Повесть о Настоящем Человеке!

4 апреля 1942 года был сбит лётчик Алексей Маресьев.

18 дней он полз к своим и потерял ноги.

Но через 15 месяцев снова летал и сбивал врагов — на протезах.

Подвиг лёг в основу книги «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого, благодаря которой Маресьев вошёл в сознание людей как эталон «того самого человека». Под этим высоким званием он останется в истории нашей страны навсегда.

В  1937 году  Алексея  призвали  в  армию.  Первоначально он служил в 12-м авиапогранотряде на Сахалине, затем был отправлен в 30-ю Читинскую школу военных лётчиков, переведённую в Батайск в 1938 году. Батайское авиационное училище имени А. К. Серова Маресьев окончил в 1940 году, получив звание младшего лейтенанта, остался в учебном заведении в качестве инструктора. Именно в Батайске Маресьев встретил Великую Отечественную.

После начала войны лётчика отправили на Юго-Западный фронт. Первый боевой вылет он совершил 23 августа 1941 года в районе Кривого Рога. Первые месяцы войны были для всей Красной армии и советской авиации очень непростым временем. Немцы превосходили советских пилотов в накопленном опыте, в уровне владения техникой (летали на ней они достаточно давно), в качестве самолётов. Маресьева спасло то, что он тогда уже был опытным лётчиком.

Свой первый немецкий самолёт, транспортник Ju-52, он сбил в начале 1942 года. В марте 1942 года Алексей Маресьев был отправлен на Северо-Западный фронт, к этому моменту на его счету было уже четыре сбитых немецких самолёта. Именно здесь произошёл воздушный бой, который навсегда изменил его жизнь.

Весной 1942 года между озёрами Селигер и Ильмень советские войска возле неприметного городка Демянска окружили примерно 100-тысячную группировку немецких войск, которая не думала сдаваться, оказывала организованное и очень сильное сопротивление. 4 апреля в районе «Демянского котла» во время вылета по прикрытию бомбардировщиков в бою с немецкими истребителями самолёт Як-1 Маресьева был подбит. Пилот пытался совершить вынужденную посадку в лесу, но его самолёт зацепился шасси за верхушки сосен и перевернулся. Боевая машина упала в глубокий снег, а сам лётчик получил тяжёлые ранения, но остался жить.

Целых 18 суток повредивший ступни лётчик сначала на покалеченных ногах, а затем и ползком пробирался к линии фронта. Съев по пути бортовой паёк, он питался тем, что удавалось найти в лесу: корой деревьев, ягодами, шишками. Ситуация казалась безнадёжной: оказавшийся посреди бескрайнего и глухого леса в одиночестве, с повреждёнными ногами лётчик просто не знал, куда ему следует идти, а точнее ползти. Как он остался в итоге жив, неизвестно никому. Алексей никогда не любил вспоминать эту историю и старался не рассказывать о ней. По его словам, им двигало в тот момент неукротимое желание жить.

В итоге он выбрался к своим. Возле деревни Плав Кисловского сельсовета Валдайского района его заметили местные жители, отец и сын. Так как лётчик к тому моменту уже не откликался на вопросы, прохожие из осторожности вернулись в деревню, думая, что перед ними немец. Лишь позднее еле живого лётчика обнаружили дети из той же деревни. Жители деревни ухаживали за Маресьевым больше недели, но тому нужна была квалифицированная медицинская помощь. В первых числах мая возле деревни приземлился самолёт, и Маресьева переправили в госпиталь в Москву.

На этом история Алексея Петровича могла подойти к концу. К моменту доставки в Москву лётчик находился уже в критическом состоянии, у него была гангрена. При этом раненых в госпитале было довольно много, поэтому привезённого лётчика-истребителя как практически безнадёжного уложили на каталку в коридоре. Здесь во время совершения обхода на него случайно обратил внимание профессор Теребинский, который в итоге спас ему жизнь. Правда, заплатить за это пришлось ампутацией обеих ног в области голени. Другого выхода просто не было: у Маресьева к тому моменту начала развиваться несовместимая с жизнью гангрена.

