Стертые имена и забытые могилы: как Ростовская область готовится к 9 мая

Корреспондент RostovGazeta попытался разобраться, в каком состоянии памятники находятся сейчас, и что нужно, чтобы память действительно сохранилась. Как в Ростове забыли о тысячах военнопленных Председатель Ростовского областного отделения ВООПИиК Александр Кожин отметил, что в Ростове много исторических точек, связанных с войной: где-то был сформирован батальон, где-то стоит дом, в котором жил герой. «Но есть несколько масштабных мест в Ростове: Змиевская балка, территория на Каменке и бывший Ростовский института военных войск (сейчас 183 учебный центр ВКС). И как раз с третьим местом в городе были проблемы. Член регионального отделения ВООПИиК Николай Половинчук рассказал историю этого места. Во время второй оккупации, с июля 1942 года по февраль 1943, на территории первого Ростовского артиллерийского училища находился немецкий лазарет для военнопленных. «Немцы там никого не лечили, они просто свозили безнадежно больных из местных лагерей. Там были жуткие условия: толком не кормили, воду брали из речки Темерник, и чтобы привезти бочку, каждый день запрягали пленных», — пояснил Половинчук. Он сообщил, что по архивным данным в этом месте погибло от шести до восьми тысяч человек. В 1946 году там был установлен типовой памятник, сделали аллею с обозначенными надгробиями. «На аллее были похоронены те заключенные, чьи тела нашли после освобождения на территории этого лагеря — около 400 человек», — добавил собеседник. Было установлено, что в этом месте находились больные тифом и другими заболеваниями, плюс немцы могли ставить какие-то эксперименты на пленных. Поэтому было принято решение захоронения не трогать, просто обозначить и не вести на этой территории никакой хозяйственной деятельности. Но после 1959 года, когда ростовское училище расширяло свою территорию, эти захоронения перешли. Перезахоронениями занималась специальная комисся. «Были вскрыты захоронения на аллее (около 400 человек), их похоронили на Братском кладбище у памятника бойцам народного ополчения. Эти останки там никак не обозначали», — сообщил Половинчук. В итоге многие посчитали, что там больше ничего нет, поставили технику. Часть останков (от шести до восьми тысяч человек) вместе с землей положили на огороженный плитами участок, часть — подзахоронили к памятнику в конце улицы Волоколамской. «Когда училище сокращали в 2011 году, то мы подняли вопрос об установке знака. Он сдвинулся только сейчас, потому что есть карточка этого захоронения с координатами. И теперь Министерство обороны и администрация Ворошиловского района обязаны установить там знак. Насколько мне известно, принято решение установить временный знак, а через полтора-два года — памятник», — рассказал собеседник. По его словам, ВООПИиК планирует установить памятную табличку на Братском кладбище. Александр Кожин заключил, что история с необозначенными захоронениями тысяч пленных тянется с 2011 года, хотя это, вроде бы, элементарная вещь. «Мы предлагали там создать целый музей. И если бы это тогда было услышано и принято, не пришлось бы делать музейный комплекс на Самбекских высотах», — считает он. Проблемные могилы Председатель Ростовского областного отделения ВООПИиК Александр Кожин отметил, что все памятники требуют внимания, не только ключевые. «Комиссия их периодически объезжает, внимательно смотрит на то, в каком состоянии находятся памятники: стела на Театральной площади, вечный огонь в сквере Фрунзе, Змиевский и Кумженский мемориалы и так далее. Везде какие-то уходные работы проводят. Но наряду с этим необходимо обращать внимание на могилы на разных кладбищах», — считает Кожин. Он отметил, что недавно была серьезная проблема с могилой советского офицера Алексея Береста: рядом была куча мусора, через время ее убрали. По словам Кожина, на Братском кладбище есть некоторые проблемы с могилами: некоторые записи нужно обновить, потому они уже не читаются. «Например, могила красноармейцев, которые в ходе Финской кампании 1939–1940 годов попали в ростовские госпитали и умерли. Мы что-то сделаем сами, но, возможно, нужна будет поддержка района», — добавил эксперт. При этом председатель отделения ВООПИиК отмечает: важно, чтобы работа была сделана качественно. «Если известны фамилии погибших, то хорошо бы, чтобы они были указаны. Не всегда сейчас на это обращают внимание. На Братском кладбище есть четыре братских могилы. Известно, кто там захоронен: фамилия, имя, отчество, воинское звание, когда и от чего погиб (от ран в госпитале, в бою)», — рассказал собеседник. Он сообщил, что когда эти архивные списки перевели в текст, то получилась телефонная книга: фамилия и инициалы. «Такой текст появился на Братской могиле № 1, стоит это переделать. Нужно указать ту информацию, которая есть, потому что от человека ничего не осталось, кроме этой сухой записи в архивном списке», — заключил он. Депутат Заксобрания Ростовской области руководитель фракции ЛДПР Евгений Федяев сообщил, что ни к нему, ни к региональным координаторам не поступало жалоб на содержание памятников. За исключением одной — о кварталах участников Великой Отечественной войны на кладбище в Ростове. «Эти памятники, надгробные плиты должны содержаться за счет средств муниципальной власти, здесь есть нарекания. К тому же вандалы постарались: разрушены не только памятники, но и оградки. К сожалению, им должного внимания не уделяют», — рассказал он. Реестр памятников Депутат городской думы Ростова от «Справедливой России» Анатолий Котляров рассказал о еще одном забытом памятнике - стеле погибшим работникам завода в Кировском районе возле завода «Красный Дон». »Когда территория принадлежала заводу, там все было ухожено. Но когда ее забрал муниципалитет, все пришло в упадок. Есть сквер в конце набережной, он находится в печальном состоянии. Я поднимал вопрос, что его нужно привести в порядок, но на сегодняшний день там даже конь не валялся», — сообщил Котляров. Ранее губернатор Ростовской области Василий Голубев заявил, что будет увольнять глав районов, которые не приведут памятники в нормальное состояние к 75-летию Победы. Он отметил, что в 2020 году на это выделят более 80 миллионов рублей. Анатолий Котляров рассказал, что для местных глав проблематично приводить в порядок мемориалы, потому что на это нет финансирования: эту сумму нужно будет долго разыгрывать через конкурсные процедуры. «У них есть какие-то полномочия, но они привязаны к городскому бюджету. То есть с них спрашивают, их наказывают, но возможности работать у них нет», — пояснил собеседник. Однако, по словам депутата, большинство мемориалов находятся в удовлетворительном состоянии, потому что зачастую местные жители выполняют работы своими силами и за свой счет. По мнению Котлярова, стоит создать реестр памятников и следить за ними по этому реестру. «У нас как такового реестра нет», — добавил он. Депутат Заксобрания Ростовской области руководитель фракции ЛДПР Евгений Федяев также считает, что региону необходим реестр памятников в каждом районе. Он провел аналогию с картой ремонта многоквартирных домов. «Необходимо создать дорожную карту, чтобы знать, в какой последовательности ремонтировать памятники. И понимать, что перешло к нам по наследству от СССР и что нужно сохранить, и соответственно, какие смогли построить уже в России.», — пояснил Федяев.