Как на Украине слова «активист», «волонтёр», «атошник» меняют свой смысл
После евромайдана терминология украинских националистов пополнилась несколькими священными для них словами. Но жизнь не стоит на месте, и эти слова начали приобретать отрицательный смысл. Уж очень много злодеяний сделали те, кого называют этими словами. Разберём три термина – «активист», «волонтёр» и «атошник».
«Активист» – «хулиган», «нарушитель общественного порядка», «политический наёмник», даже «бандит»
«Активистами» во время майдана называли протестующих против Януковича, в том числе и тех, кто швырял в милиционеров коктейлями Молотова, камнями, тех кто обстреливал стражей правопорядка.
После майдана банды таких «активистов» фактически легализовались по всей Украине. Привыкнув жить насилием, они не желали работать и вскоре стали наёмными, часть вооружёнными, группировками, выполняя заказ любого желающего у кого были средства оплатить такую «активность». Неугодных своим нанимателям людей «активисты» прилюдно бросали в мусорные баки, избивали их всей толпой, оскорбляли и унижали, захватывали земельные участки офисы и государственные учреждения, подрывали столбы линий электропередач. «Активисты» убили Олеся Бузину. Одесский «активист» Стерненко убил жителя города Черноморска (Ильичёвска), бывшего десантника, отца троих детей. «Активист» Гончаренко глумился над сожжёнными в Доме профсоюзов 2 мая 2014 года одесситами (которых жгли и убивали тоже «активисты»). И всё им сходило с рук. Постмайданные украинские СМИ, включая общенациональные телеканалы, просто захлёбывались от восторга, подавая эти деяния как торжество демократии. От такого отношения и безнаказанности «активисты» всё больше и больше наглели и со временем стали «кошмарить» всех без разбора, включая майдановцев, которых им заказали.
И вот тут-то даже к умеренным националистам стало доходить, что не всё благополучно с «активистами».
Вот, что об «активистах» львовских портал «Zaxid.net», известный своим пристрастием к национализму, после того, как «активисты» захватили зал заседаний Шевченковской районной администрации, сорвали сессию, выломав двери и облив чиновников «неизвестным веществом»:
«Молодые люди за деньги участвуют в акциях протеста, выполняют политические заказы и выдают себя за активистов. Они – политические наёмники, довольно часто с криминальным прошлым, но выдают себя за общественных активистов. За деньги они устраивают провокации, участвуют в политических акциях, массовых стычках и купленных акциях протеста. Ещё со времён евромайдана такие ребята известны общественности как «титушки». Есть столичные «титушки», есть львовские. Члены различных группировок, которые скрываются под названиями различных общественных организаций: «Украинский союз участников АТО», «Национальный корпус», «Развитие Громады», «Рабов в рай не пускают», «Сокол» и другие. Некоторые из этих организаций добрались и до Киева… Среди толпы можно распознать и членов организации «Сокол». Создана она была ещё в 2006 году, а главным партнёром выступила всеукраинская организация «Свобода». Один из членов «Сокола» Дмитрий, в этом году во время штурма Ратуши использовал армейский нож. Тогда толпа бросила на землю и избила руководителя администрации городского головы Евгения Бойко…».
Во Львове (и не только), помнится, националисты с придыханием приветствовали, когда «активисты» избивали противников майдана, жгли и расстреливали милиционеров, но поменяли к ним отношение, когда избивать стали их самих. Если проследить эволюцию слова «активист» в информационном поле Украины, то до майдана оно имело нейтральную окраску, во время майдана и сразу после него несло позитивный смысл в устах сторонников переворота, а ныне становится ругательным. «Активистами» теперь всё чаще и чаще называют хулиганов, которые все свои чёрные деяния совершают толпой.
Поразительно, что часть этих бандитов сумела при Порошенко при участии Авакова и Кличко превратится в официальную силовую структуру – так называемую «Муниципальну варту». «Варта» по-украински – стража. То есть параллельно с полицейскими города Украины патрулируют бандформирования, которые нередко учиняют между собой кровавые разборки. Этим возмутились даже представители новой власти. Так, депутат от «Слуги народа» Гео Лерос : «Относительно «Муниципальной варты» – да, я сторонник того, что её нужно убрать. Если есть полиция, которая должна общественный порядок сохранять, зачем городским властям «Муниципальная варта», я не понимаю. Может, это какое-то легализированное ОПГ при городских администрациях, вот и всё».
«Волонтёр» – «вор», «мародёр», «мошенник», «пособники» иногда то же, что и «активист»
Также теряет на Украине свою положительную окраску и слово «волонтёр». Сразу после начала так называемой АТО волонтёрами называли тех, кто якобы бескорыстно помогает армии и «добровольцам» воевать с Донбассом. После оказалось, что большинство «волонтёров» просто наживаются на войне (даже словечко появилось соответствующее «воронтёр») и решают за счёт путешествий в зону конфликта свои личные проблемы. Некоторые из них умудрились сколотить на этом солидное состояние, приобрели квартиры, дома и автомобили, а также стали располагать солидными финансовыми средствами. Иногда «волонтёры» попадались на торговле гуманитаркой (в том числе, и иностранной), иногда попросту сбывали то, что военные и «добровольцы» отправляли из Донбасса огромными фурами через «Новую почту». Известны истории, когда вещи жителей Донбасса «волонтёры» продавали через социальные сети.
