РУССКИЕ В ЕВРОПЕ. ИЗ ИСТОРИОГРАФИИ. ЗБРУЧСКИЙ ИДОЛ.
|
В плане решения возникших проблем становится понятной и задача Б. А. Рыбакова – дать общую трактовку Збручского лика и выяснить, какой из богов где находится. Общая трактовка такова: верхний ярус – божества, находящиеся на небе, средний ярус – простые люди, люди земли; нижний ярус – божество, поддерживающее землю с людьми. «Для расшифровки религиозного содержания Збручского идола и для определения его места в славянской мифологии нам необходимо, во-первых, разгадать каждую из пяти фигур божеств, а во-вторых, определить общий смысл всего одиннадцатифигурного комплекса» [118, с. 241] – такую задачу поставил перед собой Б.А. Рыбаков. Я же, поскольку предполагаю наличие на этом лике славянских надписей, ставлю перед собой иные задачи, а именно:
1) проверить справедливость общей схемы Б. А. Рыбакова;
2) проверить название каждого из определенного Б. А. Рыбаковым богов, ибо, по Б. А. Рыбакову, они являются Макошью, Ладой, Перуном и Дажьбогом, а по А. А. Бычкову – Святовидом, Живой и Перуном;
3) предложить свою систему и свое название богов Збручского идола.
Но идти я хочу иначе: вначале прочитать надписи на каждом изображении, а затем попытаться определить общую семантику всех ликов богов. Разумеется, насколько возможным окажется прочитать и понять надписи.
Как мне удалось выяснить, и Б. А. Рыбаков, и А. А. Бычков ошиблись. На самом деле, на святовиде из Збруча отражались те самые боги, которые были изображены на святовиде из Германии, то есть на севере – Макошь, на востоке – Велес, на юге – Род, на западе – Перун.
|
Збручский идол - славянский каменный идол Святовида-Рода. Был извлечён в 1848 из р.Збруч (Западная Украина) у села Гусятин Тернопольской области Украины. Имеет четыре грани. Является источником знаний о космологической системе славян IX в. Хранится в Кракове. Относительно назначения идола, времени изготовления, этнической принадлежности его создателей и др.вопросов существует множество мнений. Идол представляет собой четырёхгранный столб высотой 2,67 м, высеченный из серого известняка. Столб разделён на три яруса, на каждом из которых высечены различные изображения. Нижний ярус изображает подземное божество, средний - мир людей, верхний - богов. Идол венчает круглая шапка. Дата создания идола - приблизительно X в. Хронологически дата создания идола совпадает с периодом существования збручского культового центра. По данным археологических раскопок идол был установлен на территории святилища, расположенного на горе Бохит.
ancient-origins.netThe Zbruch Idol, (Swiatowid Cult Statue)
Збручский идол в Кракове Верхняя часть идола оформлена в виде округлой шапки с меховой опушкой, под шапкой расположены четыре лица. Идол разделён на три горизонтальных яруса. Высота верхнего яруса - 160 см, среднего - 40 см, нижнего - 67 см. Т.о., на идоле имеется 12 отдельных секций. Одна из секций нижнего яруса пуста, остальные же 11 содержат по одному изображению. На грани нижнего яруса, противопоставленной пустой, изображён усатый мужчина, стоящий на коленях и поддерживающий обеими руками средний ярус. На двух прилегающих гранях нижнего яруса эта же фигура показана сбоку, и обращена коленями к пустой грани. Т.о. представляется возможным определить лицевую сторону всего идола. Верхний ярус содержит крупные изображения двух женщин и двух мужчин в длинной подпоясанной одежде. Одна женщина изображена с рогом, вторая - с кольцом. Статуя Перуна Мужчины соответственно изображены один - с конём и мечом, второй - с солярным знаком на одежде, кругом с шестью лучами внутри него. Средний ярус схож с верхним, однако его фигуры значительно мельче. Фигуры также разделяются по полу - под женскими фигурами верхнего ряда также изображены женские, под мужскими - мужские. Одежды людей также длинные, но без пояса. Фигуры изображены с расставленными руками, как бы образуя хоровод. Этот единственный в своем роде памятник вызвал огромный интерес в научном мире, было высказано много противоречивых мнений относительно его назначения, датировки, этнической принадлежности. Успешное решение данных вопросов возможно лишь при условии, если Збручский идол будет связан с определённым культурным слоем. Копии идола в натуральную величину имеются Москве, Киеве, Гродно, Варшаве, Вильнюсе и Тернополе. |
Таким образом, теперь мы видим, что святовиды построены по одному принципу и представляют собой не уникальное изваяние, а некую серию священных конструкций. Причем конструкций русской ведической религии.
