Добровольцы – подводники Испанской войны
После начала Гражданской войны испанский республиканский флот оказался в сложном положении – имея в своём составе достаточное количество кораблей, он лишился большей части офицеров, поддержавших Франко. И эту кадровую дыру закрывали специалисты советские – лётчики, танкисты, моряки... Особо стоит выделить подводников – получив не совсем качественную матчасть, склонные к анархии экипажи и неразвитую систему базирования, они подвигов, конечно, не совершили, но и не уронили честь русского флота.
Начать всё-таки стоит с матчасти – к времени прибытия советских подводников на вооружении республиканцев было два типа подводных лодок – «В» и «С». Первые были мало боеспособными и нуждались в среднем ремонте, а вторым, построенным в период с 1923 по 1928 год, и предстояло вытянуть на себе всю тяжесть войны. Лодки по сугубо бумажным характеристикам были неплохими, в проектировании их помогали немцы, но качество испанской постройки, умноженное на стабильно не срабатывающие торпеды, портили всё дело, да и было их всего четыре штуки. Больше года ими командовали советские командиры, под испанскими, разумеется, именами. Им уже через четыре года предстояло прославиться в Великой Отечественной.
Принял субмарину «С6» в феврале 1936 года. Сын торгового агента, участник Гражданской войны в частях ЧОН, он попал на флот в 1923 году, после партшколы, к 1934 стал помощником командира «Л-4» Черноморского флота. Оттуда и отправился на войну. Первый его корабль был повреждён авиацией противника, и в июне Бурмистров стал командиром однотипной «С1», на которой в районе Хихона атаковал франкистский крейсер «Адмирал Сервера». Попаданий добиться не удалось, так как итальянские торпеды не держались на курсе и не взрывались при попадании. Тогда Бурмистров поднялся на перископную глубину и пошёл в атаку на крейсер, заставив его отступить. Дальше была «С4» и ремонт во Франции, с прорывом обратно через Гибралтар, полностью контролируемый франкистами (две попытки торпедных атак во время прорыва сорвались по причине технической неисправности), участие в почтовых рейсах из Валенсии в Барселону и возвращение домой уже Героем Советского Союза. Капитан первого ранга Иван Бурмистров получил бригаду подводных лодок, в годы войны занимался эвакуацией крымских городов, участвовал в подготовке и высадке во время Керченско-Феодосийской десантной операции, был ранен. Дальше был ряд тыловых должностей, отставка и смерть в 1962 году в возрасте 59 лет. Увы, ранение прервало карьеру способного подводника и человека немалого личного мужества.
Один из лучших подводников советского флота, саратовец, он попал во флот по комсомольскому набору только в 1931 году, а в комсостав – в 1936, после окончания ВМУ им. Фрунзе. Сначала служба на Балтике, потом Северный флот. В Испанию Лисин отправлен только в 1938 году, где стал помощником командира на «С4» и «С2» поочерёдно. Никаких подвигов не было, была рутинная боевая работа – бомбёжки, маневрирование, походы... Рутина, способная вымотать любого, но зато школа хорошая.
Слава у Лисина была впереди, и пришла она к нему вместе с его первым кораблём – подводной лодкой «С-7» Балтийского флота, которую он принял при достройке, и экипаж которой формировал лично. Погибнуть лодка могла ещё 24 июня 1941 года, когда два немецких ТКА сначала дали наши позывные, а потом атаковали лодку торпедами и пушечно-пулемётным огнём. Спасло срочное погружение. Рассчитался с немцами Лисин в конце октября, когда его лодка вошла в Нарвский залив и обстреляла на берегу жд станцию и завод, выпустив около сотни снарядов.
Настоящая слава к Леону пришла в 1942 году – 9 июля атакован конвой, потоплен шведский транспорт «Маргарета», 11 июля – шведский транспорт «Лулео» с грузом руды для Германии, 19 июля – повреждён артогнём германский транспорт «Эллен Ларсен», вынужден был выброситься на мель, 30 июля – транспорт «Кате» потоплен, 5 августа – к счёту добавлен финский транспорт, потопленный артогнём. Домой «С-7» вернулась после израсходования запасов. Баланс – 4 потопленных и один повреждённый транспорт, все в составе конвоев, все с контратаками охранения. Это не Маринеско с его «атакой века», это Лисин с двумя прорывами минных полей, атаками самолётов и СКР, и смелостью за гранью возможного. А вот в следующем походе не повезло – 21 октября 1942 года «С-7» была торпедирована финской ПЛ, следуя в надводном положении. Выжило четверо подводников, находившихся на мостике, среди них и Лисин.
