Забытые страницы истории. Поляки в рядах НКВД
0
613
Польская историография капризна, как женщина. Не всё, что имеет отношение к польской истории, признаётся ею за достойные факты. Опасаясь, как бы нежелательная информация не нанесла нравственную травму молодому поколению поляков, официальное «сито» тщательно просеивает всю историческую информацию. После такой операции немалая часть фактов остаётся в тени. Пора бы пролить на них свет. Каждый поляк, и млад, и стар, благодаря официальной пропаганде знает, что НКВД – это исключительно «палачи и каратели» польского народа. А многие ли из поляков знают о службе своих соотечественников в рядах НКВД? Об этом не знает почти никто. Но факт остаётся фактом: после вхождения западно-украинских земель в состав СССР и после 1945 года местные поляки шли на сотрудничество с Советами для совместной борьбы против украинского бандподполья. Тогда бандеры, шухевичи и прочая «историческая падаль» под корень вырезали мирных поляков – вместе с детьми и женщинами. Не видя иного выхода, поляки шли на сотрудничество с чекистами. Чекисты создавали польские отряды самообороны, командовали которыми советские офицеры. Полякам выдавали оружие и по команде они отправлялись вылавливать в лесах и пещерах украинских националистов. «Поляки – в НКВД?! Не может быть!», — воскликнет польский студент и ошибётся. Очень даже может. Приходилось слышать данные о 30 000 поляков, служивших в таких отрядах. Сами ветераны польской самообороны говорили позже, что у них не было выбора: или идти против мощной советской машины, или же совместно с этой машиной отплатить бандеровцам за уничтоженных матерей и отцов. «Мы видели повешенных стариков, мы снимали с кольев мёртвых младенцев, мы хоронили зарубленных топорами женщин и мы хотели защитить наше население», — так поляки объясняли факты своего своей лояльности к НКВД.
В Польше не любят коммунистов, особенно советских. Почему-то польская историография умалчивает, что, например, на начало 1930-х годов доля этнических поляков в составе Компартии Украины была приблизительно вдвое большей, чем среди всего населения республики, а генеральным секретарем ЦК КП(б)У был поляк Станислав Косиор. В рамках политики коренизации в 1926-1935 годах существовал польский национальный район имени Мархлевского, близ Житомира. Позже, правда, он был расформирован, а сами поляки выселены в Казахстан. Назван район был в честь польского коммуниста Юлиана Мархлевского. В 1919 от имени советского правительства он вёл переговоры с представителями Юзефа Пилсудского о приостановке военных действий между Красной Армией и поляками, что позволило красноармейцам разбить войска Деникина. Немногие в Польше знают, что во главе ОГПУ (бывший НКВД) с 1926 по 1934 стоял представитель польского аристократического рода Вячеслав Менжинский. Мало того, род аристократов Менжинских был крещён в православие. Кстати, на посту руководителя ОГПУ Менжинский сменил другого поляка из аристократического рода – Дзержинского. В сегодняшней Польше приходится слышать раздражённые реплики: «Дзержинский не поляк. Он еврей!». Так нелогично польский обыватель пытается объяснить себе службу шляхтича Дзержинского на благо России. Но Дзержинский – не еврей. Он – поляк, да и учился в одной гимназии с русоедом Пилсудским. Кто был в Польше, не даст соврать, что на стенах домов там полным-полно памятных табличек с текстом «Такой-то был арестован в этом доме офицерами НКВД и расстрелян (осуждён)». И вдруг – 30 000 поляков в отрядах НКВД да ещё шляхтичи Дзержинский с Менжинским во главе ОГПУ! От этого сойдут с ума все польские патриоты и зайдутся в надрывном плаче!
Варшава не считает советского солдата 1945 года освободителем Польши. Польский гонор просто не может смириться с мыслью, что родную Польшу могли очистить от фашистов ненавистные москали. Тяжело полякам быть обязанными жизнью русским. Поэтому для польской историографии русский солдат – всё равно оккупант. И ни слова о том, что в составе Красной Армии служили десятки тысяч советских поляков. Не тех, которых зачислили в Армию Людову, сформированную на территории Советского Союза (туда брали, в основном, тех, кто владел польским языком). Тысячи поляков, считавших себя поляками, но не знавшими уже польского языка, были призваны в Красную Армию. И многим пришлось идти через Белоруссию и Украину в Польшу и дальше к Берлину. Тогда получается, что многие тысячи поляков – соучастники советской оккупации? В 1989 году на территории СССР проживало более 1 000 000 поляков – советских граждан. Не думаю, что в 1940-х их было намного меньше. Армию Людову в Польше не признают за образец для подражания. Зато восхваляют Армию Крайову. Она формировалась западными союзниками и воевала как против немцев, так и против советских войск. Но почти ни слова в Польше о том, что Армия Крайова частенько вступала в союзнические отношения с фашистами для совместной борьбы против отрядов советских партизан. Образ Армии Крайовой – чисто-белый, не тронутый сомнениями и упрёками. Покушаться на этот образ нельзя, иначе у поляков не останется знаковых символов польского патриотизма русофобского извода. Армию Людову прославлять нельзя, она воевала вместе с русскими плечом к плечу. Сегодня в Польше на каждом углу лежат памятные камни с надписями типа «Здесь от рук солдат вермахта (или от рук советского солдата) погиб такой-то боец Армии Крайовой». О сотрудничестве крайовцев с вермахтом – ни гу-гу. Проблема в том, что сами поляки не хотят знать ВСЮ свою историю.