Б. А. Рыбаков помещает реконструкцию Збручского святовида на местности, проведенную архитектором Д. П. Суховым в 1945 г. [118, с. 237, рис. 48] (рис. 50). К сожалению, вокруг изваяния не видно никаких сооружений. Но иначе и быть не могло, ибо Збручский святовид был поднят со дна реки, и в 1945 г. было неясно, где и как он стоял. Зато святовид Песчаниковых гор находится на своем месте и в нужном окружении, и думать о том, как он должен стоять на местности, не приходится. Это дает возможность видеть, как он расположен и рядом с какими сооружениями. Само сооружение показано на рис. 51. Мы видим, что на этом рисунке имеются надписи.
Надписи германского святовида. Первая надпись находится на входе, который располагается между двумя плитами. Фрагмент в вертикальной рамочке читается: ВОЙДИ, что означает ВХОД. Далее, проходя между двумя плитами, на которых написано множество слов (к сожалению, все они находятся в тени, так что их прочитать не удается), можно попасть в крытое двускатной крышей каменное помещение. По пути можно прочитать дважды слово РОД, что, видимо, означает храм или мастерскую Рода, а также слово РУНЫ, то есть НАДПИСИ. Таким образом, столп стоит не в гордом одиночестве, а предваряет проход в святилище Рода. К сожалению, оно в полной мере не показано.
Вместе с тем обнаруженный комплекс из столпа с ликами четырех славянских богов (святовида) и крытого храма Рода дает нам возможность понять, как располагались друг относительно друга храм и столп. Сопоставление его со святовидом из Збруча показывает, насколько продвинулась техника обработки камня со времен античности. Если германский столп весьма массивен, шапка на нем почти равна по величине голове, на туловище, кроме рук, не видно никаких других частей, то Збручский столп изящен, тонок, его шапка много меньше головы, руки персонажей видны очень хорошо, камень избран светлый, на котором детали хорошо просматриваются.
В отличие от этих двух столпов, имеющих четыре грани, камень-столп Ольгиных бань имеет коническую форму, и на его поверхность нанесены сведения о богах и иных названиях, связанных со славянскими божествами – всего восемь названий. Иными словами, хотя это тоже столп, но уже не святовид. И рядом с ним не просматриваются какие-то здания культового назначения. Таким образом, описываемый германский святовид Песчаниковых гор представляет собой очень интересный пример славянского святилища, выполненного настолько натуралистично, что геологи приняли его за продукт естественного выветривания скалы. Вероятно, в Германии можно обнаружить еще массу интереснейших памятников славянской мифологии и культуры.
Промежуточный итог. Я рассмотрел еще 7 объектов, традиционно считающихся либо германскими, либо кельтскими (но еще недавно кельты тоже объявлялись германскими археологами германскими же племенами). Все эти объекты, которые традиционная археология относила к германским, оказались славянскими. Иными словами, без учета славянской эпиграфики, то есть чтения протокириллицы (рун Рода) и руницы (рун Макоши), подлинная археология германских (а заодно и кельтских) земель невозможна.
Таким образом, коллеги-археологи из Германии и стран, на чьей территории когда-то проживали кельты, обманываются сами и невольно обманывают других. Подавляющая часть древних ритуальных предметов на германской территории – славянского происхождения.
Эти данные, полученные исключительно по ритуальным предметам, вполне дополняют картину, представленную в предыдущем разделе. Но если какие-то рекламные произведения или камни-письма могут оказаться совершенно случайно и в другой стране, то культовые предметы все-таки принадлежат местному населению. Именно поэтому данный раздел гораздо сильнее предыдущего подтверждает уже высказанный взгляд: на территории будущих стран: Германии, Франции и Чехии – проживали славяне, а еще точнее – русские. Им принадлежат и гигантские статуи, и весьма скромные фигурки божков. Иначе мы обнаружили бы не русский язык и не славянские названия божеств.