В плену он вёл себя достойно, не выдав никаких тайн:
После войны – командир дивизиона ПЛ в Порт-Артуре. Герой Советского Союза, о чём узнал в плену. Дожил до 1992 года. Финского подводника за потопление «С-7» мигом повысили, а самого Сергея Прокофьевича считали самым важным пленным в Финляндии. Случись по-другому, и Серхио Леон мог бы пойти далеко, но...
Николаевский слесарь на судостроительном заводе направлен комсомолом на флот и с 1931 года в комсоставе. Прославился ещё в 1936 году, командуя ПЛ «Щ-117» Тихоокеанского флота. Его корабль провёл сорокасуточный поход, из них 340 часов под водой, он же пионер подлёдного плавания на Тихом океане. Весь экипаж был награждён орденами. Летом 1937 года прибыл в Испанию, где принял лодку «С6», на его счету атака франкистского крейсера, вывоз ценностей с Сантадера под огнём фалангистов, по некоторым данным – потопление канлодки.
Дальше была «С2», которую Египко... угнал. Лодка находилась на ремонте во Франции, правительство готовило её интернирование, на самом корабле были попытки диверсий и подкупа экипажа франкистами, постоянно саботировали работу анархисты... В таких условиях, не дожидаясь окончания ремонта, Египко вывел корабль в море и прорвался через Гибралтар на очень условно исправном корабле с сомнительным экипажем. Родина оценила – оценила Звездой Героя и званием капитана первого ранга. Дальше было командование бригадами подводных лодок на Чёрном море и Балтике, Советско-Финская и Великая Отечественная. Участвовал в Таллинском переходе на подводной лодке «С-5», при взрыве мины сброшен за борт и спасён торпедным катером. С октября 1941 года – в Англии, на борту линкора «Герцог Йоркский» участвовал в проводке конвоя «PQ-17». В отставку ушёл вице-адмиралом, умер в 1985 году.
Типичная биография – далёкий, в общем-то, от моря комсомолец с Днепропетровска получил путёвку на флот, дальше – военно-морское училище, подплав по личной просьбе молодого командира, и Испания, где Егоров в 1938 году принял «С2». Лодка участвовала в почтовых походах в Барселону и боевых выходах флота. Молодой командир получил бесценный опыт, который и реализовал уже во флоте советском, получив под командование 17 дивизион подводных лодок Балтийского флота. Войну встретил командиром 4 дивизиона, Трибуц характеризовал его:
Отстаивал идею «волчьих стай», прорыва 3-4 ПЛ с Финского залива и совместных действий у побережья противника, что с успехом применяли немцы в течение войны, и что так и не смогли наладить мы. Капитан второго ранга Егоров вышел в поход на «Щ-317» 9 июня 1942 года. В этом походе наша лодка потопила финский транспорт «Арго» – 16 июня, тяжело повредила датский транспорт «Орион» – 19.06, потопила шведский транспорт «Ада Гортон» – 22.06, и 8.07 потопила германский транспорт «Отто Кордс». Лодка со всем экипажем погибла на последней линии германского минного заграждения 18 июля 1942 года, за считанные часы до возвращения домой. Флот потерял блестящего практика и теоретика, старт карьере которого дала Испания.
Москвич, комсомольского набора, в комсоставе с 1932 года, минёр, сначала на Черноморском, потом на Тихоокеанском флоте. Попал на войну в должности командира «М-21» Тихоокеанского флота. В Испании провёл полгода, покомандовав там «С1» и «С4». Ничего особо героического, как и другие, не совершил, но в тех условиях и с той матчастью и людьми его бы не совершил никто, зато получил бесценный опыт. Дальше Черноморский флот и командование дивизионами подводных лодок. Погиб Герман Юльевич в 1942 году на борту «Щ-212» на румынском минном заграждении.
Думаю, ответ на вопрос очевиден, помимо помощи республиканцам наш флот получил командиров с боевым опытом, получил то, что обычно оплачивается кровью и железом, и получил это бесплатно. И не вина нашей пятёрки молодых командиров, что они не сделали больше – главное, что приобретённый опыт и наработки не пропали, а пошли на пользу флоту. И забывать, что для многих война началась не в 1941, а в 1937 году, тоже не стоит, именно там были заложены первые камни в здание будущей Победы.
