Музей, которого нет

Многие частные коллекции становятся музеями, но сегодня мы расскажем о музее, который пока так и не появился на свет, хотя коллекция по-прежнему существует. Коллекционер ушел из жизни, и музей не возник – во всяком случае, физически. 

Речь идет о существующем в Интернете Музее староверия и его основателе Викторе Ивановиче Осипове. И коллекция, и музей, и жизнь самого коллекционера связаны с городом Боровск, районным центром Калужской области, чье население не достигает и тринадцати тысяч человек. Обо всем этом рассказывает дочь Виктора Ивановича, Анна Осипова, пресс-атташе Музея  староверия на волонтерских началах. 

- Каково культурное наследие старообрядчества? 

-- Прежде всего, это рукописные и старопечатные книги. Рукописи процветали в ранний период раскола. Существовали рукописные центры старообрядчества: поначалу поморские, потом появились и поволжские. Создавались и подпольные печатные типографии. Они брали за образец

дораскольные печатные книги. Многие из таких книг назывались «почаевскими»: это было подобием кодового слова. При этом печатать их могли не в Почаеве, а в совершенно разных местах. 

После 1905 года, когда старообрядцам было разрешено существовать открыто, появляются легальные старообрядческие печатни, издававшие большой объем литературы. Старообрядцы пользовались и единоверческими печатными книгами. 

Единоверцами называются старообрядцы, воссоединившиеся с православной Церковью при условии соблюдения староцерковных чинопоследований. Некоторые относят единоверцев к старообрядцам, другие говорят, что так делать нельзя. Это вопрос до сих пор не решен. 

В иконописании старообрядцы старались сохранять дораскольные образы. Иконы они писали в соответствии с ними, так, как их писал Андрей Рублев и его ученики. А также в согласии с решениями Стоглавого собора, который прошел в Москве в 1551 году с участием Ивана Грозного. Многое зависело и от того, где эти иконы писались. Если это были южные регионы, то туда вкладывался легко узнаваемый, «цветочный», яркий южный стиль. 

В XYII веке у староверов появляются медные иконы. Деревянная писаная икона занимает больший объем, а при активных перемещениях, в неизбежных при гонениях экстренных ситуациях, красочный слой труднее сохранить. Меднолитые иконы более прочные. Меднолитую пластику тоже изготавливали в разных центрах, от Выговского до Преображенского и во многих других. Сейчас ее активно изучают искусствоведы, о ней много пишут. 

О музыкальном искусстве старообрядцев трудно говорить, потому что оно практически никак не фиксируется. Но, с другой стороны, старообрядцы сохранили основной вид древнерусского богослужебного пения, знаменное пение разных видов, как наречное так и наонное -- в зависимости от принадлежности согласия. Наречное пение – тип знаменного пения, появившийся в XVI веке, но получивший распространение позже. Оно противопоставляется наонному пению как более понятное, без произношения конечных и срединных редуцированных полугласных звуков (еров) церковнославянского языка, обозначающихся буквами Ъ и Ь. В наонном пении они распеваются как звуки о и е. 

У старообрядцев сохраняются древние рукописные или печатные певчие книги. Обычно они очень хорошо украшались, зачастую это произведения искусства. Знаменное пение – праздничное пение, книги должны были радовать глаз. В начале двадцатого века были осуществлены первые записи старообрядческого морозовского хора. Граммофонные пластинки того времени стали раритетами, это часть материальной культуры. Старообрядческие четки-лестовки зачастую были произведениями искусства. К нему, конечно же, относятся и старообрядческие богослужебные костюмы. 

В музеях, зачастую, вешают кафтан и сарафан и говорят, что это старообрядческий костюм. А это богослужебный костюм, причем чаще всего центрального региона. Старообрядцы жили в различных регионах, в зависимости от места богослужебные одеяния казаков-некрасовцев, или бурятских семейских старообрядцев, или же московских рогожских старообрядцев были совершенно разными. Но в обычной жизни старообрядцы никак не выделялись. Они ходили в этнографических костюмах или же в одежде, соответствующей моде своего времени. 

-- Какова нынешняя судьба коллекции? 

-- Коллекция находится у супруги Виктора Ивановича. Он собирал меднолитую пластику, старопечатные книги, и некоторые этнографические предметы. Но экспозицию создать не удалось, хотя Виктором Ивановичем и была разработана ее концепция. Сейчас мы представили концепцию в администрацию Боровского района, и она, вроде бы, выразила желание поддержать проект. 

-- Как Боровск связан со старообрядчеством? 

--До революции он был одним из подмосковных центров старообрядчества. Согласно переписи населения 1897 года, чуть меньше чем пятьдесят процентов населения Боровска с конфессиональной точки зрения были старообрядцами. И это лишь те, кто не побоялся назвать себя старообрядцем. В 1897 году они еще не были на легальном положении, и часть из них была официально зарегистрирована православными. 

После 1905 года и указа Николая II «Об укреплении начал веротерпимости» старообрядцы зарегистрировали сразу четыре общины, и в Боровске их стало больше шестидесяти процентов. Это уже данные не переписи, а из отчета боровского городского головы калужскому губернатору. Боровское купеческое сословие по большей части принадлежало к старой вере. Если мы пройдемся по центральной, Успенской улице Боровска, нынешней улице Ленина, то мы увидим дома Саниных, Меренковых, Шокиных – и все это старообрядцы. Старообрядцы Полежаевы отстроили фабрику, в советское время ставшую градообразующим предприятием. Они же создали боровскую пожарную дружину. Старообрядец Николай Глухарев открыл первый боровский

краеведческий музей. По его инициативе была открыта первая в уезде общественная библиотека. С 1905 по 1914 годы в Боровске было построено три больших старообрядческих храма. А в 1914 началась Первая мировая война... А если мы заглянем еще дальше, в XYII век, во времена раскола, то увидим людей, причисленных различными старообрядческими согласиями к лику святых.

