Царевна Анна (963–1011/1012) — христианская жена кн. Владимира

Сестра василевса Василия II и его брата-соправителя Константина VIII. Первая и единственная христианская супруга князя Владимира.

Имя Анна происходит от древнееврейского имени Ханна, в переводе означающего «милость божия», «благодать».

В Библии есть две известных Анны: в Старом Завете — это св. Анна Пророчица, мать пророка Самуила, а в Новом Завете — св. Анна, мать Пресвятой Богородицы. Их память отмечается в церковном календаре под 22 декабря. В честь кого из них получила свое имя царевна Анна, не известно.

Анна родилась 13 марта 963 г., за два дня до смерти своего отца василевса Романа II Лакапина (945–963), и потому носила титул Порфирогениты — порфиро(багряно)родной царевны, в отличие от детей, рожденных до вступления василевса на престол. Описания внешности Анны или ее изображений не сохранилось. Известно лишь, что современники дали ей прозвище Руфа (Рыжая).

Матерью ее была красавица Феофано — дочь константинопольского шинкаря, не брезговавшая в юности заниматься проституцией. После смерти первого мужа она вышла замуж за его преемника — Никифора II Фоку, но затем свергла его с престола ради нового любовника — Иоанна Цимисхия, который возложил на свою голову корону василевсов. Впрочем, скоро он распорядился сослать Феофано в далекий армянский монастырь. Шестилетнюю дочь Анну ей разрешили взять с собой. Сыновья Василий II и Константин VIII, став василевсами, вернули Феофано и Анну в столицу (976). К тому времени их мать была уже совсем больной, придворными делами не интересовалась и вскоре умерла. А вот Анна быстро освоилась в мире роскоши, пышных и длинных ритуалов, тонкой лести и коварных интриг.

Однако все это не отравило ее душу, и она не пошла по стопам матери. Анна любила проводить время не в плетении интриг, а в кругу музыкантов, ученых, философов, художников. Вероятно, она была знакома с сочинением своего деда Константина VII Багрянородного «Об управлении империей» и знала его возражения против династических браков с варварскими владыками.

Древнерусское сказание о взятии Владимиром Корсуни помнит, что Анна была настроена категорически против того, чтобы выходить за Владимира. «Как в полон иду, — твердила она Василию II, надеясь изменить его волю, — лучше бы мне здесь умереть». Ее не смягчило даже согласие Владимира принять крещение. Василий II с братом чуть ли не силой спровадили ее под венец: «И едва ее принудили».

Политические резоны оказались сильнее, Анне пришлось подчиниться своей судьбе.

Сегодня мы знаем, что у нее был шанс очутиться не в Киеве, а на другом конце Европы — во Франции. В конце 987 — начале 988 гг. король франков Гуго Капет (987–996) решил написать письмо к Василию II. Неграмотный король возложил это поручение на реймсского архиепископа Герберта (который позднее станет римским папой под именем Cильвестр II). В то время основатель династии Капетингов был также не прочь породниться с византийскими василевсами, устроив брак своего сына Робера с «дочерью священной империи», под которой, , несомненно, подразумевалась Анна — единственная на тот момент совершеннолетняя невеста, рожденная «в порфире». 

Казалось, Гуго выбрал для сватовства самое подходящее время — восстание в восточных провинциях должно было сделать Василия II податливым, дабы не поставить под угрозу еще и южноитальянские границы империи. Однако письмо с брачным предложением, по всей видимости, так и не было отправлено в Константинополь. Причиной тому, надо полагать, было обескураживающее известие о помолвке Анны с русским князем. Действительно, едва ли не тотчас после написания письма Гуго бросил свою константинопольскую затею как вполне безнадежное предприятие и скоропалительно (не позднее 1 апреля 988 г.) женил Робера на Сусанне, вдове фландрского графа Арнольда II. Эта поспешность, очевидно, была вызвана тем, что, по достоверным сведениям информаторов Гуго в Константинополе, свадьба Владимира и Анны считалась при византийском дворе делом решенным. 

