Хореограф из Екатеринбурга отправился через Казахстан в Европу, чтобы не попасть в армию второй раз
Кирилл (имя изменено по просьбе героя) родился в Киеве и в возрасте пяти лет переехал в Екатеринбург, где и прожил всю свою жизнь. Ему 23 года и уже более четырех лет он работает хореографом. Имеет опыт службы в армии и находится в военном резерве. В первые дни, после объявления частичной мобилизации, он покинул столицу Среднего Урала и уехал в Республику Казахстан. Корреспондент ИА «Уральский меридиан» побеседовала с екатеринбуржцем, покинувшим Россию. Редакция передает его рассказ без купюр. Выводы делать читателю. Вот что рассказывает бывший наш соотечественник:
– Когда только появилась новость об объявлении частичной мобилизации, я не понимал для чего это вводится, кого касается и какие последствия могут быть. До встречи с подругами в ночь с 21 на 22 сентября я спокойно передвигался по городу и занимался своими рутинными делами. Однако уже после разговора с ними в голове появилась на тот момент еще ненавязчивая мысль о том, что надо как можно скорее уезжать за пределы страны. Тогда я подписался на один из местных телеграм-каналов и начал все больше и больше погружаться в происходящее и осознавать всю суть. Я не спал и думал о том, как повести себя в этой ситуации. Сама идея того, что я могу покинуть Россию, где провел всю свою жизнь, казалась мне чем-то из разряда фантастики. Но тогда я подумал, что это необходимо.
Из всех вариантов я выбрал поехать с друзьями на машине до ближайшей границы с Казахстаном в обед следующего дня. Как окажется потом, за час до назначенного времени друг, на чьем транспортном средстве мы и должны были уезжать, откажется покидать страну, а за ним последует и второй. Я остался один. В груди все сжималось от чувства апатии и страха. Как человек до ужаса не решительный я обзвонил еще пару друзей из разных сфер, в том числе юриспруденции, после чего твердо решил бежать.
Оставалось несколько маршрутов, по которым можно было в кратчайшие сроки покинуть страну. Самолет Екатеринбург-Алматы, где билет уже тогда стоил свыше 500 тысяч рублей, автобус Екатеринбург-Костанай за 15 тысяч рублей и поезд Челябинск-Омск, проходящий через Петропавловск. Я купил билет на автобус, который, к слову, в обычное время обходится в 1,5 тысячи рублей. Про свои планы я особо не распространялся, так как сам не был уверен во всем, что происходило. Последние 6 часов в городе прошли на адреналине. Передвигался исключительно на такси, но все равно казалось, что нас могут остановить полицейские. Появляться на улице в час пик я тоже боялся. «И почему мне должно быть страшно в стране, в которой живу?» – спросил я себя тогда.
Чуть ли не ежесекундно я судорожно обновлял канал с информацией о местах раздачи повесток, там сообщалось, что вручить ее могут даже на улице. Вечером я отвел свою последнюю тренировку, вернулся домой, собрал небольшую сумку с самыми необходимыми вещами. Вышел, купил еды и воды, так как были сообщения, что на границе можно провести до 12 часов, и поехал на вокзал. Около 5-ти лет назад я служил в армии, а именно в вооруженных силах, где мне дали значок, который я безукоризненно носил. Носил до этого дня, а перед уездом смыл его в унитаз. Маме сказал, что собираюсь в отпуск.
По пути на перрон меня останавливает какой-то незнакомый парень и кричит: «Стой! Сейчас жена проверит, стоят ли там полицейские». К счастью их не оказалось, несмотря на поступившую в соц. сетях информацию о том, что они могли стоять и караулить прямо на посадочной полосе и снимать людей с рейсов.
За нами приехал двухэтажный автобус вместимостью 70 человек. Осмотрев пассажиров, я насчитал 4-х девушек, остальные были мужчины. Тогда я подумал, что уж как-то не похожи они на жителей Екатеринбурга. За 12 часов дороги я познакомился с частью пассажиров и выяснил, некоторые из них целенаправленно приехали на этот рейс из Москвы, Санкт-Петербурга, Хабаровска. В числе бежавших были и военнообязанные, и те, кто не попадает под первую волну призыва.
