Ростислав Ищенко: «Охота» на Порошенко
Украина давно живёт в режиме фарса. Пожалуй первой фарсовой акцией была раскрутка так называемого дела Гонгадзе. Тогда журналисты-грантоеды (из которых едва ли половина знала о существовании Гонгадзе) внезапно «страшно озаботились» тем, что направо и налево изменявший жене и часто не ночевавший дома журналист вдруг не приехал домой от любовницы
Более того, они немедленно указали на тогдашнего президента Кучму как на виновника его пропажи, начав в прессе кампанию: «Кучма, где Гонгадзе!». Даже если я в 15-16 лет не возвращался вовремя домой и не звонил (поскольку стационарного телефона тогда дома ещё не было, а мобильная связь стала доступной только лет через 15), мои родственники не начинали паниковать так рано и уже тем более не возлагали вину за моё отсутствие на Брежнева или Щербицкого. А эти как будто знали (хоть почему как будто?) весь сюжет разворачивавшейся драмы.
На втором этапе легализовавший американскую прослушку украинского президента майор Мельниченко рассказывал, как он прятался в кабинете Кучмы под диваном и в шкафу, чтобы «поменять плёнки» в записывающем устройстве. Это притом что кабинет президента находится под круглосуточной охраной и в одиночестве туда не может попасть ни референт, ни охранник, ни уборщица.
Тем не менее, оба этапа данного фарса оказали эффективное воздействие на украинское общество, сформировали не просто антикучмовскую, а направленную против власти в целом оппозицию, ставшую пушечным мясом первого майдана. Поскольку первый раз получилось, то метод стал развиваться и через пару лет, в преддверии первого майдана и в ходе его развития, того же Кучму, его спецслужбы и власть в целом обвинили уже в отравлении Ющенко, хоть сам же «отравленный» сделал всё, чтобы не было возможно ни доказать факт отравления, ни провести реальное расследование.
И пушечное мясо майдана вновь проглотило убогую фальшивку. Кстати, параллельно с Кучмой уже тогда во всех проблемах (от гибели Гонгадзе до «отравления» Ющенко и «фальсификации» выборов) обвиняли Россию. Апогеем обвинений было сделанное в разгар майдана заявление Тимошенко о тысячах «русских спецназовцев» на Банковой, готовых расстрелять майдан. После этого объявились сотни (если не тысячи) «свидетелей», «своими глазами» видевших», как «российский спецназ» «летел в Борисполь», «выгружался из самолётов», «ехал из Борисполя в Киев» и т.д.
Никого не смутило ни то, что Кучма оказался непричастным к смерти Гонгадзе, ни то, что «прослушивавший» его майор оказался фриком, ни то, что версия с отравлением Ющенко лопнула, а все «отравители» — ныне патентованные патриоты Украины, сражающиеся с «российской агрессией», ни то, что никто не расстрелял майдан и в Киеве не только не был обнаружен «российский спецназ», но не было никаких следов его пребывания. После первого майдана фарс окончательно стал основой украинской политики и пропаганды.
Откровенная неприкрытая ложь, жалкие ужимки и бездоказательные обвинения оппонентов во всех смертных грехах составляют основу как международной стратегии государства, так и внутриполитической тактики отдельных партий и персонажей. Украина на международной арене играет сразу двух клоунов: рыжего (злого Арлекина) и белого (несчастного Пьеро). И таких же двух клоунов сразу играет подавляющее большинство украинских политиков внутри страны, а её президенты во внешнем мире.
У меня сложилось впечатление, что громогласные заявления новой власти о намерении расследовать преступления Порошенко и заставить последнего ответить за них также окончательно выродились в фарс. Частично фарсом они были сразу. Ибо было понятно, что задача Коломойского и его команды заключается не в наказании Порошенко, а в «раздевании» Порошенко: в перехвате у него «президентских бизнесов», а также в попытке изъятия в свою пользу прибыльных активов.
Таким образом, реальные уголовные репрессии (их масштаб и продолжительность) против Порошенко зависели исключительно от того, насколько быстро и о чём именно договорятся «пауки» (Игорь Валерьевич и Пётр Алексеевич). Судя по всему они разошлись на основе «широкого компромисса»: Порошенко отдаёт все президентские бизнесы (сохраняя в неприкосновенности и незасвеченными схемы, в некоторых случаях, очевидно, сохранятся и партнёры-прокладки, только конечный бенефициар поменяется), но сохраняет в неприкосновенности личную бизнес-империю (которую кстати, так же трудно изъять, как бизнес-империю Коломойского).
В перспективе на основе этого «экономического» соглашения может установиться и политическое партнёрство Порошенко и Коломойского. Тем более что внешний враг (Россия) у них один и тот же, базовые принципы внутренней политики практически не различаются, цели и задачи (восстановление притока в систему внешнего ресурса, обеспечиваемое партнёрством с Западом и обеспечивающее стабильность системы) — одни и те же.
С этой точки зрения вызов Порошенко на допрос в ГБР, угрозы провести следующий допрос с использованием полиграфа, выступление в поддержку Порошенко стайки «золотой молодёжи», возглавляемой его собственными отпрысками, ленивое отругивание Петра Алексеевича от ГБР — всё это не более чем фарс. Я склонен верить адвокату Порошенко, который утверждает, что следователи сами не могут понять, какие именно налоги и кому именно не заплатил Порошенко при покупке телеканала «Прямой». Уж чему-чему, а законной минимизации налоговых выплат юридические и финансовые службы украинских олигархов научились в совершенстве. Вряд ли по этому делу Порошенко можно предъявить что-то серьёзное.
Зато каждая сторона пиарится как умеет. Зеленский-Коломойскийдемонстрируют «непримиримость» и устраивают милые народу «гонения» на Порошенко. Не исключено, кстати, что часть «гонителей» используют втёмную. Стоят их услуги недорого, а много знать им не положено.
В свою очередь, Порошенко, никогда не отличавшийся хорошим вкусом ни в одежде, ни в еде, ни в архитектуре своего жилища, ни в пиаре, пытается продать народу картинку дружной семьи, где дети горой за папу (и не предупредив его приезжают с друзьями поддержать под ГБР), где все скромные (совершеннолетние дети миллиардера ездят втроём на одной «Шкода Октавия», причём по доверенности), а отец-миллиардер и экс-президент ещё и «честный», ничего не боится и готов удовлетворить любопытство любых следователей в рамках закона.
Кроме того, не исключено, что вялые арьергардные бои между Коломойским и Порошенко (по поводу второстепенных активов) ещё ведутся. Их исход для сторон непринципиален, но раз уж всё равно приходится ломать комедию с «расследованием преступлений», то почему бы не побороться за привлекательный медиаактив (по поводу которого «формула раздела» может трактоваться двояко)?
Представление убогое, но какая страна, такие и пьесы. Можно было бы в очередной раз похихикать над уровнем постановщиков украинского политического фарса, по сравнению с которым сельский клуб — Большой театр, но прослеживается одна далеко не вдохновляющая закономерность: чем больше в украинской политике фарса, тем более кровавой она становится.
Вначале была одна «голова Гондагдзе», после первого майдана «застрелились» несколько крупных политических деятелей свергнутого режима. Поле майдана второго балаган стал всеохватным, а кровь полилась рекой. Теперь уже и президентом избран клоун — форма приведена в соответствие с содержанием, украинские Пердолино готовы брать новые высоты в своей перманентно идущей комедии дель арте. Насчёт новых фонтанов крови тревожно, особенно если «пауки» договорятся окончательно.