Ненастоящий детектив

Александр Рязанцев

Вера Богданова. Семь способов засолки душ. – М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2024. – 316 с. – 5000 экз.

С каждым годом становится всё заметнее: границы между литературой и медиапродуктами размываются. Так, новая книга Веры Богдановой «Семь способов засолки душ» создавалась сразу в формате аудиосериала – по сути, аудиокниги с редкими музыкальными вставками. Каждая глава – отдельный часовой эпизод. Печатная же версия появилась позже и воспринимается скорее как сопровождающий текст, чем оригинал. Отсюда – специфика повествования: неспешное развитие действия, преобладание описаний, медитативный темп, ощутимая зависимость от мастерства чтеца.

И это не формальный момент: роман выстроен так, чтобы «звучать в ухе», а не со страниц. Из-за этого читатель, привыкший к бумажным книгам, может почувствовать разочарование. История будто бы всё время собирается начаться, но остаётся в застывшем состоянии, в повторяющемся цикле действий персонажей, их диалогов, воспоминаний, видений главной героини – Ники, дочери маньяка-шамана, основавшего крупнейшую секту на Алтае, фрагментов воспоминаний и внутренней речи главной героини.

Авторы XXI века всё чаще пытаются писать так, чтобы «было как в кино». Здесь этот принцип доведён до максимума. Богданова предлагает не столько текст, сколько раскадровку: камера следует за действием, описания скрупулёзны, детали – визуально точны. Чего стоит одно такое описание: «Кустарник расчерчивает предгорье, как прожилки жира – мраморное мясо. Местность лишь кажется ровной, но на деле это полоса препятствий из кочек и тёмных участков льда в низине – похоже, весной здесь разливается болото». Очень точное и красивое описание. Но сюжет романа выстраивается не только как драматическая структура, но и как поток. Интрига как таковая быстро исчезает, поскольку фабула подчинена описательности, а не действию.

Это создаёт специфический эффект: вроде бы перед нами триллер, но триллера нет. Саспенс есть, а напряжения нет, вместо него перед читателем предстаёт повторяющаяся хроника однотонных, не сильно примечательных образов и ситуаций, часто взятых из западных образцов. Например, бурлящая алая вода, которую в ужасе видит Ника в одной из сцен, явно взята из кубриковской экранизации романа Стивена Кинга «Сияние».

Перейдём к аудиокниге. Текст попеременно читают прославленный артист дубляжа Дмитрий Полонский и (ему помогает как напарник) известная криминальная журналистка Саша Сулим. Такой выбор чтецов сделан явно неспроста – предполагается, что роман должен вызвать аллюзии на первый сезон «Настоящего детектива», почему, как верно отметил критик Андрей Мягков, и был выбран Полонский, официальный голос Вуди Харрельсона, сыгравшего Марти Харта. Саша Сулим явно уступает ему в мастерстве, она непрофессиональный чтец, но это и не так важно – газетные хроники и монологи в её исполнении звучат только убедительнее. И отмечу, что ближе к концу романа она раскрылась. Кстати, в нацеленности на фанатов «Настоящего детектива» можно убедиться, просто посмотрев на обложку – она выполнена в том же стиле, что и заставка сериала.

Отмечу, что в российской прессе это подаётся как достижение, хотя на самом деле такие решения только вредят роману – он попадает в подчинённое отношение к оригиналу, стараясь быть на него похожим, и при этом соответствовать российским реалиям. Но проблема в том, что подобное ориентирование не становится интертекстуальностью в продуктивном смысле. Оно скорее демонстрирует, что текст стремится встроиться в чужой канон, не имея при этом собственной плотности. В результате роман оказывается, повторюсь, в подчинённой позиции: он вторичен по отношению к западным источникам, но и остаётся вне российской литературной традиции.

В результате получается странный гибрид – жанровое произведение, в котором жанр подавлен. Формально «Семь способов засолки душ» – это триллер, по факту – социальная драма с элементами мистики, не вполне доверяющая собственным средствам и потому постоянно перескакивающая с одного регистра на другой.

Важно отметить внимание Веры Богдановой к описываемым фактам – ритуальным убийствам на территории Новосибирска в девяностых и начале нулевых. Через описание «Сияния» автор доносит важную мысль – преступные организации на то и организации, что даже если их закроешь, посадишь в тюрьму верхушку, то оставшиеся члены, адаптировавшись к новым условиям, будут продолжать заниматься тем же самым. Потому секты и продолжают существовать – просто о них мало говорят. Мы как-то привыкли за последние годы, что секты – давно в прошлом и где-то далеко. Роман Веры Богдановой доходчиво и убедительно напоминает – нет, не далеко. Секты есть. Они рядом. И надо быть осторожным. Пожалуй, эта мысль – самое важное достижение Веры Богдановой в «Семи способах засолки душ», за что мы должны её поблагодарить.

«Семь способов засолки душ» – не массовая литература как текст, а массовая литература как медиапроект. Свою задачу он решает частично: атмосфера создаётся, голоса звучат, звучат хорошо, убедительно, саспенс обозначен. Но структурная слабость, зависимость от внешних образцов и неуверенность в жанре не позволяют роману состояться ни как художественное высказывание, ни как сильный жанровый образец. Он удерживает внимание, но не вызывает внутреннего отклика. Причём формально интересен, но в содержательном смысле – поверхностен. Тем не менее именно в такой дихотомии – его историческая точность: это литература, которая ищет себя не в языке, а в медиа.