Каково быть геем или лесбиянкой в украинской армии?

Почему представители ЛГБТ-сообщества, воевавшие в Донбассе, не дают сдачи гомофобам, которые атакуют правозащитные мероприятия? И зачем им "радужный" взвод в ВСУ? Репортаж Deutsche Welle.

Тишину импровизированного кинозала внезапно нарушает звон разбитого окна - внутрь летит горящий файер. Праворадикалы, "пикетировавшие" показ фильма о ЛГБТ в центре Киева, переходят в наступление - в ход идут слезоточивый газ и пиротехника. Один из зрителей запрыгивает на подоконник и выбрасывает пиротехнический снаряд на улицу. Молодчики в масках убегают, испугавшись то ли собственной выходки, то ли неожиданной контратаки.

Смельчака зовут Виктор Пилипенко. Он - участник АТО в Донбассе и основатель объединения "Украинские ЛГБТ-военные за равные права". Внешность 34-летнего мужчины совсем не вяжется с привычным суровым образом ветерана. Худощавое телосложение, худи с цветочным принтом, серьги в ушах - Виктор больше похож на столичного хипстера.

Но впечатление это обманчиво. С 2014 по 2016 год, во время ожесточенных боев на востоке Украины, Виктор, доброволец батальона "Донбасс", прошел немало горячих точек: от Мирной Долины в Луганской области до Широкино на Азовском море. Переводчик английского и французского языков по образованию, на фронте он получил позывной "Француз".

"Каминг-аут был как шаг в неизвестность"
Летом 2018 года Виктор Пилипенко первым среди украинских военных публично рассказал о своей гомосексуальности. "Конечно, было стремно - как шаг в неизвестность", - вспоминает мужчина. То, что ему нравятся парни, Виктор в течение двух лет на фронте тщательно скрывал от сослуживцев, с которыми делил окопы и ежедневно рисковал жизнью.

В отличие от Сергея, девушка-контрактник украинской армии, которая служит в другом подразделении и согласилась на интервью с DW на условиях анонимности, до сих пор не открылась сослуживцам. "Некоторые знают, что я "бишка" (бисексуалка. - Ред.), но пока лишь те, кому я больше всего доверяю - общество, к сожалению, еще заражено различными суевериями, - рассказывает она. - Но в ближайшее время я думаю совершить каминг-аут - заодно и список друзей почищу".

Реакция сослуживцев на каминг-аут сильно зависит от коллектива и командира, говорит Виктор Пилипенко. В его случае словесной травлей в соцсетях не обошлось. Хотя большинство товарищей поддержали Виктора - "особенно те, кто воевал со мной бок о бок, с кем мы вместе уничтожали врага, вытаскивали раненых" - в 2019 году, во время акции памяти в честь погибших в Иловайске, на активиста напал бывший сослуживец. "Он оставил мне синяки на спине, на лице, но я не сопротивлялся, пытался утихомирить его словами, потому что не хотел превращать это мероприятие в цирк", - вспоминает ветеран.

Как ЛГБТ-активистам помогает боевой опыт
Как и другие ЛГБТ-активисты, военные, совершившие каминг-аут, до сих пор не чувствуют себя в безопасности на улицах Киева. И хотя после нападения праворадикалов на "Марш равенства" в 2015 году, когда пострадали десять участников шествия, полиции в большинстве случаев удается сдерживать насилие на правозащитных мероприятиях, после их завершения гомофобы устраивают так называемые "сафари", рассказывает Виктор Пилипенко: "Они могут небольшими стайками вылавливать в городе ЛГБТ-активистов - из-за крашеных волос или какого-то радужного атрибута (радужный флаг - символ ЛГБТ-сообщества. - Ред.)".

Впрочем, насилием на насилие ЛГБТ-военные не отвечают. "Были такие моменты, когда меня побуждали - мол, ну что, Витя, давай и мы будем их бить, - говорит Виктор Пилипенко. - Но я сдерживал этих людей, ведь когда ты даешь физический отпор, ты тем самым легитимируешь насилие в отношении себя". Правда, боевой опыт в правозащитной деятельности все-таки помогает. "Он дает определенное хладнокровие, - признает ветеран. - Очень часто ЛГБТ-сообщество излишне боится идти на риск, а надо все-таки браться за руки и противостоять - возможно, не с кулаками, точно не с оружием, но, по крайней мере, быть решительными, давая отпор".

