«Ради Незнайки познакомился с Циолковским». Как сложилась судьба одного из самых известных детских писателей

На днях исполнилось 115 лет со дня рождения создателя Солнечного города и Незнайки, детского писателя Николая Носова. Другие его герои — Винтик и Шпунтик, Костя Шишкин, Коля Синицын, Витя Малеев и Бобик, гостивший у Барбоса, — были любимцами советских школьников. Не потеряли они читательской любви и сегодня. Но если бы не стечение обстоятельств, Николай Николаевич никогда бы не сел за машинку и не написал ни одного рассказа. Кто сделал его писателем, как Носов выучил все расписание Киевского вокзала в Москве и почему был так привязан к своему внуку, — в материале «Мосленты». Заразительная веселость В книгах Носова нет никаких нравоучений и поучений. В них живут обычные дети. Только они не в меру непоседливые и очень любознательные, поэтому норовят разобраться в разных вещах и механизмах. Из-за этого с ними случаются веселые приключения. Писатель понимал, что у юных читателей мог возникнуть соблазн повторить опыты его героев. И предупреждал: «Перед тем как читать эти рассказы и повести, подумайте о своих близких! Ведь это именно им придется туго, когда вы решите соорудить инкубатор или развести пчел, или, на худой конец, преподать собаке несколько уроков математики. А в том, что вы обязательно захотите все это сделать, никто и не сомневается…» «Носов пишет с заразительной веселостью, — отмечал Лев Кассиль. — Но за веселыми ситуациями, забавными историями и очень смешными диалогами проступает всегда какая-то умная, нужная мысль…» Валентин Катаев говорил о Носове: «У этого писателя вечно юная, детски чистая, чудесная душа». Но как он сохранил ее? Ведь его жизнь была пестрой, полной трудностей, какой, впрочем, она была у многих в лихолетье послереволюционных лет. Детство под Киевом Детство Носова прошло в небольшом городке Ирпень под Киевом и с ранних лет ему пришлось работать. Он трудился продавцом газет, косарем, землекопом, чернорабочим, кем-то еще… Чем только Носов не увлекался — театром, шахматами, фотографией, рисованием, электротехникой… В школьные годы играл на скрипке, но потом ее забросил. Увлекся химией, оборудовал лабораторию на чердаке своего дома и, к страху ближних, проводил там опыты. Уже готовился поступать в Политехнический институт, но раздумал и махнул в Художественный. «Затейники» в «Мурзилке» В 1929 году Носов переехал в Москву. Его первый столичный адрес — дом на Новокузнецкой улице. Увы, сведений о том периоде жизни тогда еще будущего писателя нет. Но известно, чем он занимался: Носов стал режиссером-постановщиком научных и учебных фильмов. Ему было уже тридцать, он и не думал о литературном труде. Однако родился сын, и все переменилось. Отец проводил с ним много времени и, когда маленький Петя капризничал, развлекал его всякими историями. По собственному признанию, «увидел детство не в тумане далекого прошлого (с чем, казалось, уже распростился окончательно и навсегда), а в непосредственной близости. Признаюсь, волшебная эта страна удивила меня…» Носов стал записывать придуманные истории, публиковаться — его дебютный рассказ «Затейники» был напечатан в журнале «Мурзилка» в 1938 году. Потом на него обратили внимание другие издания, пошли книги. Но, даже став писателем, Николай Николаевич еще долго просыпался по будильнику, завтракал и отправлялся на службу. Комната с видом на Киевский вокзал Герои Носова — Незнайка и его друзья — жили в сказочном Солнечном городе. Сам автор жил в реальной Москве. Ходил по улицам, ездил в метро, покупал хлеб и молоко. И никто не узнавал его, потому что он был такой, как все — зимой ходил в пальто, летом — в костюме, с авоськой в руках. Никто не знал, что он — детский писатель, да еще лауреат Сталинской премии. Но жил, как и многие москвичи, в коммунальной квартире. И жил не в тиши переулков, а в неумолкающем шуме Киевского вокзала, на Киевской же улице. Из окна Носов видел, как дымят паровозы, слышал, как громыхают составы, и