Композитор Эдуард Ханок: «Я типичный подкаблучник»

Композитор Эдуард Ханок, автор шлягеров «То ли ещё будет», «Малиновка», «Потолок ледяной», «Лягу, прилягу», «Завируха» и др., в интервью «АиФ» поделился секретом крепкого брака, которому в этом году исполнилось 60 лет.

«Пугачёвка нас связала»

– С будущей женой Евлалилей, в просторечии Лялей, я познакомился в 1960-м, а в мае 1962-го мы поженились. Я жил тогда в Бресте, играл на аккордеоне в городском оркестре, где работал знакомый кларнетист-саксофонист. На крестинах его ребёнка в деревне Пугачёвка (где он жил), мы и познакомились с Лялей, которая жила наискосок от дома кларнетиста. На празднике я вовсю играл на аккордеоне, но она на меня не обратила внимания. Евлалия училась в музыкальном училище по классу фортепиано, и аккордеонист для неё был не очень интересен. Я это почувствовал. Сел за фортепиано и кое-что наиграл. Тогда у меня ничего своего ещё не было. Поэтому сыграл что-то солидное из классики, чтобы покорить её. И вот это «кое-что» её и зацепило. Мы прогулялись по деревне, пообщались и начали встречаться. Когда я полез целоваться, ей это показалось не комильфо. Мы разругались и 2 года не разговаривали. А когда встретились вновь, сразу поженились.

Через несколько месяцев после свадьбы я уехал на учёбу в Московскую консерваторию, и все 5 лет мы жили почти в разлуке. После окончания учёбы я приехал к супруге в Кривой Рог (она перебралась туда, чтобы быть ближе к старшей сестре) и устроился преподавателем на музпедфакультет в местном институте. Когда у нас родилась дочь Руслана, у меня на работе случился роман с одной пухленькой тётенькой, которая запала мне в душу. Меня понесло, короче говоря. Дошло до развода. В пятницу мы с Лялей подали документы, а на пошлину денег не было. Это были небольшие деньги, но тогда и таких не было. Я был нищим, можно сказать. Это потом я разгулялся, когда песню «Потолок ледяной» запела вся страна. Решил так: в понедельник получу зарплату, оплачу пошлину и разведусь. Но за выходные передумал и вернулся к жене. Ляля попереживала немного и успокоилась. Большой трагедии не было, честно говоря. Я же вернулся.

У нас, конечно, бывают всякие ссоры. Но до серьёзных скандалов ни разу не доходило. Считаю, что Евлалия – лучшая в мире... нет, не так – идеальная жена. Мне просто повезло. Она знает все дурные черты моего характера и умеет гасить, когда меня заносит. Это большое счастье, что я нашёл соответ­ствующую себе вторую половину. У нас идеальное совпадение.

При этом у Евлалии очень суровый взгляд. Она как глянет, душа в пятки уходит (смеётся). Я типичный подкаблучник. В хорошем смысле слова. Бог не дал мне красоты, я человек со скромной внешностью. Скажу откровенно, больше я ревновал жену, чем она меня. Такой уж я мужик – неуверенный в себе, понимаете.

Жена у меня из простой семьи, человек неприхотливый – барских замашек никогда не имела. Мы никогда не шиковали, но нам хватало. Отсутствие денег в советские времена было естественным состоянием. Хотя мы оба работали. Когда я начал писать песни, ездил в Москву по студенческому билету своего ученика, чтобы сэкономить на билетах. Доездился до того, что встретился с Эдуардом Хилем, которому понравился «Потолок ледяной». Когда песня стала шлягером, тогда пошло всё, что полагается в этом случае, – и слава, и деньги.

У нас с Лялей трое детей – Руслана, Алексей и Светлана. Их воспитанием занималась в основном жена. Руслана живёт недалеко от нас с Лялей в Минске, Алексей (бизнесмен) проживает в Подмосковье. Младшая Светлана сначала пошла по музыкальной части. Она в своё время пела неплохо. У неё даже был свой хит «Прекрасная дама» – музыка моя, стихи Ларисы Рубальской. Её и на центральном телевидении показывали. Сейчас она живёт в Тель-Авиве и работает в Министерстве алии и интеграции. Слава богу, что она не стала певицей. Это очень тяжёлая профессия. Тем более она по духу и манере пения ближе к советским исполнителям. Ей в шоу-бизнесе было бы очень трудно.

