Таинственные следы на крымских камнях
Херсонес Таврический, он же Корсунь, был основан древними греками в V веке до н. э. и просуществовал до XV столетия. За свою двухтысячелетнюю историю колония пережила нападения скифов, гуннов, татар, переходила в подчинение к Боспору, Византии, Риму, Генуе. Не обошла стороной лакомый кусок и просвещенная Европа. Херсонес дважды разорялся литовскими князьями: Ольгердом и Витовтом. Смертельную рану, после которой Херсонесу не удалось возродиться, нанес хан Едигей, а последнюю точку в жизни когда-то богатейшего поселения поставила экономика. Портовый город, существовавший главным образом за счет торговли, не выдержал конкуренции с хитрыми генуэзцами и окончательно зачах.
Брали Корсунь и славяне во главе с князем Владимиром. Именно эта победа в 988 году коренным образом изменила судьбу нашего государства. Киевский князь потребовал в жены сестру византийского императора Анну, а условием свадьбы стало Крещение Руси. Владимир со своей дружиной крестился именно в Херсонесе. Вот как характеризовал патриарх Кирилл это событие:
— Первые шаги нашей православной веры по нашей земле начались здесь, в Крыму. Одно только это превращает Крым в духовный центр для всего нашего народа.
Шаги в прямом и переносном смысле. На берегу Херсонеса находится малоизвестный артефакт — отпечаток стопы апостола Андрея Первозванного. Именно к нему отправился в свой последний путь московский священник. По преданию, ступивший на берег апостол Андрей произнес столь горячую молитву, что камень под его ногой расплавился. Упоминание об этом есть в «Степенной книге», написанной во времена Ивана Грозного: «На камени же том воглубленно вообразишася нозе святаго Андрея, яко на воску, иже доныне видимо есть; егда же море зыбляшеся, и морская вода достизаше на камень, и наливахуся воображенныя стопы святаго Андрея, иногда же и от дождевнаго наводнения налияхуся». Кстати, люди отмечали, что морская вода, попав в каменный след, становится пресной. В наше время появились сообщения о чудесных исцелениях и решении жизненных проблем у паломников, посетивших святыню.
В Херсонес мы попали 23 сентября, через неделю после трагической гибели священника. Охранники предупредили, что подходить к морю не рекомендуется. В районе Западных ворот повсюду установлены предупреждающие таблички. Часть берега осыпалась, обнажив катакомбы, которыми пронизан весь Крым. Раньше спуск был удобнее, теперь тропинка вырублена в скале почти вертикально. 16 сентября дул сильный ветер, и батюшка споткнулся, запутавшись в рясе. Высота здесь около шести метров…
Нам потребовался почти час, чтобы отыскать упомянутое в «Степенной книге» место. По пути попадалось множество углублений на камнях, похожих то на человеческие следы, то на следы динозавров, то на следы былинных великанов-нефилимов. Но когда среди груд валунов нашелся заветный камень — сомнений не осталось. Это был след ноги приблизительно сорокового размера с четкими анатомическими чертами — каждый бугорок, каждый палец был выдавлен, «яко на воску». Совсем недавно артефакт был обнесен металлической оградой. Теперь же обвалившийся кусок скалы снес ограждение — от него осталось несколько ржавых прутьев. Подошедшие севастопольцы подтвердили нашу догадку. Каково же было удивление, когда в пяти метрах мы нашли еще более четкий отпечаток — не то женский, не то детский — сантиметров 18 длиной.
— Вы видели это раньше? — спросила я у паломника.
— Нет, его раньше не было, — ответил загорелый севастополец и изумленно опустился на камни. — Я бываю здесь часто. Это же… как в Почаеве! Богородица?
Мы принялись фотографировать оба следа, а мужчина — обзванивать знакомых. Можно ли назвать это чудом? Новый отпечаток найден недалеко от места гибели отца Александра. Или земля древнего Херсонеса продолжает открывать свои тайны? Когда-нибудь мы узнаем…