Кто доброй сказкой входит в дом?
С Эрфаном мы познакомились в семнадцатом. В Борисполе. После третьего предупреждения о том, что я перешел черту и в этот раз меня теперь посадят точно, я решил, что больше заигрывать с этими ребятами не стоит, и бежал из Москвы как был, со сломанной ногой, на костылях с одним чемоданом. Три месяца меня укрывали в Праге - создали под меня даже специальную программу в Карловом Университете, чтобы дать мне возможность раз в неделю читать там лекции, и тем самым сделать рабочую визу, даже символическую зарплату в восемьдесят евро в месяц назначили - и с тех пор Ремарка я читаю как документальную прозу. Но, как и у героев Ремарка, документа, подтверждающего, что я вышел рожей жить в прекрасном мире без Гестапо, у меня не было.
В аэропорту меня встретил Айдер. С ним еще один мужик. Странный какой-то - для пожатия как-то вкривь протянул левую руку. Знакомься, это, Эрфан, тоже крымский татарин, поживешь пока у него. Потом только дошло - вместо правой у него протез.
Вышли. На стоянке первым делом проверили днище под машиной. Год назад взорвали Пашу Шеремета. Чисто. Можно ехать.
Сели за стол, разлили.
- Ну, рассказывай.
- Ну, вот. Беженец. Из Москвы. Нога сломана. На костылях. Зато титана в голени на сто пятьдесят тысяч. А ты?
- И я беженец. Из Крыма. Из Ялты. Все у меня там было - и квартира, и дом. Четверо детей. А руки вот тоже нет. Но протез тоже дохера стоит.
И вот сидим мы друг напротив друга, два голожопых беженца, безрукий да безногий… Ну, хрен там говорить. Налили, выпили.
У Эрфана я прожил месяца три. Потом сентябрь, школа, то да сё. Мешаюсь уже, понятно.
Начал искать жилье. Написал совершенно незнакомый мне человек, предложил пожить у него - вот, есть баня, там есть комнатка, можешь в ней перекантоваться. Кантовался полгода. Спасибо, Дим.
Я ж говорю, Ремарк - документальный писатель
Впрочем, я отвлекся.
Где-то с год назад Эрфан присылает мне ссылку. На, мол, почитай.
«Буратино» Дмитрий Иосифов снимет сериал о том, как СМЕРШ борется со шпионами в Крыму». И что-то там про доблестных сотрудников, которые ловят диверсантов под Ялтой. На фото - руины какого-то столетнего недостроенного дома из валунов.
- Ну, да, - отвечаю, - они там совсем полоумные. Не новость.
- Ты не понял. Видишь дом на фото? Это мой дом!! Это старый недостроенный дом на моем участке! Они в моем доме снимают сериал о том, как они защищают свою русскую Родину!
Россияне.
Вчера, первого марта, семь лет назад, вы официально начали войну. Совет Федерации дал разрешение Владимиру Путину использовать российскую армию в Крыму. Да что там, «дал разрешение» - в ножках у царя-батюшки валялся.
Семь лет. Только из Крыма примерно пятьдесят тысяч беженцев.
Победобесие. Деды воевали. Победили фашизм.
И вот теперь ваш Буратино. Снимает фильм про войну. Про победу «добра» над злом. Во время новой войны. Про Родину. На захваченной вами земле. Чужой Родине. В доме моего товарища. Которой бежал оттуда без одной руки. Бежал от вас, оккупантов. С четырьмя детьми. И вот сидим мы, два голожопых беженца, безрукий и безногий…
Кто доброй сказкой входит в дом, блядь.
Вы понимаете вообще, ЧТО ИМЕННО вы наворотили?
Насколько именно вы поехали там головой?
Земфира у них песню про Крым, блядь, написала.
Вы каждый раз обвиняете меня в разжигании ненависти.
Ооооо…. Братцы. Поверьте, друзья мои.
Я - это еще сама доброта.
Вам бы с крымскими татарами, беженцами оттуда, не сталкиваться бы.
Особенно когда у вас в наушниках какая-нибудь Земфира играет.
Или песенка про Буратино.
Почему вы так не любите все русское (с).
Вы хоть осознаете, что вот это вот доброе детское кино, которое вы показываете своим детям - про куклу, черепаху и пса Аратамона - вот этот милый мальчик с невероятной улыбкой - теперь сам оккупант? В самом наипрямейшем смысле этого слова? Вы все скармливаете своим детям оккупационное кино. И даже не понимаете, насколько вы больны. И насколько заражаете своих детей.
Сериал называется «Диверсант». И я уверен, что там точно без бандеровцев не обойдется.
Кино про прекрасных сотрудников СМЕРШа, борющихся с бандеровцами, вы снимаете в доме выгнанного вами со своей земли безрукого крымского татарина с четырьмя детьми на оккупированном украинском полуострове…
Отвечать будете за всё. Все. Каждый буратино.
