Майдан лишил Украину возможности производить ядерное топливо
В 2020 году согласно планам концерн "Ядерное топливо" уже должен был самостоятельно изготавливать на упомянутом выше заводе по производству ядерного топлива, 50% минус одна акция которого принадлежит российскому АО „ТВЭЛ“, сборки ядерного топлива. Но по факту благодаря Майдану завод так и не начал строиться, он существует только на бумаге, а в его штате числится два человека. Украинские чиновники после 2014 года неоднократно объявляли о грядущем строительстве завода с участием „западных партнеров“, но по факту это всегда оказывалось враньем и блефом.
Рассорившись с Россией, Украина лишилась возможности самостоятельно производить ядерное топливо и ликвидацией концерна "Ядерное топливо" закрепляет этот факт юридически.
Концерн „Ядерное топливо“ был создан распоряжением кабинета министров Украины еще в апреле 2008 года. Тогда предполагалось, что в состав концерна, кроме упомянутых выше двух заводов и института, войдут Днепровский завод прецизионных труб и находившееся тогда на санации госпредприятие „Цирконий“ — санацию планировалось закончить до конца года. В итоге Днепропетровский завод прецизионных труб в сентябре 2014 года стал собственностью ООО „Торговый дом “Волгоградский металлургический завод „Красный октябрь“, принадлежащего одноименному российскому предприятию. А „Цирконий“ продолжали „оздоравливать“ аж до нынешнего года, когда было принято судебное решение о его банкротстве и открыта ликвидационная процедура.
Создавался концерн с целью освоить самостоятельный выпуск тепловыделяющих сборок для реакторов ВВЭР-1000 по технологиям российского АО „ТВЭЛ“.
Осенью 2010-го было принято решение о создании совместного предприятия „Ядерного топлива“ и ТВЭЛ с долями сторон 50 на 50 для производства сборок. Стороны тогда же предварительно договорились о том, что завод мощностью 400 тонн урана в год может быть введен в эксплуатацию уже в 2012 году, если Украина в сжатые сроки выберет и утвердит площадку для размещения предприятия и разработает технико-экономическое обоснование его деятельности. В тот же период ТВЭЛ подтвердил намерение передать технологии всех переделов изготовления ядерного топлива не позднее 2020 года плюс еще и пообещал частично профинансировать проект. Оговаривалось, что продукция может поставляться не только на украинские АЭС, но и в третьи страны.
Буквально сразу же на Украине было создано юридическое лицо — АО „Завод по производству ядерного топлива“, при этом украинская сторона все же сумела отхватить 50% плюс одну акцию, вопреки ранее озвученному паритету. Одновременно Украине за символическую сумму в 2,6 миллиона рублей были переданы десять процентов акций АО „Международный центр по обогащению урана“, ранее созданного Россией при участии Казахстана.
Далее украинская сторона затянула процесс выбора места и подготовки документов. Наконец, к лету 2013 года стороны урегулировали все юридические нюансы и планировали в ближайшее время приступить к подготовительным работам строительства самого завода, ввод в действие первой очереди которого отложился до 2015 года. Впрочем, сроки передачи всех технологий и полноценного функционирования завода с 2020 года переносить тогда никто не планировал. Но Украина в 2013 году так и не нашла 42 миллиона долларов, которые следовало внести в уставный фонд, а без этого строительство начаться не могло. Завод продолжил существовать только на бумаге. Кстати, как и упомянутый выше ООО „Научный парк “Химические технологии».
А зимой 2013-2014 годов случилось известно что. И реализация проекта по инициативе украинской стороны была просто прекращена. Вскоре с официального сайта концерна «Ядерное топливо» исчезло даже упоминание о каком-либо сотрудничестве с Россией. Там теперь упоминаются Казахстан, Армения, КНР, ФРГ, Франция, но только не Россия.
Начиная с 2015 года концерн и государственная компания «Энергоатом» начали традиционные для нынешней Украины «танцы с бубнами», подписывая некие меморандумы и соглашения с самыми разными участниками — казахстанскими, французскими, канадскими и тому подобными. Что уж говорить об американской компании Westinghouse, к закупке топлива у которой Украина вернулась сразу же после прихода майданной власти в 2014 году. В 2016-2019 годах министр энергетики Украины Игорь Насалик неоднократно заявлял, что именно американцы предоставят технологии и построят завод на Украине. Каждое такое заявления Westinghouse опровергала.
В итоге к 2020 году Украина оказалась у классического разбитого корыта.
Она не имеет завода по производству тепловыделяющих сборок и даже малейших перспектив его строительства в будущем. В ближайшие десять-двенадцать лет большая часть украинских блоков АЭС будет выводиться из эксплуатации даже с учетом ее продления. Перспективы строительства замещающих мощностей туманны: во-первых, у Украины на это нет денег, во-вторых, на Украине уже нет той промышленности, которая требовала таких объемов электроэнергии, а через десять-двенадцать лет ее останется еще меньше. В этих условия коммерческого смысла строительства завода на Украине попросту нет. А ликвидация концерна «Ядерное топливо» является просто признанием сложившихся реалий со стороны украинского руководства.
Половину тепловыделяющих элементов страна вынуждена покупать у заокеанских кураторов (хотя, строго говоря, они производятся в Швеции) по более высокой по сравнению с ТВЭЛ ценам. При этом пришлось еще и срочно сооружать Централизованное хранилище отработанного ядерного топлива (ЦХОЯТ) поскольку Westinghouse не принимает отработанное топливо даже на временное хранение, не говоря о переработке. Причем строить его пришлось не в пустыне или другой малозаселенной местности, а в Чернобыльской зоне, которая расположена, по сути, в верховьях украинской части Днепра, вдоль русла которого живет половина населения страны.
