии попросту нет. Поэтому проще оставаться в ЕС, при этом проводя максимально независимую политику. Это Орбану как раз неплохо удается.

«СП»: Вы согласны с тем, что именно Венгрия слабое звено евроатлантического единства? Почему она? Все дело в ее лидерах?

— Венгрия не обладает достаточным весом, чтобы считать ее слабым звеном евроатлантического единства. Страна небольшая и экономически зависимая от ЕС. Фронда Орбана — это скорее способ выторговывания максимальных преференций. Его терпят, поскольку понимают, что деваться ему некуда.

«СП»: А кто еще, по-вашему, может стать кандидатом на выход? В Восточной или Западной Европы? Как разнится отношение к ЕС в разных частях Европы?

— Я не думаю, что кто-то в ближайшее время захочет выходить из ЕС. Евроинтеграция зашла достаточно далеко, чтобы сделать выход из нее довольно болезненным. Даже для Британии это оказалось непросто, хотя ее участие в ЕС всегда было ограниченным, и у нее мощная зона экономического присутствия за пределами Европы. Континентальные члены ЕС настолько скованы одной цепью, что побудить к выходу их сможет разве что какая-то катастрофа.

«СП»: Брексит был случайностью или началом тенденции? Евробюрократия тогда явно не ожидала удара, но сейчас она лучше готова?

— Британия — особый случай. Островное государство, сильно связанное с США и имеющее собственную зону влияния в бывшей империи. Для континентальных стран выход из ЕС будет намного более сложным и болезненным. Кризис ЕС следует ожидать не из-за желания кого-то выйти, а в связи с общим кризисом управления и накапливающимися противоречиями между странами-участницами. ЕС устроен так, что теоретически может возникнуть ситуация, когда из-за паралича общих институтов страны попросту будут вынуждены действовать самостоятельно, т.е. произойдет фактический распад. Но вряд ли это случится в ближайшем будущем.

«СП»: А может ли и НАТО развалиться (или лишиться кого-то из участников), там внутренние связи гораздо более эфемерные, чем в ЕС?

— Пока сохраняется негласная гегемония США, это вряд ли произойдет. Ни одна из стран, входящих в НАТО, не обладает достаточным весом, чтобы действовать полностью самостоятельно или инициировать альтернативный альянс. Но если гегемония Вашингтона по каким-либо причинам падет, тогда начнется стихийный передел сфер влияния с формированием новых конфигураций и блоков.

«СП»: Россия может помочь падающему упасть? Есть у нас инструменты для этого?

— Пока я не вижу предпосылок для этого. Западные институты достаточно прочны и устойчивы. Но, конечно, надо играть на существующих противоречиях и поддерживать таких фрондеров, как Венгрия. Вода камень точит.