Именно святовид и изображен на рис. 47, открывая вход в каменное святилище в Песчаниковых горах нынешней Германии, а бывшей русской земли. Это – не первый святовид, известный мне. В моей книге о священных камнях я уже рассматривал два святовида – столп Ольгиных бань и Збручский столп. О последнем я написал ряд замечаний, которые в данном случае процитирую, чтобы иметь возможность оценить значимость новой находки и попытаться сравнить ее со столпом из Збруча.
Збручский «идол». Вершиной проявления язычества в славяноведении считается Збручский столп, найденный в 1848 г. в реке Збруче. Характеризуя его значение, Б. А. Рыбаков замечает: «На фоне того, что нам известно о славянских идолах, как по реальным находкам, так и по древним описаниям, совершенно исключительным оказывается Збручский Род-Святовит, представляющий собою не изображение какого-либо отдельного божества, а дающий целую космогоническую систему, четко сложившуюся к IX в. Эта глава названа “Апогей язычества”, но весь предшествующий материал ничего не говорил нам о высоком развитии, об итогах теологических размышлений древних русое к моменту зарождения государственности. Збручский идол прекрасно отражает именно этот важный переломный момент в истории восточного славянства, соединяя в себе архаичные черты, уходящие чуть ли не в земледельческий энеолит (богиня-Мать) с новыми элементами, порожденными новым дружинным бытом (бог-воин, всадник с оружием)» [118, с. 236]. Таким образом, значение этого изваяния для понимания восточнославянского язычества крайне велико (я бы даже сказал, неоправданно велико, поскольку другие лики обычно во внимание не принимаются, как если бы Збручский столп вместил в себя все славянское язычество).
Любор Нидерле отмечает, что в церковной славянской литературе X и XI вв. такая статуя бога называлась ИДОЛЪ (от греческого ειδωλον), БОЛВАН, ИСТУКАНЪ, КУМИРЪ, СТОДЪ. Все эти названия чужеземного, большей частью тюрко-татарского происхождения. Славянскими названиями были МОДЛА, КАПЪ и СОХА, однако не все эти названия засвидетельствованы в древнейшее время [94, с. 320]. Как видим, единственного верного славянского языческого термина ЛИКЪ здесь нет, оно неизвестно исследователям, которые из-за этого обращаются к названиям, данным либо идеологическими противниками язычества, принявшими христианство, либо представителями вообще другого народа, народа-завоевателя. Однако этот небольшой фрагмент поясняет приверженность Л. Нидерле к мысли о тюркском заимствовании славянских изваяний, поскольку, как ему кажется, сами названия пришли от тюркских народов.
На противоречивость толкования Збручского лика указывает Б. А. Рыбаков, говоря, что по его поводу в литературе было высказано множество противоречивых и взаимоисключающих мнений. «Одни считали его славянским, другие относили в разряд тюркских каменных баб и подыскивали ему аналогии вплоть до Тибета и Монголии. Одни датировали IX в. до н. э., другие решались углубить дату очень точно до первой половины I в. до н. э. и связать его с кельтами» [118, с. 236]. Полагаю, что ничего странного в этом нет, и пока на Збручском лике не будут обнаружены надписи, подобные теории могут выдвигаться и далее.
Б. А. Рыбаков приводит обширную библиографию; к сожалению, в ней нет книг, содержащих предположения о существовании на лике каких-либо надписей.