Я как обычно не спал, изучал информацию о допросах на границе. Самым сложным было преодолеть российскую таможню. Очередь выстроилась в три кабинки, в одной из которых разворачивали каждого третьего. Меня это напугало, и я ушел в конец очереди. Однако это не спасло и попал я именно в ту злосчастную кабинку, где меня ожидала женщина лет 40. По началу она задавала стандартные вопросы о цели поездки и прочем. Я сказал, что еду лечить зубы, так как услуги ортодонта в России нынче дорого стоят. Далее она спросила о моем опыте службы в армии. Я не смог соврать и ответил, что служил, хотя мне настоятельно рекомендовали этого не делать ни при каких условиях.
– Вы знаете, что такое мобилизация?
– Да, знаю
– А почему вы еще здесь?
После этого она берет мой паспорт и порядка трех минут смотрит то в документ, то на меня, открывает дверь и произносит своему коллеге: «Миша, тут еще один!». Приходит прапорщик и через длинный коридор заводит меня в комнату, где стояли пластиковые стул и стол. Он садится и расспрашивает меня то том, в каких войсках я служил, когда, где мой военный билет и почему нет печати в паспорте. «Товарищ, у нас тут мо-би-ли-за-ци-я» – говорит человек в форме. В комнату вошел еще один сержант, и они начинают смеяться то ли надо мной, то ли над сложившейся ситуацией, то ли над всем в совокупности. Двигаясь по коридору в сторону выхода, я шел очень медленно, так как ощущал, что еще немного и упал бы в обморок. Прапорщик проводил меня до двери, пожелал хорошего пути и ушел. Так я преодолел российскую границу.
В автобусе из 70 человек осталось 63. Казахстанскую таможню мы прошли за час. На границе судя по всему местные жители продавали самокаты, велосипеды, скутеры, так как пешком пройти таможенный пункт было быстрее. Люди на личном транспорте стояли в отдельной очереди дольше всех, у автобусов также была отдельная полоса, как и у пешеходов. Когда все закончилось, я решил сообщить об этом маме, которая написала в ответ мне: «обнимаю, не надо ничего объяснять». Тогда-то я не сдержался.
Оказавшись в Костанае, я купил местную симку, вышел на связь со своими знакомыми, так мы собрали компанию из пяти человек, у одно из которых была своя машина. Ребята уже сняли жилье, поэтому мне оставалось только подселиться к ним. Мы решили постепенно добраться сначала до Нур-Султана, а после в Алматы. Если обратить внимание на номера машин, то можно увидеть очень много российских номеров. Этим, наверно, сейчас никого не удивишь.
Мне повезло, так как проблем со съемом жилья еще не было, однако нам приходилось ночевать в странных отелях, не существующих на картах и даже в звериных заповедниках. Если искать привычные варианты для ночлега, то все либо занято, либо стоит сумасшедших денег.
Какие документы надо получить:
Регистрация, если ты планируешь оставаться дольше 30 дней. Ее получают в цоме (местном мфц), где выстроились огромные очереди. Ее можно купить, как сделал это я, минуя многочасовые ожидания.
ИИН, его можно получить в течение нескольких часов.
Для меня Казахстан – это проходная точка, я не собираюсь тут оставаться. На данный момент я готовлю необходимые документы, чтобы податься в либо в германское, либо во французское посольство. Хотя мне очень приятно тут находиться, я чувствую поддержку местных жителей. Здесь я в безопасности, но понимаю, что надо как можно скорее и как можно дальше двигаться от России. В течение дня голова занята изучением новой для меня местности и решением организационных вопросов, а вот по вечерам я звоню маме, друзьям, вспоминаю о том, где я, что со мной происходит и плачу в трубку. Когда я доберусь до Европы, то первым делом заберу маму и сестер, оставшихся в России. Вернусь ли я обратно? Нет. По крайней мере до тех пор, пока жив данный режим.
Ранее ИА «Уральский меридиан» писало, что и.о. главы Пышминского городского округа Андрей Варлаков информационному порталу «Твой район» сообщил, что частичная мобилизация продлится на Среднем Урале до 4 октября, в войска будут мобилизованы 9 700 свердловчан. В Свердловской области власти запустили телефон горячей линии по вопросам частичной мобилизации – 8 800 101 9111. Уполномоченный по правам человека в регионе Татьяна Мерзлякова рассказала о причинах ошибок, которые происходят во время частичной мобилизации. В ходе пресс-конференции врио военного комиссара Свердловской области Сергей Чирков рассказал о том, какие военные специалисты призываются в первую очередь, какие вещи нужны мобилизованным с собой. Ежедневно на федеральную горячую линию 122 по частичной мобилизации от свердловчан поступает 4 500 обращений.
Следите за новостями ИА «Уральский меридиан» на нашем ТГ-канале.
Фото превью: читатель © ИА «Уральский меридиан»