Намечавшееся родство с византийским императорским домом было чрезвычайно выгодно и почетно для русского князя, прекрасно сознававшего необходимость приобщения созданного им обширного государства к христианскому миру. Благодаря браку с багрянородной царевной Владимир входил в семью европейских правителей, становясь на равную ногу с могущественнейшими государями, многие из которых не могли даже мечтать о столь тесном родстве с византийскими василевсами.

Соображения престижа, в равной степени важные для обеих сторон, требовали придать крещению русского князя и его предстоящему бракосочетанию с Анной торжественный характер. И поскольку в Киеве не было ни одного пригодного для этого торжества места (всего одна–две маленькие деревянные церкви), то князь Владимир остановил свой выбор на Херсонесе — большом и красивом городе, важнейшем форпосте Ромейской державы в Таврии. Русские называли его — Корсунь.

В конце лета — начале осени 988 г. Владимир с дружиной отправился встречать невесту. Сам князь с большей частью своих людей, вероятно, встал в порогах, выслав вперед, к днепровскому устью, несколько ладей, на борту которых могли разместиться Анна и вся ее свита. Посыльные, однако, вернулись ни с чем. Византийский корабль, который должен был доставить Анну в Киев, так и не появился. Неожиданное препятствие — мятеж в Херсонесе — преградило «царице росов» дорогу в ее новую столицу.

После подавления восстания обоих Вард и капитуляции Херсона все помехи к браку Владимира и Анны были устранены. Вероятно, в конце лета — начале осени 989 г. Анна в сопровождении большой свиты, состоявшей из светских и духовных лиц, прибыла в Херсонес, где, по свидетельству «Повести временных лет», и состоялось ее бракосочетание с Владимиром. В честь этого события была отчеканена медная монета — на ее лицевой стороне значится большая греческая буква «В» и другая, поменьше, «А» (инициалы супругов), на обороте читается надпись: «Владимирос». Усмиренный Херсонес, согласно летописи, был преподнесен счастливым женихом Василию II в качестве свадебного вена — платы за невесту.

Крещение и женитьба на византийской царевне заставили Владимира изменить не только веру, но и многие привычки, в частности, его знаменитое «женолюбие». Христианская переоценка ценностей, по-видимому, далась ему нелегко. Акт крещения превращал его пристрастие к «женской прелести», за которое языческая традиция не предполагала никакой нравственной ответственности, в греховную половую распущенность, осужденную и наказуемую Господом: «Брак у всех да будет честен и ложе непорочно; блудников же и прелюбодеев судит Бог» (Евр., 13: 4). «Повесть временных лет» как будто оставляет распутство русского Соломона в языческом прошлом; во всяком случае, после 988 года летопись больше не возвращается к этой теме. Но вряд ли Владимир в одночасье изменил свое поведение. Иоакимовская летопись говорит, что это произошло не сразу и под воздействием чужой воли, вероятно под давлением Анны и христианского духовенства: «Владимир вскоре по крещении» (это «вскоре» предполагает прошествие нескольких лет, так как далее сообщается, что к этому времени Анна успела два раза родить) «упрошен был отпусти жены от себе, как и обещал…». Вняв увещеваниям, князь разослал «водимых» (законных, по языческому обычаю) жен и их сыновей по городам, а прочих «отдал в жены ближним своим, не имущим жен…». 

Продолжение статьи читайте в моём цикле исторических материалов https://sponsr.ru/1000_let_rossia/13317/Carevna_Anna_96310111012/

Подписка открывает доступ к архиву. Оформив годовую подписку, вы получаете скидку 20%, есть и другие интересные предложения.

Цикл Русское тысячелетие Х—ХХ обновляется не реже двух раз в неделю, материалы выкладываются в виде подкаста и иллюстрированной текстовой расшифровки.

Подписывайтесь, читайте/слушайте, комментируйте!

Мои книги

https://www.litres.ru/sergey-cvetkov/

Звякнуть копеечкой в знак одобрения и поддержки можно через

Сбербанк 4274 3200 2087 4403

ЮMoney (Яндекс) 41001947922532

У этой книги нет недовольных читателей. С удовольствием подпишу Вам экземпляр!

Последняя война Российской империи (описание и заказ)