Принципиально иную позицию занимает А. А. Бычков. Он пишет: «Збручский идол – наиболее популярный идол, на четырех гранях которого изображены 4 божества – Святовид, Жива, Перун, четвертое божество не имеет атрибутики и пока назвать его не представляется возможным. Вызывает подозрение в его подлинности тот факт, что он был обнаружен в имении графов Потоцких в 1847–1848 гг. Ян Потоцкий в свое время с большим энтузиазмом относился к изучению славянских древностей. Обнаруженный в реке идол нисколько не пострадал, не затянулся илом и не покрылся тиной и водорослями. Время вообще никакого вреда ему не принесло. Вот что значит святость!» [19, с. 112]. Ирония исследователя мне не понятна. Для того чтобы затянуться илом, необходимо его наличие, равно как наличие тины и водорослей. Все это характерно для стоячей воды прудов, озер и болот. Но в данном случае речь идет о проточной воде реки, где она бывает очень чистой. Что же касается энтузиазма Яна Потоцкого, то он был проявлен в 1795 г., а здесь речь идет о событиях, на 53 г. более поздних. К тому же Ян Потоцкий лишь описывал предъявляемые ему древности, но ничего не изготавливал сам. Почему же подозрение падает на его потомков, мне неясно. Но продолжим цитирование. «Сравни изображение атрибутированной грани с изображением славянского идола в “Азбуковнике”. Похоже, изготовитель Збручского идола пользовался при ваянии именно “Азбуковником”. Положение рук У ВСЕХ ЧЕТЫРЕХ ПЕРСОНАЖЕЙ на Збручском идоле идентичны идолу “Азбуковника”. Атрибутика же Святовида, Перуна и Живы взята из книги Маша с изображением Прильвицких статуэток. Так что, увы! Похоже, Збручский идол ничего нового нам не сообщит. Новодел, но профессиональный!» [19, с. 70, рис. 4]. Логику А. А. Бычкова воистину понять нельзя. Мало ли какие изображения схожи. В конце концов, у каждого из нас по две руки и по две ноги, но это не значит, что все наши изображения похожи, как две капли воды.
Но по большому счету мнение Алексея Александровича Бычкова следует определенной логике, но не славянской и не повседневной. Просто начиная с немецких историков на русской службе: Миллера, Байера и Шлецера – академической традицией стало сомневаться во всех славянских древностях – якобы они подделки. Греки почему-то не торопятся заявить, что их Акрополь – это изделие не языческой, а христианской эпохи, да и немцы почти все находки славянских богов выдают за немецкое культурное наследие – и никто не говорит о фальсификации. Академическая традиция этих стран соблюдает «презумпцию подлинности». А вот когда на славянской территории найден столп с ликами славянских же богов, вот тут бывший научный сотрудник Института отечественной истории РАН, доктор исторических наук А. А. Бычков встает в позу и с пафосом произносит: «Новодел, но профессиональный!»
Другие возражения выдвигают исследователи петербургской школы. Говоря о почитании в восточнославянской этнокультурной среде некоторых идолов, Н. И. Петров отмечает: «Збручский идол. Это изваяние, случайно найденное в реке Збруч, вполне можно было бы отнести к данной группе подобных древностей, если бы не утверждение И. П. Русановой и Б. А. Тимощука [114, с. 34–35] об обнаружении основания идола на городище Богит. Неправомерность этого предположения специально рассматривалась мною ранее [99, с. 96–100; 101]. Здесь хотелось бы лишь вновь подчеркнуть весьма вероятную связь Збручского идола с кельтской традицией антропоморфных изображений [59, с. 220–221; 225, с. 111 – 118, 124]» [100, с. 87–88]. Вот тебе и на! Оказывается, славянских идолов ставили кельты. А то, что основание идола могло относиться и к какому-то другому изваянию, нисколько не дискредитирует славянскую принадлежность Збручского лика. Наконец, можно привести и слова Генрика Ловмянского, процитированные еще Б. А. Рыбаковым: «Анализ полабских данных подтверждает слова варяга (о том, что деревянный Перун в Киеве – не бог, а дерево) и вместе с тем позволяет исключить из области славянской мифологии все недеревянные фигуры из славянских земель, ошибочно считаемые археологами славянскими со знаменитым Збручским Святовидом во главе [214, с. 158]» [118, с. 238–239]. Итак, получается, что каменные лики – вовсе не лики, и при этом мы должны верить не своим глазам и не славянским надписям, а высказываниям некоего варяга (слово «варяг» в быту имеет смысл «пришлый человек, не разбирающийся в данном деле». Поэтому выражение «слова варяга» на русского читателя действует как синоним изречения «слова дилетанта»). Поэтому честь и хвала Борису Александровичу Рыбакову, который категорически не согласился с данным тезисом уважаемого польского историка и приступил к исследованию Збручского памятника в полной уверенности в его чисто славянском происхождении.