гудит многотысячная людская масса. В его комнату с утра до ночи доносился голос вокзального диктора: «Внимание! Поезд “Москва — Брянск” отправится с шестого пути…», «Гражданка Никанова, ваш сын Миша ждет вас в детской комнате…» Пол в комнате ходил ходуном, стекла дребезжали, но Носов ни на что не обращал внимания и стучал на машинке. Лишь иногда он останавливал стук клавиш и подходил к окну, чтобы «встретить» очередной состав. Писатель знал наизусть все расписание Киевского вокзала. Такие серьезные забавы У Носова есть книга «Повесть о моем друге Игоре». Им был не взрослый человек, а внук Носова. Но, несмотря на большую разницу в возрасте, у них были общие интересы и темы для разговоров. Прошло много лет. Внук давно вырос и стал детским писателем — поддержал, так сказать, традицию. Сегодня Игорь Петрович Носов часто и с благодарностью вспоминает Николая Николаевича Носова: «Мы часто гуляли рядом с Киевским вокзалом. Дедушка водил меня за руку по путям и объяснял многие непонятные вещи. Например, чем отличается паровоз от электровоза, зачем нужны семафоры с призрачно-синими глазами. Как-то на товарной станции мы обнаружили огромную гору песка, взобрались на нее и стали строить дворцы, дома, крепостные стены и дороги…» Дед и внук постоянно во что-то играли: в прятки, солдатики, магазин, огород, индейцев. Вместе мастерили, лепили, рисовали. Но это были не просто забавы — дед учил внука. Впрочем, Носов и сам постоянно учился, несмотря на то, что был очень начитанным, эрудированным человеком. Но этого ему было мало. Писатель часто заходил в букинистические магазины и рылся в книгах. Нет, он не искал какие-то раритеты. Его интересовали издания, которые могли быть полезными. Не обязательно сейчас, а может, когда-нибудь. Поэтому часто покупал книги впрок, изучал и делал пометки. Когда Носов писал «Дневник Коли Синицына», то заглядывал на пасеку, читал журнал «Пчеловодство». Перед тем как взяться за «Незнайку на Луне», познакомился с трудами Циолковского. Свои знания он использовал не только в работе, но и в быту — если в доме что-то ломалось, он чинил. А если возникали трудности, обращался к своим справочникам. Книги, окуньки и немецкие машинки На балконе своей квартиры писатель выращивал огурцы, помидоры, кабачки. Это было, когда он уже жил на 1-й Аэропортовской улице. В «двушке» на третьем этаже кирпичного дома Носов поселился в 1968 году. Жилище было небольшим, а книг много, поэтому они теснились повсюду — в шкафах, на полу, под столом и кроватью. И снова Носов, отложив рукописи, гулял с внуком по окрестностям, опять придумывал какие-то забавы. Они изучали природу, слушали пенье птиц, ловили окуньков в старом пруду в конце 3-й улицы Усиевича. Рассматривали их, а потом выпускали на волю. Так же поступали с тритонами и лягушками. Носов любил покупать внуку игрушки. Тот вспоминал, как они однажды поехали в магазин «Лейпциг» на Ленинском проспекте и привезли оттуда диковинные в то время немецкие машинки. Игорь тут же принялся играть с ними, и вскоре к нему присоединился дед. Маленький человек был жителем волшебной страны детства, которую так долго и тщательно изучал Носов. Поэтому писатель был так привязан сначала к маленькому сыну, потом — к подрастающему внуку. Почетное третье место Произведения Носова пользовались большим успехом не только на родине, но и в других странах. В 1957 году был опубликован список изданий русских и советских писателей, наиболее часто переводимых на другие языки. И Носов занял почетное третье место вслед за Пушкиным и Горьким. Многих писателей помнят лишь при жизни. А когда она заканчивается, забывают. Носова же помнят уже много десятилетий — его книги издаются и, как и раньше, имеют успех. К тому же они ценны тем, что наполнены ярким колоритом прошлого. Это описание школьных уроков, разговоры детей, их общение с учителями, пионерские сборы и многое другое. Современные дети наверняка удивляются, как же необычно и интересно жили их сверстники в середине ХХ века.