Белорусы в восстании Хмельницкого
Огромное казачье восстание, вспыхнувшее в 1648 году на восточных землях Речи Посполитой, охватило не только земли Малороссии, но и юг Великого княжества Литовского. Белорусы, живущие на этой территории, откликнулись на воззвания Хмельницкого и подняли оружие против своих панов. Посильную помощь им оказывали казачьи загоны, которые отправлялись казачьими полковниками на север и оставались там на протяжении всей войны. В результате боевых действий белорусские повстанцы были разгромлены, а край дотла разорен отрядами шляхты, жестоко мстившей за испытанный прежде ужас.
Речь Посполитая, возникшая в 1569 году, была унией Короны Польской и Великого княжества Литовского. Малороссия изначально находилась в составе ВКЛ, но потом была вероломным образом захвачена польскими отрядами. Белоруссии такой участи удалось избежать, она осталась частью ВКЛ.
К 1648 году положение белорусских крестьян без преувеличения можно было назвать ужасным. Терять белорусским крестьянам было нечего, они ждали лишь сигнала к вооружённой борьбе. Правда, в отличие от казаков, крестьяне были совершенно беспомощны против хорошо вооруженных и обученных наёмников. Хмельницкий, призывавший белорусов в свои ряды, хорошо знал эту прискорбную особенность, поэтому почти всегда определял им место вспомогательных сил, не определявших успех сражения.
Южнобелорусские земли были охвачены восстанием практически сразу же после выступления Хмельницкого в Малороссии. Гетман не случайно рассылал своих гонцов во все уголки Речи Посполитой – его задачей было распыление вражеских сил на большой территории. Кроме того, Хмельницкий надеялся, что опасения за свои тылы заставит литовских магнатов отказаться от помощи своим польским собратьям.
На юге Белоруссии появились казачьи загоны во главе с атаманами Небабой, Головацким и Гладким. Он не были многочисленными, ведь казачьи предводители надеялись привести в свои ряды белорусов. Их надежды оправдались лишь частично – к казакам действительно во множестве приходили крестьяне, однако они были плохо вооружены и скорее представляли обузу. Вместе с тем поляки были вынуждены выделять отряды для борьбы с даже практически безоружными мятежниками, что заставляло их метаться от одного населённого пункта к другому.
Как и повсеместно, на руку казакам и крестьянам играло то обстоятельство, что шляхта в первую очередь думала о своих интересах, а уже потом – о судьбе Отечества. Это заставляло её не стремиться в войско, а искать спасение в бегстве. С трудом собранные отряды Воловича и Мирского были легко разбиты казаками, которые наводили ужас на благородное сословие своими стремительными рейдами. Были заняты многие южнобелорусские города, в числе которых Гомель, Бобруйск, Кобрин, Чечерск , Пинск и другие населённые пункты.
Натерпевшись от своих угнетателей, белорусские крестьяне вымещали обиды на всех шляхтичах, которые попадали им в руки. Женщины и дети не могли рассчитывать на пощаду, их часто сжигали вместе с усадьбами и всем добром. Казаки принесли белорусам и свой пещерный антисемитизм – еврейское население вырезалось под корень.
Подавлением восстания занимался гетман Великого княжества Януш Радзивилл, который отмечал, что он не знает клочка земли в ВКЛ, который можно было бы признать надёжным. Нужно отдать должное гетману: в таких обстоятельствах он не растерялся и начал проводить последовательные карательные операции против мятежников. Эти акции также сопровождались безумной жестокостью – противники словно бы соревновались в том, кто казнит врага изощреннее или убьёт больше мирного населения.
Профессионализм наёмников Радзивилла позволил ему на время одержать верх над казаками и крестьянами, однако гетман прекрасно понимал, что Хмельницкий не оставит эти земли в покое. Он знал о планах гетмана включить Белоруссию в своё казачье государство.
3 сентября 1648 года у деревни Погост гетману удалось одержать первую важную победу – он разгромил большой отряд православного шляхтича Соколовского, примкнувшего к восстанию.
К февралю 1649 года Радзивиллу удалось вернуть себе контроль над всеми городами, ранее захваченными казаками. Некоторые он вырезал вместе с населением. Впрочем, новая волна казачьего моря была на подходе. Уже в апреле литовцы (гетман располагал силами исключительно ВКЛ) опять уступили казакам Гомель и не смогли предотвратить там кровавый еврейский погром. Это было делом рук Мартына Небабы, жестокость которого ужаснула даже Хмельницкого.
Дальнейшие боевые действия между враждующими действиями шли с переменным успехом до лета 1649 года. На место разбитых казачьих отрядов приходили новые, а вот шляхта Радзивилла частенько роптала на бесконечную войну. Её смущало то обстоятельство, что на рядовых солдат нельзя было положиться, а жалованье бесконечно задерживали.
31 июля удача улыбнулась Радзивиллу: в большой битве под Лоевом он наголову разгромил большие казачьи отряды, включавшие значительное количество белорусских крестьян. Сражение ожидаемо закончилось большой расправой, после чего Радзивилл отступил к Речице. Там литовцы на время стали лагерем и приступили к зализыванию ран.
Еще раз пламя народного мятежа вспыхнуло в Белоруссии в начале 50-х гг. В июле 1651 года казачьи отряды были вторично разбиты под Лоевом, который стал буквально проклятым городом для казачества. Через некоторое время по одному из перемирий казачьи отряды надолго покинули территорию ВКЛ. Брошенные на произвол судьбы крестьяне были раздавлены военной шляхетской машиной.
Вступление в войну Московского царства изменило соотношение сил и на время изгнало шляхту из многих белорусских местечек и городов. К тому времени многие поселения лежали в руинах, а их население было вырезано. От шляхетского поместного хозяйства в буквальном смысле ничего не осталось – дома были сожжены, а имущество разграблено.
Белорусы, принявшие участие в восстании, стали разменной монетой в политике Хмельницкого, который успешно использовал их для достижения сугубо казачьих целей. Как известно, гетман никогда всерьёз не собирался отменять крепостное право и изменять социальное положение крестьян к лучшему. Более того, иногда во время перемирий его казаки помогали полякам подавлять выступления «хлопов».
Белоруссия до конца так и не смогла оправиться от последствий казачьего восстания. Известно, что во время боевых действий она лишилась почти половины населения. Крепостное право до конца существования Речи Посполитой оставалось таким же бесчеловечным. Когда поляки в XIX веке поднимали восстания против Российской империи, то всякий раз безуспешно пытались втянуть в свои авантюры крестьян. Те, помня о зверствах шляхты в прежние века, не только оставались равнодушными к их призывам, но и помогали русским войскам громить повстанцев. Вековая ненависть не только никуда не пропала, но и навеки осталась с людьми, которые в прежние времена назывались «быдлом» и терпели жуткий произвол своих вековых угнетателей.
На заглавном фото: Абрахам ван Вестерфельд, Битва под Лоевом, 1651, рисунок