«Поки народ рускiй тръвати будет...»
Июльская статья президента России Владимир Путина «Об историческом единстве русских и украинцев» буквально всколыхнула польскую прессу. В отповедях польских авторов, силящихся доказать обратное, т.е. раздельность русского и украинского народов, недостатка не было. Русскоязычное издание «Новая Польша» назвала статью политическим ответом Москвы на Вильнюсскую декларацию глав МИД Польши, Литвы и Украины о создании т.н. Люблинского треугольника Варшава – Вильнюс – Киев.
Простого знакомства со старорусскими письменными источниками (древнеукраинских источников не существует) и польскими классическими литературными произведениями достаточно, чтобы смело заявить: тезис о культурно-этническом единстве русских и украинцев соответствует исторической правде! Сегодня в Киеве правит националистический режим, выполняющий политические заказы Запада. Из школьной программы на Украине исключены литературные произведения, фиксирующие единство украинцев и русских, дабы ученики, не дай Бог, не узнали, что великорусы и малорусы – это один народ.
Дамиан Наливайко, брат героя антипольского восстания XVI в. Северина Наливайко, уроженец нынешней Ровенской области Украины, в стихотворении «До всех посполите» («Ко всему обществу») писал: «Поки свЂт тот стоить, и поки народ рускій тръвати будет, вшелякого стану чоловЂк, прошу, нехай мя не забудет». («Пока свет стоит и пока народ русский жить будет, какого бы ни был сословия человек, прошу, пусть меня не забудет»).
На Украине, похоже, Дамиана Наливайко забыли. Ровенская область – это Западная Украина. Отец Дамиана был родом из Гусятина, сейчас – Тернопольской области Украины, которая считается самым националистическим регионом. Как видим, Дамиан понятие не имел, что на Ровенщине и Тернопольщине живут украинцы. И себя, и своих соотечественников Дамиан называл русскими.
Генрик Сенкевич (1846-1916) – один из самых популярных польских классиков, лауреат Нобелевской премии 1905 года. Его романы «Огнём и мечом» (о польско-казацких войнах), «Потоп» (о польско-шведской войне) и «Пан Володыёвский» (о польско-турецкой войне), составляющие единую трилогию, являются обязательным чтивом для каждого уважающего себя польского патриота. «Потоп» и «Пан Володыёвский» охотно издавали в СССР, т.к. сюжет романов повествовал о борьбе поляков против стран НАТО.
В этих романах польскую шляхтянку Анусю Борзобогатую Сенкевич называет украиночкой из-за того, что родилась на Украине. Как видим, для него понятие «украинец» означало региональную, а не национальную принадлежность. По аналогии с понятиями «сибиряк» или «кавказец». Татарская шляхта крымчака Азьи Тугай-беевича – украинская шляхта, но акцент у них русинский (не украинский). Казак Мотовило «русин родом», а не украинец. В Каменце (Каменец-Подольский Хмельницкой области Украины), где разворачивается финал романа «Пан Володыёвский», в крепости есть Русские ворота (не украинские). Описывая события XVII в., Сенкевич не видел там украинцев, хотя пользовался архивными документами при создании произведения и использовал слово Украина, но не как название страны или нации, а как название региона. Причём слова «Украина» и «Русь» стояли у него рядом, а некоторые области современной Украины он в её состав вообще не включал.
Украина, Волынь, Подолье, Русь – таков перечень регионов, приводимый Сенкевичем. Это говорит о том, что территориальные границы самого понятия «Украина» в XVII в. не были ещё определены. В России была рязанская украина и много прочих украин, сиречь окраин. Для Сенкевича Волынь и Подолье окраинами не были, посему и в состав Украины у него не попали. Один из персонажей Сенкевича восклицает: «…кто на Низовье? Русины. А кто в войске князя Яремы? Русины. Кто в шляхетских отрядах? Русины... Эх, злосчастная Украйна!» Украина и русины вполне совместимы у Сенкевича даже без понятия «украинцы». Украину он называет русской окраиной, а состоящий на польской службе пан Зацвилиховский говорит: «Я – благочестивый русин». Как ни ищи, а украинцев как нацию в исторических романах Сенкевича не найти и с микроскопом. Притом, что романы его несут в себе антироссийский дух («Огнём и мечом» перевели на русский через сто лет после его написания, уже ближе к перестроечным годам), и если бы Сенкевич знал о существовании украинцев, он обязательно бы использовал этот факт, чтобы противопоставить их русским.
Праведного исповедника Иоанна (1690-1730), малоруса родом, турки называли Иоанном Русским. Иоанном Украинским его не называли, потому что не знали турки, что позже выдумают украинцев как антитезу русским. На греческом острове Эвбея стоит храм Иоанна Русского. Для греков он тоже не был украинцем. Если малорусские святые называли себя русскими, разве не грех современным украинцам отвергать свою русскость и пытаться через силу заменить её украинскостью, замешанной на национализме?
Польский геополитик Влодзимеж Бончковский дал исчерпывающий ответ на вопрос «Зачем Польше нужны украинцы?»: «...чтобы не иметь дела на востоке с 90 млн. великорусов и 40 млн. малорусов, едиными национально. Украинец, лишённый своей украинскости – это политический русский».
В этих словах – рецепт, как Украине стать сильной и не поддаваться польскому давлению: стать национально единой с единокровной Россией и русским народом, вернуться к своим корням, под благословение праведного Иоанна Русского. Народы, отрекающиеся от памяти предков, хорошо не живут.