Весь добываемый на Украине уран в виде концентрата продолжает поставляться в Россию в качестве сырья.
Наконец, перспективы развития атомной энергетики на Украине надежно похоронены, а вместе с ними и перспективы прекращения реиндустриализации и деградации.
Сергей Левченко
Рассорившись с Россией, Украина лишилась возможности самостоятельно производить ядерное топливо и ликвидацией концерна "Ядерное топливо" закрепляет этот факт юридически.
Концерн „Ядерное топливо“ был создан распоряжением кабинета министров Украины еще в апреле 2008 года. Тогда предполагалось, что в состав концерна, кроме упомянутых выше двух заводов и института, войдут Днепровский завод прецизионных труб и находившееся тогда на санации госпредприятие „Цирконий“ — санацию планировалось закончить до конца года. В итоге Днепропетровский завод прецизионных труб в сентябре 2014 года стал собственностью ООО „Торговый дом “Волгоградский металлургический завод „Красный октябрь“, принадлежащего одноименному российскому предприятию. А „Цирконий“ продолжали „оздоравливать“ аж до нынешнего года, когда было принято судебное решение о его банкротстве и открыта ликвидационная процедура.
Создавался концерн с целью освоить самостоятельный выпуск тепловыделяющих сборок для реакторов ВВЭР-1000 по технологиям российского АО „ТВЭЛ“.
Осенью 2010-го было принято решение о создании совместного предприятия „Ядерного топлива“ и ТВЭЛ с долями сторон 50 на 50 для производства сборок. Стороны тогда же предварительно договорились о том, что завод мощностью 400 тонн урана в год может быть введен в эксплуатацию уже в 2012 году, если Украина в сжатые сроки выберет и утвердит площадку для размещения предприятия и разработает технико-экономическое обоснование его деятельности. В тот же период ТВЭЛ подтвердил намерение передать технологии всех переделов изготовления ядерного топлива не позднее 2020 года плюс еще и пообещал частично профинансировать проект. Оговаривалось, что продукция может поставляться не только на украинские АЭС, но и в третьи страны.
Буквально сразу же на Украине было создано юридическое лицо — АО „Завод по производству ядерного топлива“, при этом украинская сторона все же сумела отхватить 50% плюс одну акцию, вопреки ранее озвученному паритету. Одновременно Украине за символическую сумму в 2,6 миллиона рублей были переданы десять процентов акций АО „Международный центр по обогащению урана“, ранее созданного Россией при участии Казахстана.
Далее украинская сторона затянула процесс выбора места и подготовки документов. Наконец, к лету 2013 года стороны урегулировали все юридические нюансы и планировали в ближайшее время приступить к подготовительным работам строительства самого завода, ввод в действие первой очереди которого отложился до 2015 года. Впрочем, сроки передачи всех технологий и полноценного функционирования завода с 2020 года переносить тогда никто не планировал. Но Украина в 2013 году так и не нашла 42 миллиона долларов, которые следовало внести в уставный фонд, а без этого строительство начаться не могло. Завод продолжил существовать только на бумаге. Кстати, как и упомянутый выше ООО „Научный парк “Химические технологии».
А зимой 2013-2014 годов случилось известно что. И реализация проекта по инициативе украинской стороны была просто прекращена. Вскоре с официального сайта концерна «Ядерное топливо» исчезло даже упоминание о каком-либо сотрудничестве с Россией. Там теперь упоминаются Казахстан, Армения, КНР, ФРГ, Франция, но только не Россия.
Начиная с 2015 года концерн и государственная компания «Энергоатом» начали традиционные для нынешней Украины «танцы с бубнами», подписывая некие меморандумы и соглашения с самыми разными участниками — казахстанскими, французскими, канадскими и тому подобными. Что уж говорить об американской компании Westinghouse, к закупке топлива у которой Украина вернулась сразу же после прихода майданной власти в 2014 году. В 2016-2019 годах министр энергетики Украины Игорь Насалик неоднократно заявлял, что именно американцы предоставят технологии и построят завод на Украине. Каждое такое заявления Westinghouse опровергала.
В итоге к 2020 году Украина оказалась у классического разбитого корыта.
Она не имеет завода по производству тепловыделяющих сборок и даже малейших перспектив его строительства в будущем. В ближайшие десять-двенадцать лет большая часть украинских блоков АЭС будет выводиться из эксплуатации даже с учетом ее продления. Перспективы строительства замещающих мощностей туманны: во-первых, у Украины на это нет денег, во-вторых, на Украине уже нет той промышленности, которая требовала таких объемов электроэнергии, а через десять-двенадцать лет ее останется еще меньше. В этих условия коммерческого смысла строительства завода на Украине попросту нет. А ликвидация концерна «Ядерное топливо» является просто признанием сложившихся реалий со стороны украинского руководства.
Половину тепловыделяющих элементов страна вынуждена покупать у заокеанских кураторов (хотя, строго говоря, они производятся в Швеции) по более высокой по сравнению с ТВЭЛ ценам. При этом пришлось еще и срочно сооружать Централизованное хранилище отработанного ядерного топлива (ЦХОЯТ) поскольку Westinghouse не принимает отработанное топливо даже на временное хранение, не говоря о переработке. Причем строить его пришлось не в пустыне или другой малозаселенной местности, а в Чернобыльской зоне, которая расположена, по сути, в верховьях украинской части Днепра, вдоль русла которого живет половина населения страны.
Весь добываемый на Украине уран в виде концентрата продолжает поставляться в Россию в качестве сырья.
Наконец, перспективы развития атомной энергетики на Украине надежно похоронены, а вместе с ними и перспективы прекращения реиндустриализации и деградации.
Сергей Левченко