С Боровском связан всем известный протопоп Аввакум. Он дважды ссылался в Боровск, и до суда над ним в 1666 году, и после суда. И уже из Боровска был отправлен в свою последнюю длительную ссылку в Пустозерск. Боярыня Морозова также была сослана в Боровск. Свои последние годы она провела здесь, в заключении. В Боровске она и умерла, когда ее, по указу царя Алексея Михайловича, поместили в земляную тюрьму и лишили еды и питья. Ее могила сохранялась боровчанами до середины ХХ века. Советское время сильно потрепало старообрядчество в Боровском крае, сейчас община не так многочисленна, как некогда. Тем не менее, старообрядческий храм заново освящен, возвращен общине и действует. Второй храм тоже возвращен, находится на реставрации. В третьем сейчас располагается муниципальное учреждение. Но я думаю, что его община бы уже не потянула. 

-- Были ли в Боровске собственная иконописная школа, свои рукописные, печатные книги? 

-- Боровские староверы пользовались книгами, написанными или отпечатанными в других регионах. Но они могли оставлять свои записи на их страницах, а это уже представляет несомненный исследовательский интерес. Долгое время считалось, что в Боровске не было иконописной школы. Но московский исследователь Михаил Алексеевич Чернов пришел к выводу, что в Боровске была своя иконописная мастерская. Он выделяет боровские иконы в отдельный иконописный комплекс из всего массива икон нашего города. И находит их в других собраниях, в том числе и музейных. 

-- Не тесно ли коллекции Виктора Ивановича в домашних стенах? 

-- Предполагалось, что коллекция будет расширяться на базе музея, но не сложилось с его помещением. Во всяком случае, пока. Виктор Иванович думал, что музей будет не местного масштаба, что в нем будет показана история раскола и становления старообрядчества, его развития, как явления. Мне непросто говорить о своем отце, тем более, что он ушел в начале февраля минувшего года. Скажу только, что Виктор Иванович был многогранным человеком. Он изучал историю староверия, поставил городское краеведение на научную основу, перевел его с уровня собирания легенд в область научного знания. Виктор Иванович писал статьи и научные работы на краеведческую тему. Он стоял у истоков создания боровского краеведческого музе как профессионального учреждения культуры. В 1987 году стал его директором. Он был и организатором издания альманаха по старообрядческой теме. Благодаря ему прошли тринадцать научных конференций «Старообрядчество: история, культура, современность». Четырнадцатая состоялась уже без него. При этом в Боровске, в музее, директором которого он был, Виктор Иванович проводил краеведческие конференции и научные мероприятия по совершенно разным темам. Он был великим объединителем, он связывал людей, которые никогда бы в жизни не встретились. Благодаря ему пересекались исследователи различных тем. Некоторое время он являлся председателем боровской старообрядческой общины, при нем была отреставрирована и открыта центральная часть старообрядческого храма. 

Делом своей жизни он считал строительство памятной часовни в память Феодосии Прокопьевны, боярыни Морозовой и ее сестры Евдокии Прокопьевны, княгини Урусовой. С 2000 по 2005 годы она строилась, и теперь стоит на Городище, рядом с местом их захоронения. Виктор Иванович работал и в музее-квартире Циолковского, и в музейно-выставочном центре Боровска и в других культурных учреждениях, и всюду вокруг него объединялись люди. Потом у него возникла идея сайта «Старый Боровск». 

Там он собрал все по темам, связанным с Боровском и его историей. Это большое справочное пособие, где можно ответы на любые вопросы по любой теме, связанной с нашим городом, и подборку информации, и список литературы. Идея Музея староверия не оставляла Виктора Ивановича с 1989 года. Сам боровский краеведческий музей появился в 1987 году, -- не на общественных началах, как было раньше, а как филиал Калужского областного краеведческого

музея. В 1989 году на его территории, (в то время он располагался в Пафнутьевско-Боровском монастыре), была создана экспозиция «Боровск старообрядческий». Время еще было глубоко советским, и доказать руководству, что такая экспозиция нужна, было очень непросто.

Потом у Виктора Ивановича возникла идея создания Музея староверия, который стал бы центром научным и информационным центром, местом объединения исследователей старообрядческой тематики независимо от их направлений. Тем не менее, хотя экспозиция не сложилась, на базе виртуального музея, работающего в Интернете, возникла международная научная конференция.

Это крупнейшая площадка, где встречается исследователи по старообрядческой теме. В ней могут участвовать и сами старообрядцы. Как говорит один из членов оргкомитета, доктор исторических наук, профессор Валерий Керов: «представьте, что на конференцию, посвященную истории и культуре античности, придут древние греки и скажут: «Это неправильно! Мы с этим не согласны!» Конференция дала старт очень многим будущим ученым. Когда-то они приехали на нее студентами, а сейчас это профессора и доктора наук, работающие в крупных университетах и даже в Академии Наук. 

Интернет-музей развивался на базе коллекции Виктора Ивановича, реплик и муляжей, которые делали художники Государственного исторического музея (это в краеведческом музее не нужно) и сайта «Старый Боровск». Потом был создан дополнительный сайт «Музей истории и культуры староверия». Я верю, что рано или поздно музей перестанет быть виртуальным. Где, как не в Боровске, должен жить и работать построенный на научной основе Музей истории и культуры староверия? 

Алексей Филиппов

Фото: предоставлено Анной Осиповой, публикуется с разрешения правообладателя