Чтоб навсегда запомнили этот день.
С годовщиной.
В рамках проекта "Журналистика без посредников".
Подписывайтесь на меня на Патреон:
https://www.patreon.com/babchenko
К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать - за текст с двумя-тремя тысячами лайков и полутысячей репостов приходит всего несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Спасибо.
Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89
Карта "Приват" для переводов в евро:
5363 5423 0856 3775
В аэропорту меня встретил Айдер. С ним еще один мужик. Странный какой-то - для пожатия как-то вкривь протянул левую руку. Знакомься, это, Эрфан, тоже крымский татарин, поживешь пока у него. Потом только дошло - вместо правой у него протез.
Вышли. На стоянке первым делом проверили днище под машиной. Год назад взорвали Пашу Шеремета. Чисто. Можно ехать.
Сели за стол, разлили.
- Ну, рассказывай.
- Ну, вот. Беженец. Из Москвы. Нога сломана. На костылях. Зато титана в голени на сто пятьдесят тысяч. А ты?
- И я беженец. Из Крыма. Из Ялты. Все у меня там было - и квартира, и дом. Четверо детей. А руки вот тоже нет. Но протез тоже дохера стоит.
И вот сидим мы друг напротив друга, два голожопых беженца, безрукий да безногий… Ну, хрен там говорить. Налили, выпили.
У Эрфана я прожил месяца три. Потом сентябрь, школа, то да сё. Мешаюсь уже, понятно.
Начал искать жилье. Написал совершенно незнакомый мне человек, предложил пожить у него - вот, есть баня, там есть комнатка, можешь в ней перекантоваться. Кантовался полгода. Спасибо, Дим.
Я ж говорю, Ремарк - документальный писатель
Впрочем, я отвлекся.
Где-то с год назад Эрфан присылает мне ссылку. На, мол, почитай.
«Буратино» Дмитрий Иосифов снимет сериал о том, как СМЕРШ борется со шпионами в Крыму». И что-то там про доблестных сотрудников, которые ловят диверсантов под Ялтой. На фото - руины какого-то столетнего недостроенного дома из валунов.
- Ну, да, - отвечаю, - они там совсем полоумные. Не новость.
- Ты не понял. Видишь дом на фото? Это мой дом!! Это старый недостроенный дом на моем участке! Они в моем доме снимают сериал о том, как они защищают свою русскую Родину!
Россияне.
Вчера, первого марта, семь лет назад, вы официально начали войну. Совет Федерации дал разрешение Владимиру Путину использовать российскую армию в Крыму. Да что там, «дал разрешение» - в ножках у царя-батюшки валялся.
Семь лет. Только из Крыма примерно пятьдесят тысяч беженцев.
Победобесие. Деды воевали. Победили фашизм.
И вот теперь ваш Буратино. Снимает фильм про войну. Про победу «добра» над злом. Во время новой войны. Про Родину. На захваченной вами земле. Чужой Родине. В доме моего товарища. Которой бежал оттуда без одной руки. Бежал от вас, оккупантов. С четырьмя детьми. И вот сидим мы, два голожопых беженца, безрукий и безногий…
Кто доброй сказкой входит в дом, блядь.
Вы понимаете вообще, ЧТО ИМЕННО вы наворотили?
Насколько именно вы поехали там головой?
Земфира у них песню про Крым, блядь, написала.
Вы каждый раз обвиняете меня в разжигании ненависти.
Ооооо…. Братцы. Поверьте, друзья мои.
Я - это еще сама доброта.
Вам бы с крымскими татарами, беженцами оттуда, не сталкиваться бы.
Особенно когда у вас в наушниках какая-нибудь Земфира играет.
Или песенка про Буратино.
Почему вы так не любите все русское (с).
Вы хоть осознаете, что вот это вот доброе детское кино, которое вы показываете своим детям - про куклу, черепаху и пса Аратамона - вот этот милый мальчик с невероятной улыбкой - теперь сам оккупант? В самом наипрямейшем смысле этого слова? Вы все скармливаете своим детям оккупационное кино. И даже не понимаете, насколько вы больны. И насколько заражаете своих детей.
Сериал называется «Диверсант». И я уверен, что там точно без бандеровцев не обойдется.
Кино про прекрасных сотрудников СМЕРШа, борющихся с бандеровцами, вы снимаете в доме выгнанного вами со своей земли безрукого крымского татарина с четырьмя детьми на оккупированном украинском полуострове…
Отвечать будете за всё. Все. Каждый буратино.
Чтоб навсегда запомнили этот день.
С годовщиной.
В рамках проекта "Журналистика без посредников".
Подписывайтесь на меня на Патреон:
https://www.patreon.com/babchenko
К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать - за текст с двумя-тремя тысячами лайков и полутысячей репостов приходит всего несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Спасибо.
Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89
Карта "Приват" для переводов в евро:
5363 5423 0856 3775