В мире: Русский язык становится на Украине особым маркером

Одно из любимых украинских развлечений – скандалы на языковую тему. В этот он коснулся одной из участниц отбора на Евровидение. Казалось бы – как? Условия конкурса допускают исполнение только на английском языке. Но шпрехенфюреры выкрутились, затравили певицу (Ассоль) Екатерину Гуменюк за то, что она рассказывала о своей песне на русском языке.

«Она ни единого слова на украинском не сказала!!! Такая не может представлять Украину на конкурсе!», – негодуют комментаторы в facebook-аккаунте телеканал СТБ.

На самом Евровидении певица точно так же ни слова на украинском не скажет. Ровно так же, как и исполнители из других стран, она будет говорить на английском. Но комментаторы этого, видимо, даже не знают. А может и знают. Но им важнее, чтобы девушка не говорила именно на русском. А там – пусть хоть вовсе безголосая будет или даже немая.

Как мы помним, украинский отбор на Евровидение – это вообще стабильный генератор подобных скандалов. Финальный отбор в прошлом году закончился и вовсе эпично. Победительницу отбора MARUV (Анна Корсун) отстранили решением жюри: не смогли простить ей гастроли в России. Да еще и устроили ей допрос: «Крым – Украина?», «Россия – агрессор?», «Опишите, что происходит на Донбассе». 

Но в итоге организаторы сами себя же и высекли: другие финалисты занимать место MARUV отказались и в Евровидении-2019 Украина не участвовала. А MARUV в ноябре стала победительницей конкурса MTV EMA.

Никто не запрещает!

От тех, кто посещал Украину после 2014 года, часто можно слышать уже избитую фразу: «Был на Украине, и никто мне там не запрещал говорить на русском». Во-первых, смотря что говорить. Если «Крым – это Украина», то это пока еще разрешают говорить и на русском. Яркий тому пример – режиссер-территорист Олег Сенцов, рассуждавший о «суде оккупантов». Этот и прочий бред он вещает на русском, и никто ему этого не запрещает.

Во-вторых, смотря где. Бытовое общение действительно мало кого заботит даже в западных областях. Однако если речь о публичном пространстве, то его зачищают от русского языка жестко. И тут вариантов немного. Нужно либо быть Сенцовым и, образно говоря, в каждом выступлении «словесно зиговать» постмайданному режиму и его системе ценностей. Либо, как в случае с MARUV, пройти проверку на благонадежность. Которая, в итоге, сводится к принуждению «словесно зиговать». Круг замыкается.

В общем, схема рабочая и дает сбой только в одном случае – когда роли меняются.

30 января в Днепропетровске должен был открыться кинофестиваль «Международная киноассамблея на Днепре – 2020». «Должен», потому что его открытие сорвали националисты из Нацкорпуса «Азов», «Правого сектора», С14. Националисты возмутились тем, что на фестивале будут демонстрироваться фильмы российских режиссеров. «Благодаря нашему напору, показ так и не состоялся», – похвалились они в соцсетях.

Но в этот раз все было не так однозначно. «Перед началом была провокация: нас не пропускали в здание некие «титушки». Только потому, что мы говорим на украинском языке. Язык как идентификатор», – возмутилась Людмила Кострюкова, одна из участниц протеста.

Мова как идентификатор

Тут нужно пояснить. «Титушками» националисты еще с 2013 года называют неформальное силовое прикрытие массовых мероприятий, которые не нравятся националистам (термин возник от фамилии одного из таких охранников Вадима Титушко). При этом даже в еще в относительно «вегетарианской» Украине любая националистическая партия всегда имела боевое крыло, прикрывавшее их акции. Но когда они столкнулись с тем, что власть пользуется их же наработками, им это почему-то очень не понравилось.

Далее. «Язык как идентификатор» – эта фраза и вовсе тянет на прозрение года. В любых околополитических тусовках на Украине (а автор лично бывал на некоторых и знает о чем говорит) язык использовался и используется в качестве идентификатора. Говоришь на мове – ты уже наполовину свой.

Говоришь на русском – а ну-ка давайте сначала послушаем, что ты скажешь. 

Иногда же и до этого не доходит. В одном гостеприимном доме автора завуалированно пообещали отправить в языковой концлагерь сразу же после «Добрый вечер», т.е. прямо с порога. И это еще в 2006 году. Говоришь на русском? Ты уже под подозрением. И мова как идентификатор используется как минимум полтора десятка лет.

И вот когда оппоненты националистов решили поступать ровно так же, не пропуская на свои мероприятия по простейшему маркеру – языку бытового общения – у националистов это сорвало планку: как это так? Классическое «А нас за что?» из известного анекдота.

А вот за то самое, хлопцы. И это только начало. Постоянное давление на этнических русских и русскоязычную общность, выдавливание русского языка из всех публичных сфер может привести только к одному. Язык и его носители уйдут в гетто и закрытые клубы, которые создадут себе сами. С жестким фейсконтролем, железными дверьми с «глазком» – как в американских фильмах про мафию. Но теперь еще и с видеонаблюдением, конечно. По приглашению, по рекомендации, только для своих. На входе – отсмотр фотографий в смартфонах и профилей в соцсетях.

И эти мероприятия вы сорвать уже не сможете. Ну разве что с бронетехникой срывать придете.

Теги:  Украина , русский язык