Отъехать подано-с!

Сколько раз я вам говорил, что красть грешно! Еще тогда, когда вы в Старгороде хотели обокрасть мою жену — мадам Грицацуеву, — еще тогда я понял, что у вас мелкоуголовный характер.

/Ильф и Петров. «12 стульев»/

Пролетая над гнездом демократии

​Им всё объясняют и объясняют, что красть грешно, а они всё воруют и воруют. А потом вывозят в станицу Лондонскую, поскольку с Темзы выдачи нет. Или летят, словно мотыльки на огонь, к факелу Изваяния Свободы, встречающей российских каторжан и европейских переселенцев у входа. Летят на собственных самолётах, естественно. То из Казахстана летят, то с Украины. Готовы к отлёту в тёплые края и российские сверхбогачи. Один даже самолёт для надёжности в Финляндии держит. Чтобы добираться к нему по ленинскому пути – по льду Финского залива. Отъехать подано-с!

Это ж во времена большевицкого прижима выехать и вывезти нельзя было, и подпольные миллионеры таскали за собой по стране чемоданы, набитые ворованными хрустами. Сам Бендер отчаивался: «Все это выдумка, нет никакого Рио-де-Жанейро, и Америки нет, и Европы нет, ничего нет. И вообще последний город – это Шепетовка, о которую разбиваются волны Атлантического океана». Для обычного советского жулика «заграница – это миф о загробной жизни. Кто туда попадает, тот не возвращается». В ту пору советская граница была наглухо заперта, преграждая путь раздобывшему свой миллион Остапу Бендеру к мечте его детства – Рио-де-Жанейро «у обширной бухты Атлантического океана».

Благодаря Великой Буржуазной Контрреволюции Россия вернулась на 150 лет назад к такому устройству общества, когда «большинство работает из-под палки, а меньшинство проживает доходы». (Писарев). Маркс мечтал о скачке человечества из царства необходимости в царство свободы. Мы скакнули из царства необходимости в крепостное право. Хотя самые умные скакнули через Маркса на Кипр, в Швейцарию или Англию, в царство Свободы от уголовного преследования. Решили, что там отсидеться удобнее, чем отсидеть в Магадане.

И вот оказалось, что проклятые английские капиталисты прикармливали и приголубливали беглых российских воров и жуликов всего-навсего в качестве «живых консервов» для продления жизни своих капиталистов… Потому как убегать с «большой зоны», как было принято именовать в либеральных кругах СССР, приходится так же, как и с маленькой: кого-то берут в побег только для того, чтобы сожрать, когда закончится продовольствие. Готовность сожрать ближнего своего – основной признак либерала, живущего по правилу «умри ты сегодня, а я завтра»… Разумеется, джентльмен не станет взаправду есть поверженного противника. Разве что в крайнем случае.

В этой связи хорошо бы, господа, провести голосование, кого съедят либеральные ребята с «Эха Москвы», живущие по правилам «умри ты сегодня, а я завтра» и «не верь, не бойся, не проси», когда всей шайкой во главе с Венедиктовым рванут с Колымы? Того, кто потолще, или того, кто поглупее?

Собственники

Победителем становится не лучший, а лучше приспособившийся

/В. Шендерович/

Ой, золотые слова, господин Шендерович, соловей и Дарвин нового времени одновременно! В войне каждого против всех, которая всё спишет, побеждает не сильнейший, а подлейший. Это мы видим на множестве примеров. Нефтяная компания успешно работала до того, как ее украл Ходорковский, и работает после него. Несмотря на это Венедиктов уверен, что нынешнее экономическое «процветание» – это следствие свободы печати в 90-х. А не свободы воровать.

Воровать помогало государство в лице Чубайса и Гайдара, называвших себя смертниками. Это тот случай, когда рука руку моет и обе становятся ещё грязнее. Себя, своих деток, внуков и правнуков «смертники» обеспечили. За счёт чужих. Случай это не первый в летописях человечества. Минойская цивилизация на острове Крит, возникшая на перекрёстке морских торговых путей, в своё время была самой передовой, создавшей водопровод, канализацию, мощенные дороги. И вдруг рядом с мощенными дорогами исследователи находят кувшины с костями детей, которых варили вместе с местными съедобными улитками. На костях явные следы ударов, оставшихся после разделки мяса.

Съедали, разумеется, чужих детей.

Примерно также дело обстоит в трудные времена в стаде шимпанзе, где тоже от голода съедают детей. Но не кого попало, а детенышей пришлых самок. В стаде обезьян, кстати, самец жрет первым. Затем его приближенные. Остальным достаются в лучшем случае объедки. Нельзя не признать, что нашим занюханным либералам удалось-таки восстановить доисторическую справедливость.

У обезьяньего князя имеется большое преимущество: когда он нажрётся, он предоставляет возможность наесться остальным. Наши же начинают покупать дворцы, яхты, самолёты, золотые унитазы. Поистине, стадо обезьян – идеал верующего человека!

О, мудрые обезьяны! Им и в голову не могло прийти перегнать пищу за рубеж или проиграть её

И вот жестокое разочарование! Оказывается, зря поверили в хвалёную английскую демократию, зря не боялись привести в Англию наворованное, зря просили убежища. Потому что начинается самое настоящее раскулачивание жуликов со всего послесоветского пространства. Уже заявлено об отмене «золотых виз», которые каждый мог купить всего-навсего за 2 миллиона фунтов серебра (204 миллиона рублей). Очередная железная баба, глава МВД Британии Прити Патель горит желанием подгадить братьям по классу из опасения, что эти визы могут использоваться для отмывания денег, на котором держится экономика России.

Подчиненные уже обвиняли госпожу Патель в том, что она кричала на них, унижала и травила. Теперь, размявшись на своих, госпожа Патель примется за наших: житие наших жуликов будут подвергать изслеъдованiю на всём его протяжении. Как будто не ясно, что они всю жизнь только и делали, что молились и воровали. С последующей конфискацией имущества, которую российские жулики в России отменили. В очередной раз звучит заветное: «Берегите пенсне, Киса — сейчас начнётся!»

А ведь давно погромыхивало. Множество знамений предупреждало российских расхитителей вместе с английским поэтом:

И как вина земная ни тяжка,

Прощён бывает грешник терпеливый;

Встань, рыцарь, и покинь вертеп сей нечестивый».

Евгений Пырков