Ампутация обеих ног, казалось бы, ставила жирную точку в карьере лётчика. Однако Маресьев не собирался сдаваться. Он не смирился с мыслью, что ему придётся расстаться с небом и принял решение вернуться в авиацию и снова летать любой ценой. И начал практически сразу же тренироваться: ходить, бегать, прыгать и, конечно, танцевать. Правда, учиться заново танцевать ему пришлось не с медсёстрами в госпитале — те боялись, что он отдавит им ноги своими бесчувственными протезами, — а с соседями по больничной палате, которые специально на время тренировок надевали на себя рабочие сапоги.

Всего за шесть месяцев интенсивных тренировок Алексей Маресьев научился ходить на протезах так, что только редкий человек мог приметить в его походке что-то необычное. Он продолжал тренироваться и в санатории, куда был отправлен в сентябре 1942 года. Уже в начале 1943 года комиссия записала в личном деле старшего лейтенанта: «Годен во все рода авиации». Пройдя медицинскую комиссию, он был направлен в Ибресинскую лётную школу (Чувашия). В феврале того же года лётчик совершил первый полёт после тяжёлого ранения. Помогал ему в этом начальник лётной школы Антон Белецкий, который сам летал с протезом вместо правой ноги.

Только за то, что после аварийной посадки и гибели самолёта лётчик 18 дней выбирался из валдайских лесов, его поступок можно было смело назвать подвигом.

Однако гораздо более поразительным было то, что после ампутации обеих ног Маресьев не только не сломался, но и добился просто невероятных результатов: преодолев массу административных и медицинских барьеров, он вернулся в строй.

До фронта Маресьев добрался вновь в июне 1943 года, попав в состав 63-го Гвардейского истребительного авиаполка. Первоначально в полку ему не давали летать на боевые задания.

Командир просто не отпускал лётчика в бой, так как обстановка в небе над полем будущей Курской битвы была крайне напряжённой. Алексей сильно переживал.

В итоге ему посочувствовал командир одной из эскадрилий полка Числов. Он взял Маресьева на пару боевых вылетов. В итоге несколько удачных вылетов в паре с Числовым помогли исправить ситуацию, доверие к лётчику в полку возросло.

20 июля 1943 года во время воздушного боя с превосходящими силами немцев Маресьев спас жизнь двум советским лётчикам, сбив сразу два немецких истребителя Fw.190, которые прикрывали пикирующие бомбардировщики Ju.87. Благодаря этому боевая слава Алексея Маресьева разлетелась по всей 15-й воздушной армии и по всему фронту. В 63-й истребительный авиаполк зачастили корреспонденты со всей страны.

Удивительно в этой истории и то, что, вернувшись в боевую часть после ампутации обеих ног, Маресьев сбил 7 боевых самолётов, доведя свой список воздушных побед до 11 вражеских машин.

Тогда же он был удостоен звания Героя Советского Союза.

В 1944 году Алексей согласился на предложение стать инспектором-лётчиком и перейти из истребительного авиаполка в Управление вузов ВВС. Сам Маресьев честно признавался в том, что нагрузки в полётах только росли и переносить их ему становилось всё труднее и труднее. При этом он никогда не отказывался от боевых вылетов, но и не жаловался, когда ему предложили новое место работы. В итоге в июне 1944 года гвардии майор Алексей Маресьев принял предложение стать инспектором.

Всего за время Великой Отечественной войны Маресьев совершил 86 боевых вылетов, сбив 11 немецких самолётов: 4 до ранения и 7 — после.

На военной службе он находился до 1946 года, пока не вышел в отставку по состоянию здоровья.

При этом бывший лётчик-истребитель старался поддерживать себя в очень хорошей физической форме. Человек, лишившийся на войне ног, увлекался коньками, лыжами, плаванием и велосипедом.

В итоге он даже сумел установить рекорд в санатории под Куйбышевом, переплыв Волгу (2200 метров) за 55 минут. Последние вылеты на самолёте (учебном У-2) Маресьев совершил в начале 1950-х годов, работая инструктором спецшколы ВВС в Москве.

С 1956 года, когда был образован Советский комитет ветеранов войны и военной службы, полковник в отставке Маресьев возглавлял его до последних дней своей жизни.