Начать всё-таки стоит с матчасти – к времени прибытия советских подводников на вооружении республиканцев было два типа подводных лодок – «В» и «С». Первые были мало боеспособными и нуждались в среднем ремонте, а вторым, построенным в период с 1923 по 1928 год, и предстояло вытянуть на себе всю тяжесть войны. Лодки по сугубо бумажным характеристикам были неплохими, в проектировании их помогали немцы, но качество испанской постройки, умноженное на стабильно не срабатывающие торпеды, портили всё дело, да и было их всего четыре штуки. Больше года ими командовали советские командиры, под испанскими, разумеется, именами. Им уже через четыре года предстояло прославиться в Великой Отечественной.
Луис Мартинес (Иван Бурмистров)
Принял субмарину «С6» в феврале 1936 года. Сын торгового агента, участник Гражданской войны в частях ЧОН, он попал на флот в 1923 году, после партшколы, к 1934 стал помощником командира «Л-4» Черноморского флота. Оттуда и отправился на войну. Первый его корабль был повреждён авиацией противника, и в июне Бурмистров стал командиром однотипной «С1», на которой в районе Хихона атаковал франкистский крейсер «Адмирал Сервера». Попаданий добиться не удалось, так как итальянские торпеды не держались на курсе и не взрывались при попадании. Тогда Бурмистров поднялся на перископную глубину и пошёл в атаку на крейсер, заставив его отступить. Дальше была «С4» и ремонт во Франции, с прорывом обратно через Гибралтар, полностью контролируемый франкистами (две попытки торпедных атак во время прорыва сорвались по причине технической неисправности), участие в почтовых рейсах из Валенсии в Барселону и возвращение домой уже Героем Советского Союза. Капитан первого ранга Иван Бурмистров получил бригаду подводных лодок, в годы войны занимался эвакуацией крымских городов, участвовал в подготовке и высадке во время Керченско-Феодосийской десантной операции, был ранен. Дальше был ряд тыловых должностей, отставка и смерть в 1962 году в возрасте 59 лет. Увы, ранение прервало карьеру способного подводника и человека немалого личного мужества.
Серхио Леон (Сергей Лисин)
Один из лучших подводников советского флота, саратовец, он попал во флот по комсомольскому набору только в 1931 году, а в комсостав – в 1936, после окончания ВМУ им. Фрунзе. Сначала служба на Балтике, потом Северный флот. В Испанию Лисин отправлен только в 1938 году, где стал помощником командира на «С4» и «С2» поочерёдно. Никаких подвигов не было, была рутинная боевая работа – бомбёжки, маневрирование, походы... Рутина, способная вымотать любого, но зато школа хорошая.
Слава у Лисина была впереди, и пришла она к нему вместе с его первым кораблём – подводной лодкой «С-7» Балтийского флота, которую он принял при достройке, и экипаж которой формировал лично. Погибнуть лодка могла ещё 24 июня 1941 года, когда два немецких ТКА сначала дали наши позывные, а потом атаковали лодку торпедами и пушечно-пулемётным огнём. Спасло срочное погружение. Рассчитался с немцами Лисин в конце октября, когда его лодка вошла в Нарвский залив и обстреляла на берегу жд станцию и завод, выпустив около сотни снарядов.
Настоящая слава к Леону пришла в 1942 году – 9 июля атакован конвой, потоплен шведский транспорт «Маргарета», 11 июля – шведский транспорт «Лулео» с грузом руды для Германии, 19 июля – повреждён артогнём германский транспорт «Эллен Ларсен», вынужден был выброситься на мель, 30 июля – транспорт «Кате» потоплен, 5 августа – к счёту добавлен финский транспорт, потопленный артогнём. Домой «С-7» вернулась после израсходования запасов. Баланс – 4 потопленных и один повреждённый транспорт, все в составе конвоев, все с контратаками охранения. Это не Маринеско с его «атакой века», это Лисин с двумя прорывами минных полей, атаками самолётов и СКР, и смелостью за гранью возможного. А вот в следующем походе не повезло – 21 октября 1942 года «С-7» была торпедирована финской ПЛ, следуя в надводном положении. Выжило четверо подводников, находившихся на мостике, среди них и Лисин.
В плену он вёл себя достойно, не выдав никаких тайн:
«В качестве допрашиваемого он был самым сложным, кто побывал у нас за время всей войны... Мы прозвали его Кеттуненом (от Kettu – «лиса»), что было переводом его фамилии на финский и отражало черты его характера.»
После войны – командир дивизиона ПЛ в Порт-Артуре. Герой Советского Союза, о чём узнал в плену. Дожил до 1992 года. Финского подводника за потопление «С-7» мигом повысили, а самого Сергея Прокофьевича считали самым важным пленным в Финляндии. Случись по-другому, и Серхио Леон мог бы пойти далеко, но...