Таким образом, и слово «волонтёр» оказалось запачканным украинскими националистами и майданом.
«Атошник» – «убийца», «преступник», «киллер», «мародёр»
Подобная эволюция произошла и со словом «атошник», то бишь участник АТО – так называемой антитеррористической операции, объявленной в апреле 2014 года паном Турчиновым (и на начальном этапе реализованной, как он сам рассказывал, с помощью «активистов» и уголовников, поскольку армия отказывалась воевать с соотечественниками).
Аббревиатурой АТО постмайдановские власти назвали не только вооружённый конфликт с ополчением ДНР и ЛНР, но и истребление мирного населения Донбасса. Сколько восторгов высказали националистические СМИ по поводу «героических атошников», описать невозможно. На Украине созданы множественные мифы о них. Но постепенно стало появляться всё больше негатива об «атошниках». С ними связывали рост преступности, торговлю оружием и наркотиками, они возвращались в «мирную жизнь» неадекватами, страдающими острыми психозами и другими проявлениями посттравматического синдрома.
Попутно выяснилось, что многие из них отнюдь не герои, а заурядные преступники, причём совсем не бескорыстные. Часть «атошников» оказались к тому же неоднократно судимыми, ещё задолго до АТО (вспомним историю батальона «Торнадо»). И жители Украины всё чаще задаются вопросом – как же этим явным бандитам власти доверили оружие?
Приведём один из самых невинных скандалов с «атошником», который наделал много шума на Украине.
«Как сообщили в полиции Ирпеня, в Ворзеле, в сквере по ул. Кленовая, неизвестные похитили памятник Героям АТО. Мемориал был установлен в 2016 году в память о Небесной сотне и погибшим на Донбассе украинским бойцам. Во вторник, 10 декабря, жители заметили, что памятника на месте нет и вокруг него разрушены плиты и бетонная подушка. Правоохранители нашли и задержали мужчину, который поиздевался над мемориалом. Им оказался гражданин П., житель Ворзеля. Как выяснилось, мужчина выбросил памятник на помойку», – так писали СМИ.
После этого буря негодования прошла по лентам украинских националистов в соцсетях, они требовали жестокого наказания для вандалов, подозревая в этом «агентов Кремля» и «сепаратистов». Но пыл остудило сообщение: «Мужчина, который в Ворзеле снёс и выбросил памятник Небесной Сотне и героям АТО, оказался сам бывшим участником боевых действий на Донбассе. Как сообщили в Национальной полиции, памятник находился на его земельном участке. Бывший атошник получил земельный надел по решению сельсовета и хотел начать строительство. Чтобы начать строительные работы на своем участке, он был вынужден демонтировать памятник».
В этом сообщении важно и то, что большинство «атошников» получают за свои «боевые подвиги» земельные участки и иные блага. Именно из-за этого многие и пошли в АТО. Понятно, что потом им плевать на память о «героях».
Но главные преступления «атошников», конечно, не разрушения памятников (хотя они и в этом поднаторели), а убийства людей. Они занимались этим на Донбассе, продолжают заниматься и по возвращению с войны. Постепенно слово «атошник» на Украине становится синонимом слова «убийца», «киллер». Потому что многие «атошники» наёмные убийства сделали своей основной «профессией».
Когда ведомство Авакова обнародовало информацию об убийстве Павла Шеремета, то это вызвало шок у националистов и их сторонников. Они не верили, что такое сотворили «атошники». Украинские СМИ, причём, и государственные, принялись писать о том, что не могут такого сделать «герои АТО». Начали выдумывать всякие опровержения, хотя власти мягко намекнули, что подана малая часть имеющийся информации, а вообще по Украине прошла волна подобных убийств и покушений.
Одним из самых главных доказательств «непричастности» так называемых «героев АТО» к убийству называют отсутствие мотива. Мол, не был Шеремет столь известным лицом, чтобы его смерть дестабилизировала ситуацию на Украине.
Понятно, что убийство Шеремета не могло спровоцировать восстание на Украине. Но это не значит, что в этом преступлении отсутствовали мотивы. Если рассмотреть ситуацию внимательно, становится ясно, что эти мотивы не ограничивались Украиной, а исполнители об истинных мотивах, как это и бывает, знать не знали.
Вот так буквально за несколько лет, прошедших после «революции гидности», слова на Украине поменяли свой смысл. Причём, позитив сменился негативом: «активисты» стали «хулиганами», «атошники» – «убийцами», «волонтёры» АТО – «мошенниками». Ну, а адекватные граждане, не сражённые вирусами национализма и майдана, знали об этом с самого начала.
На фото: «Волонтёр» Юлия Кузьменко, подозреваемая в убийстве Павла Шеремета, в кресле кого-то из жителей Донбасса…