В тылу как на фронте: что делали чекисты в Приморье во время войны
Известие о начале войны пришло во Владивосток вечером 22 июня 1941 г. Через две недели в городе был объявлен режим светомаскировки, – на долгих четыре года город погрузился в темноту, – война пришла в каждый дом.
Повинуясь патриотическому порыву, десятки тысяч людей подали заявления о посылке на фронт. Те, кто оставался, работали под лозунгом: в тылу как на фронте! Начался сбор средств на строительство техники – по количеству собранных средств приморцы вышли на 4-е место в стране. На собранные средства была отправлена танковая колонна «Чекист Приморья», во многих эскадрильях появились истребители с аналогичной надписью на борту.
Работники управления НКВД – НКГБ Приморья также подали заявления на фронт. Условия работы местного управления были не менее тяжелые, чем фронтовые: работали круглосуточно, буквально на пределе возможностей. Напряжению способствовала пограничная специфика края.
Край являлся тыловой базой формирования резервов, производства военной продукции, местом перевалки военных грузов из США по ленд-лизу. Здесь располагалась крупная ВМБ, торговый флот Приморья осуществлял 70% всех морских перевозок страны. В столице Приморья было сосредоточено большое количество режимных объектов.
Например, на мысе Чуркина находилась строго засекреченная станция радиоприема под кодовым названием «Висбаден», которая контролировала нелегальные миссии 4-го управления в Юго-Восточной Азии и принимала от известного разведчика Рихарда Зорге особо ценную информацию.
Еще в 1938 г. Зорге докладывал, что «по первому плану местом начала боевых действий для японцев избирается район Владивостока. По третьему плану после уничтожения посредством флота морских и воздушных баз в Приморье японцы начинают высадку десанта в Приморье». К этому нужно было готовиться.
Хотя Советский Союз с апреля 1941 г. и имел пакт о нейтралитете, но уверенности, что сама Япония будет соблюдать его условия, у руководства края не было, и с первых же дней здесь началась усиленная подготовка к войне. Укреплялась морская крепость, силами НКВД-НКГБ на старых базах в тайге, известных еще по временам С. Лазо, началось оборудование тайных партизанских баз. Вновь был востребован опыт партизанской борьбы с японцами 1918–22 гг.
Стали создаваться особые истребительные партизанские отряды. Японцы усиленно занимались разведкой, избрав тактику тотального шпионажа. Они также активно делились военной информацией с немцами, ведь в рамках заключенного еще в 1936 г. «Антикоминтерновского пакта» военный атташе Японии в Берлине Хироши Ошима и глава Абвера Вильгельм Канарис подписали в германском МИДе соглашение о регулярном обмене разведывательной информацией об СССР и Красной армии. Например, в августе 1942 г. японская разведка передала Германии сведения о том, что из Владивостока в Берингов пролив вышел торговый караван. Фашистское командование, рассчитывая захватить торговые суда, разработало специальную операцию. Рейдер «Адмирал Шеер» преследовал караван из девяти судов в составе ледокола «Красин» и потопил ледокол «Александр Сибиряков».
НКВД-НКГБ Приморья вело постоянные поиски германской агентуры, прибывавшей с беженцами. Как писал шеф германской внешней разведки В. Шелленберг, «одному из наших агентов удалось даже добраться на русском военном эшелоне до Владивостока, где он следил за передвижениями войск и передавал нам интересную информацию. Необозримые просторы России позволяли нашим агентам месяцами колесить по стране, не обнаруживая себя. Но в конце концов большинство из них все же попало в руки НКВД».
Шла активная работа и по выявлению японской агентуры. За период войны в Приморье агентурно-оперативным путем была вскрыта и ликвидирована 51 преступная организация, насчитывающая 227 человек. В июне 1942 г. в Пожарском районе была ликвидирована японская резидентура, состоящая из 13 человек во главе с японским разведчиком Ли Фынкуем.
Разведцентрами иностранных спецслужб продолжали оставаться иностранные консульства. Помимо японского во Владивостоке размещалось и американское консульство, которое также находилось в поле зрения УНКГБ. Тогда была выявлена шпионская деятельность работавшей в американском консульстве Владивостока гражданки Матусис, впоследствии арестованной и расстрелянной по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР.
Американцы усиленно старались втянуть русских в войну с японцами. Но в первые же дни войны И. Сталин вызвал к себе руководство края и сказал: «Вы должны сделать все, чтобы не дать Японии оснований для вступления в войну, для образования для нас второго фронта. Если же вы спровоцируете нам войну на Дальнем Востоке, мы будем судить вас по всей строгости военного времени».
Это указание накладывало отпечаток и усложняло работу органов, в то время как сама Япония была союзником Германии и постоянно провоцировала конфликты на границе. К тому же японские подводные лодки потопили 23 судна ДВМП.
