Митау, Митава, Елгава: непростая история латвийского города

Историк Виктор Гущин, елгавчанин, подробно исследуя историю родного города с момента его возникновения в XIII веке и до 1991–го, планирует выпустить четыре серии исторических книг. Часть из них уже вышла из печати.

Из глубины веков

— В первой серии — "История Курляндского герцогства 1561–1795" из планируемых шести книг уже вышло три, во второй серии — "История Елгавы в составе России, 1795–1917" — сейчас готовы к изданию три тома, которые еще не вышли, — делится автор. — По третьей серии — "История Елгавы в период первой Латвийской республики" — у меня еще ничего не готово. Правда, том по истории с 1939–го по 41–й близится к завершению. А в четвертой серии — "История Елгавы 1940–1991" — вышло две книги, и еще две готовятся к печати. Те, что вышли — это история периода немецкой оккупации и боев за город. Очень рассчитываю, что до мая выйдет книга "Восстановление города". В работе том по истории Елгавского дворца и период с 1945–го до 1991–й.

Главная цель — последовательно изложить историю города от его основания до сегодняшего дня. Книг по истории Елгавы на русском языке до настоящего времени не было вообще. В этом смысле я новатор.

В дате основания города есть разночтения: город придерживается даты 1265 год, а я в своей книге пишу, что энциклопедия "Британика" и другие источники указывают иную дату — 1226–й. Дата, которой придерживается город, ориентируется на германскую историю, но не на российскую или британскую.

Город с самого начала назывался Митау по–немецки, потом Митава по–русски. Прежде думал, что название Елгава появляется только в 1918–м, но, оказывается, нет — в целом ряде графических изображений города и на карте 1846–го уже присутствует название Елгава. В конце XVIII века можно найти одновременно два названия, а в 1846–м только одно — Елгава. Якобы оно может происходить от словосочетания на латышском языке "гнилое, болотистое место". Здесь действительно всегда было низкое место, заболоченное.

Герцог Екаб и Великое посольство

— Все книги базируются на материалах из латышских и немецких изданий, Российского исторического госархива, Латвийского исторического госархива и целого ряда московских архивов. Есть такой белорусский исследователь Олег Евстратьев, который очень много и основательно, по документам, пишет об истории Курляндского герцогства периода правления герцога Екаба. Его источниками тоже пользовался.

А все началось с того, что с 1995–го по 98–й у меня выходило отдельное приложение на четырех страницах к елгавской городской "Новой газете", где впервые публиковал свои материалы по истории города. Тогда вышло 66 выпусков. Уже там было много архивных материалов. А потом взялся все это капитально доработать, уточнить, проверить и издать в виде отдельных книг.

Максимально старался проверить факты, чтобы избежать фактологических ошибок. К примеру, во втором томе по истории Елгавы в период Курляндского герцогства у меня такие темы: "Герцог Екаб и Русское царство", "Герцог Фридрих Казимир", "Великое посольство" и "Великое посольство в памяти народов".

Что касается истории города в период нацистской оккупации, то горжусь подборкой фотографий, потому что довоенного города уже нет, и мы даже не представляем, как он выглядел. Но по очень разным архивам, включая архивы Германии, в том числе архив газеты "Дойче цайтунг", удалось разыскать уникальные снимки Елгавы периода нацистской оккупации.

В этих томах такие разделы — "Нацистская программа колонизации Прибалтики", "В ожидании германской агрессии", "362–й отдельный зенитный дивизион ПВО" — он стоял на страже неба Елгавы, "Первая неделя войны", "Из воспоминаний Артура Непорта" — это человек из рядов национального сопротивления, который обеспечивал охрану ряда учреждений, когда Красная армия уходила, а немцы еще не пришли. 29 июня 41–го, когда немцы вошли в город, очень подробно показано у меня на снимках.

Гиммлер в Елгаве

— Дальше — "Вермахт в Елгаве", "Люфтваффе в Елгаве", "Нацистская пропаганда". Мартиньш Вагуланс создал в Елгаве еще до Виктора Арайса карательную зондеркоманду, которая занималась уничтожением евреев, коммунистов и сочувствующих советской власти. У меня по этой теме представлены уникальные, на мой взгляд, архивные документы.

Есть разделы "Городская управа по главе с Кристапом Фрицкалейсом", посвященные комиссару Вальтеру Эберхарду фон Медему, и отдельные материалы, посвященные фашистскому террору, трагедии евреев и "Шталагу 350–Е". Очень интересные темы — визит в Елгаву рейхсминистра восточных оккупированных территорий Альфреда Розенберга, присутствию на территории города иностранных легионов СС, датского и норвежского, несколько визитов в Елгаву рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Он инспектировал иностранные легионы. Ведь Елгава была центром на пути из Европы на Восточный фронт и обратно к местам постоянной дислокации в Европе.

Большая тема, связанная с призывом населения на военизированную трудовую службу в Германии, призыв в Латышский легион, депортация из Белоруссии, Новгородской, Псковской и Ленинградской областей гражданского населения. В октябре 43–го только в Елгаве было около 5000 депортированных. Есть разделы "Жизнь в условиях войны", "Культура", "Памятник освободителям города", так называемый Лачплесис, который стоит на Привокзальной площади — мне удалось найти в архивах документы, свидетельствующие, что местная коллаборационистская администрация города способствовала частичному уничтожению этого памятника.

Он был поставлен в 1919–м в честь победы национальных освободительных сил над войсками Бермонта. Якобы Бермонт уничтожил Елгаву. Но есть воспоминания сотрудника редакции газеты Западной русской армии Николая Бережанского о том, что когда началось наступление латышских частей на Елгаву в ноябре 1919–го, они с трех сторон вели артиллерийские обстрелы города, в результате чего были сожжены здание вокзала, Елгавский дворец, Академия Петрина и т. д. Но уже в 1919–м этот факт полностью игнорировался, и вся ответственность за уничтожение памятников архитектуры в городе была возложена исключительно на войска Бермонта. И до сегодняшнего дня никто этот факт сомнению не подвергает. Хотя на самом деле ответственность за частичное уничтожение города несли войска Латвии.

Наталья ЛЕБЕДЕВА.