Дон Северино де Морено (Николай Египко)
Николаевский слесарь на судостроительном заводе направлен комсомолом на флот и с 1931 года в комсоставе. Прославился ещё в 1936 году, командуя ПЛ «Щ-117» Тихоокеанского флота. Его корабль провёл сорокасуточный поход, из них 340 часов под водой, он же пионер подлёдного плавания на Тихом океане. Весь экипаж был награждён орденами. Летом 1937 года прибыл в Испанию, где принял лодку «С6», на его счету атака франкистского крейсера, вывоз ценностей с Сантадера под огнём фалангистов, по некоторым данным – потопление канлодки.
Дальше была «С2», которую Египко... угнал. Лодка находилась на ремонте во Франции, правительство готовило её интернирование, на самом корабле были попытки диверсий и подкупа экипажа франкистами, постоянно саботировали работу анархисты... В таких условиях, не дожидаясь окончания ремонта, Египко вывел корабль в море и прорвался через Гибралтар на очень условно исправном корабле с сомнительным экипажем. Родина оценила – оценила Звездой Героя и званием капитана первого ранга. Дальше было командование бригадами подводных лодок на Чёрном море и Балтике, Советско-Финская и Великая Отечественная. Участвовал в Таллинском переходе на подводной лодке «С-5», при взрыве мины сброшен за борт и спасён торпедным катером. С октября 1941 года – в Англии, на борту линкора «Герцог Йоркский» участвовал в проводке конвоя «PQ-17». В отставку ушёл вице-адмиралом, умер в 1985 году.
Хуан Вальдес (Владимир Егоров)
Типичная биография – далёкий, в общем-то, от моря комсомолец с Днепропетровска получил путёвку на флот, дальше – военно-морское училище, подплав по личной просьбе молодого командира, и Испания, где Егоров в 1938 году принял «С2». Лодка участвовала в почтовых походах в Барселону и боевых выходах флота. Молодой командир получил бесценный опыт, который и реализовал уже во флоте советском, получив под командование 17 дивизион подводных лодок Балтийского флота. Войну встретил командиром 4 дивизиона, Трибуц характеризовал его:
«Живой, как ртуть», имел всегда «свежие мысли» и после тщательного взвешивания... смело применял их на практике. Некоторые его коллеги иронизировали над ним. Ленивых мыслью было немало и в штабах, а Егоров аргументированно шёл на риск. Будучи в должности начальника отдела боевой подготовки штаба флота, я убедился, что организационная работа не мешает Егорову совершенствоваться в знании оружия и углублять общее образование.»
Отстаивал идею «волчьих стай», прорыва 3-4 ПЛ с Финского залива и совместных действий у побережья противника, что с успехом применяли немцы в течение войны, и что так и не смогли наладить мы. Капитан второго ранга Егоров вышел в поход на «Щ-317» 9 июня 1942 года. В этом походе наша лодка потопила финский транспорт «Арго» – 16 июня, тяжело повредила датский транспорт «Орион» – 19.06, потопила шведский транспорт «Ада Гортон» – 22.06, и 8.07 потопила германский транспорт «Отто Кордс». Лодка со всем экипажем погибла на последней линии германского минного заграждения 18 июля 1942 года, за считанные часы до возвращения домой. Флот потерял блестящего практика и теоретика, старт карьере которого дала Испания.
Мурато Карлос (Кузьмин Герман)
Москвич, комсомольского набора, в комсоставе с 1932 года, минёр, сначала на Черноморском, потом на Тихоокеанском флоте. Попал на войну в должности командира «М-21» Тихоокеанского флота. В Испании провёл полгода, покомандовав там «С1» и «С4». Ничего особо героического, как и другие, не совершил, но в тех условиях и с той матчастью и людьми его бы не совершил никто, зато получил бесценный опыт. Дальше Черноморский флот и командование дивизионами подводных лодок. Погиб Герман Юльевич в 1942 году на борту «Щ-212» на румынском минном заграждении.
А зачем?
Думаю, ответ на вопрос очевиден, помимо помощи республиканцам наш флот получил командиров с боевым опытом, получил то, что обычно оплачивается кровью и железом, и получил это бесплатно. И не вина нашей пятёрки молодых командиров, что они не сделали больше – главное, что приобретённый опыт и наработки не пропали, а пошли на пользу флоту. И забывать, что для многих война началась не в 1941, а в 1937 году, тоже не стоит, именно там были заложены первые камни в здание будущей Победы.
- Автор:
- Роман Иванов