На УНКГБ легла работа по обеспечению безопасности края в условиях военного положения. Была создана спецагентура по контролю за соблюдением режима светомаскировки, секретности, усилилась работа по выявлению агентуры противника на судах и железнодорожном транспорте. Для охвата всего фронта ответственности потребовалось увеличить штат наружного наблюдения управления до 250 человек. И все равно сил явно не хватало. Спали по три часа. Не хватало и средств, особо ощущалась нехватка машин.
В августе 1945 г. в связи с решением о начале войны с Японией приморские чекисты приняли обязанность обеспечения секретности переброски войск с Запада, подготовки и разработки проходов в Китай с территории Приморья. В памятках солдатам и сержантам подчеркивалось, что «достаточно случайно оброненного слова, неосторожной фразы, излишней словоохотливости и желания похвастать боевыми подвигами в присутствии посторонних, чтобы военная тайна была раскрыта и стала достоянием вражеских лазутчиков». Задачу сохранения в тайне предстоящей операции чекисты Приморья выполнили. Атака советских войск явилась для японцев полной неожиданностью.
Скрытно в темноте и тишине без артподготовки сотни тысяч бойцов Красной армии перешли границу с Маньчжоудиго и заняли передовую линию обороны противника. Как заметил захваченный начальник японского штаба 3-й армии, «выступление советских войск было настолько неожиданным, что штаб армии в течение всей ночи не знал и не мог добиться никаких сведений о том, что творится на границе и каково положение частей».
Когда боевые действия в Маньчжурии начали войска Приморской группы войск, чекисты УНКГБ ПК обеспечивали разведывательное и контрразведывательное обеспечение войсковых операций. Специальные группы УНКГБ в составе оперативников, переводчиков, шоферов и радистов вместе с войсками вошли на территорию Маньчжурии. Они занимались разведывательной и контрразведывательной работой, создавали агентурный аппарат.
Японцы сражались с завидным упорством – пулеметчики в дотах приковывали себя цепями к пулеметам, а 200 смертников-камикадзе, обвязавшись сумками с толом, гранатами и минами, образовали живое, подвижное противотанковое минное поле в районе г. Муданьцзяна. Однако в течение месяца основное сопротивление противника было сломлено, и советские войска остановились в одном переходе до Пекина.
На территории Китая было захвачено множество документов и материалов японских спецслужб, арестовано немало японских разведчиков, активных белогвардейцев и их агентуры. Были обезврежены некоторые крупные участники разведывательно-диверсионного отряда «Асано», руководство «Российского фашистского союза» и БРЭМ. Некоторое время на территории Приморья находился и вывезенный из Маньчжурии император Маньчжоу диго — Пу И.
В течение всей Маньчжурской военной операции И. Сталин разрабатывал план высадки советских войск на о. Хоккайдо и создания там Японской Народно-Демократической Республики. Во Владивостоке началась подготовка к масштабному десантированию в Японию. Но по ряду политических причин десантирование не состоялось.
Всего Советской армией из под японского гнета была освобождена территория в 1,3 млн квадратных километров с населением в 40 млн человек.
Чтобы довести до мировой общественности правду о японских преступлениях, дальневосточники присутствовали на Международном Токийском трибунале, осудившем японских преступников. Участники процесса, свидетели обвинения и участники Хасанских боев Г. Батаршин, И. Чернопятко в декабре 1947 г., возвращаясь на самолете во Владивосток, трагически разбились в районе острова Аскольд.
Многие чекисты, участвовавшие в боях за освобождение Маньчжурии, были отмечены боевыми наградами. В горниле боев закалялись и будущие кадры управления. Пришедшие в НКГБ – МГБ с передовой попали на фронт закрытый, невидимый, где враги стреляют в спину.
Многие ветераны Управления ФСБ также являются ветеранами Великой Отечественной войны, имеют заслуженные правительственные награды и до сих пор участвуют в патриотическом воспитании молодежи.
Так, Борис Кудрявцев за форсирование Дуная был награжден орденом Богдана Хмельницкого. Работница секретариата УКГБ по Приморскому краю Валентина Кирсанова, будучи еще совсем юной 16-летней разведчицей, выполняла задание органов Государственной безопасности по сбору разведданных на оккупированной немцами территории. При переходе линии фронта Кирсанова попала в засаду, была арестована немецким патрулем и приведена в расположенный в Ясной Поляне немецкий штаб. В это время начался налет советской авиации. Воспользовавшись возникшей паникой, Валентина схватила со стола караульного помещения немецкую карту, выпрыгнула в окно и со столь престижным и ценным трофеем вернулась обратно. За свои заслуги В. Кирсанова была удостоена ордена Красной Звезды.
Юрий УФИМЦЕВ