Зачем ЛГБТ-военным гражданские партнерства?
В тылу "оружие" ЛГБТ-военных - общественная работа. Среди прочего, они совместно с другими ЛГБТ-организациями отстаивают право на гражданские партнерства. Такая форма регистрации отношений, альтернативная браку, уже давно существует во многих странах. Однако в Украине геи и лесбиянки до сих пор лишены такой возможности.

Для тех из них, кто ежедневно подвергается опасности на фронте в Донбассе, а также для ветеранов, которых в случае обострения конфликта могут снова призвать в армию, легализация гражданских партнерств особенно актуальна, говорит Виктор Пилипенко. Ведь сейчас их партнеры полностью лишены льгот, которые украинские законы гарантируют мужьям, женам и детям погибших или получивших инвалидность военнослужащих. "Когда погибает военный-гей или военная-лесбиянка, их семьи и дети остаются фактически без защиты, - объясняет активист. - Дети вообще могут оказаться в приюте, или же их могут отобрать у партнера, оставшегося в живых, и передать родственникам, которые их меньше любят".

На данный момент в Украине существует уже несколько законопроектов о гражданских партнерствах. Однако ни один из них до сих пор не был передан в парламент. "Пришло время - война идет уже восьмой год, а риски для нас остаются все теми же, - говорит Виктор Пилипенко. - Дайте нам равенство прав: мы присягнули на верность украинскому народу, мы проливали кровь за нашу землю, мы заслуживаем быть равными".

Тем временем представители ЛГБТ-организаций, с которыми общалась DW, говорят, что благодаря публичности ЛГБТ-военных меняется отношение украинцев к сообществу в целом. Ведь военные и ветераны в Украине воспринимаются как защитники, а армия, по результатам опросов, пользуется наибольшим доверием среди государственных институтов.

ЛГБТ-взвод и обвинения в сотрудничестве с Кремлем
В марте этого года объединение ЛГБТ-военных пригласило представителей сообщества и дружественных к нему людей подписать контракт с одним из взводов, который как раз формировался в ВСУ. Инициатива создать психологически комфортные условия для службы геям и лесбиянкам принадлежала командиру, который сам входит в объединение ЛГБТ-военных. С руководством ее не согласовывали, а название взвода до сих пор не разглашают. "В командовании могут быть гомофобы, которые просто не дадут создать это подразделение, или же, даже если оно наберется, его будут "мариновать" где-то на тыловых позициях, чтобы люди захотели уйти, - объясняет Виктор Пилипенко. - Ведь в основном на войну идут, чтобы воевать".

Сейчас в подразделении, кроме командира, есть двое представителей сообщества: парень-гей и девушка-лесбиянка. "Нужно иметь хорошую физическую подготовку и соответствующие умственные способности, - объясняет Виктор Пилипенко. - Не все были готовы исполнять обязанности, присущие этому взводу, поэтому процесс набора затянулся". Сложностей добавляет и бюрократия, связанная с переводом из других частей. К тому же, говорит активист, некоторые из желающих передумали из-за нападок ультраправых, обвинивших сообщество в сотрудничестве с Кремлем для дискредитации украинской армии.

На самом же деле, говорит Виктор Пилипенко, задачи у объединения ЛГБТ-военных - прямо противоположные. "Одной из наших целей является развенчание мифов российской пропаганды о том, что в Украине победила неонацистская хунта. Мы хотим показать: какие к черту неонацисты, если набирается ЛГБТ-френдли взвод и есть ветераны и военные, которые не боятся сделать каминг-аут? - Объясняет активист. - Зачем оглядываться на Россию, частью империи которой мы были, и слушать, как они поливают грязью ВСУ, ЛГБТ-сообщество и Украину в целом? Нам надо двигаться в свободный мир, в Европу, к демократическим ценностям".