Я очень лояльный отец и очень хороший дедушка. Когда внуки приходят в гости, без денежки их не провожаю. День­ги мне сегодня нужны только для того, чтобы поесть и внукам раздать. Слава богу, Россий­ское авторское общество платит хорошие деньги, на которые можно жить безбедно.

Прихожу как Тютькин, ухожу как Магомаев

Многие мои коллеги уже ушли, а я продолжаю трудиться на благо своей семьи и Родины. Сейчас больше работаю как просветитель. По моей теории творческих волн живёт весь мир. И жена верит в меня больше как в теоретика. Но иногда даю творческие вечера. Для молодёжи чисто формально пою свои песни, чтобы напомнить, кто я такой, а потом даю жару – исполняю попурри из 27 современных хитов. Пою: «Ягода малинка, о-о-о», «Ты пчела, я пчеловод», «Время по­стрелять, между нами пальба»... Иногда включаю в репертуар и «Траву у дома». Или пою вместе с публикой песни «Ласкового мая» – памяти Юры Шатунова. Такое творится на моих концертах, вы даже не представляете. Прихожу к ним как Тютькин, а ухожу как Магомаев. Заканчиваю выступление словами: «Ребята, после 60 лет не пойте песен своих ровесников, будете стареть. Пойте любимые песни внуков». Песня – это энергия, заложенная в ноты. Если каждый день петь хотя бы по 15 минут сегодняшние хиты, молодая энергетика будет вытеснять старую. И сразу молодеешь душой. Поэтому в свои 82 чувствую себя лучше, чем, условно, в 28. Дети не ожидают, что старый 82-летний дядька так может зажигать. Они поют, кричат-визжат от восторга. А после концерта – селфи, обнимашки. Да, голос у меня скромный, но он ровно такой, какой требуется. Больше не нужно в моём варианте. Есть масса певцов с голосом, которые ни черта не умеют завоевывать популярность. А я умею держать публику, я хороший интерпретатор.

Я и в «Орлёнке» выступал, а в нашем лагере «Зубрёнок» (это белорусский «Артек») – 4 раза только за 2 месяца. На последней встрече в «Зубрёнке» была половина детей из Беларуси, половина из России. Есть московский бизнесмен Андрей Чижик. По его просьбе регулярно выступаю в школах и лицеях его родного города Лида.

И дома каждый день пою минимум по 15, а то и по 30 минут современные песни. Почему свои «сдал в архив»? Потому что они мне уже неинтересны. Это нафталин. Моему суперхиту «Потолок ледяной» больше 50 лет. Но самой главной своей песней всё-таки считаю «Служить России» (гимн «Юнармии»), которую мы написали с Ильёй Резником. Для меня, родившегося в Советском Союзе, эта песня главная потому, что она звучит 9 Мая на Параде Победы уже 14 лет подряд и на Красной площади, и во многих городах великой России.

Жизнь хитрее человека

А если возвращаться к 60-летию нашего с Лялей брака, хочу сказать: жена должна быть одна и на всю жизнь. Практически такое редко бывает. Жизнь хитрее человека. Если вам не повезло, если вы разнохарактерные, если у вас нет слияния, совмест­ная жизнь ничего вам не даст. Будете всю жизнь мучиться. Мы с женой прошли вместе все невз­годы, зато сейчас такая любовь! Жена даже устаёт от неё. Когда целыми днями в любви объясняются, любой человек устанет. Это обычная практика. Но если я помалкиваю и не говорю, как я её люблю, она начинает скучать.

В консерватории профессор Кабалевский говорил мне: «Запомни, какая бы ни получилась первая, вторая, третья часть, часто успех симфонии решает финал». И этот совет я перенёс на жизнь. У меня финал и творческий, и семейный удался. Я счастливый человек. А всё остальное – «издержки производства».