Зайнидин Курманов: «Уроки истории о трагедии кыргызской усобицы»

В середине XIX века на политической арене Кыргызстана появился новый военный и политический лидер с огромными амбициями и харизмой — глава сарыбагышей Ормон. Был он очень умным, талантливым и благородным деятелем. Хотел стать ханом, хотя у него не было на это права по законам чингизхановской «Ясы», объединить всех кыргызов и возродить кыргызскую государственность, некогда утраченную в результате внутренних усобиц и разборок. Имею в виду Кыргызский каганат, созданный в долгой и жестокой войне с тюрками в IX веке.

Так, вот он собрал в Котмалды кыргызских вождей – манапов – на всеобщий курултай под предлогом защиты кыргызов от военной агрессии, как это бывало не раз, и объявил себя ханом.

К границам кыргызов приближалась армия казахского хана Кенесары, «степного Ганнибала». Но Ормон объявил войну Кокандскому ханству, подданными которого были все кыргызские племена, кроме бугинцев. Кокандом управлял другой великий кыргызский вождь, главный визирь Алымбек-датка, который рассматривал империю как кыргызское ханство, где господствовали кыргызы и кыпчаки.

На курултай собрались не все вожди кыргызов. А значит, и съезд прошел, как бы сейчас сказали, недостаточно легитимно. Кыргызские удельные вожди не хотели еще быть под кем-то.

И тогда Ормон, по устным преданиям, прибег к угрозам – эффективному оружию того времени. Его воины взяли под прицел всех делегатов курултая. Ормон сам сел на белый войлок и сам надел на свою голову Ак-Калпак. Все это должны были сделать племенные и родовые вожди как знак своего согласия. Но в большинстве своем они не хотели воевать с Кокандской империей, не были готовы к этому, ханство было очень сильным. И каждый вождь при этом думал, а почему ханом должен быть именно Ормон, а не он сам?

Впоследствии, когда Ормон был вынужден вести международные переговоры, он подписывался в дипломатических документах, как чон-манап (старший манап) сарыбагышей, не упоминал свой ханский титул, так как «узурпация власти» по законам кочевников, оказывается, каралась смертью.

Никакой великой битвы близ Токмака не было, археологи не нашли ни одного меча или наконечника стрелы, которые бы свидетельствовали, что там была большая сеча.

Русский император наградил Ормона и его воинов медалями, немного деньгами, казачьими званиями, и все. Обещанные ему земли Старшего жуза, которые могли стать хорошей базой для Кыргызского ханства, и поддержать в борьбе за кыргызский трон, он проигнорировал.

Императору не был нужен на границах русской империи еще один суверенный хан. Ормон понял, что его обманули.

В отчаянии он решил создать кыргызское ханство сам, применяя военную силу. Напал на племя бугу, которое было подданным Китайской империи, и потерпел поражение. Боромбай-батыр, вождь бугинцев, носивший титул Вана («князь», «правитель» по-китайски), хотел его отпустить как брата, взяв с него клятву больше не нападать на него, но в плену Ормон погиб.

Так, была ликвидирована еще одна попытка кыргызской аристократии воссоздать кыргызское государство. Кланы и клановая психология в который раз победили и помешали кыргызам реализовать свое право на государственность.

Поучительный урок. Два национальных лидера, две судьбы, боровшиеся за объединение своих народов и павшие в борьбе за эту идею.
Почти сто лет назад нам с великим трудом удалось возродить свою национальную государственность, но межклановая борьба продолжается, не вразумляя наших политиков, что такая политика – это путь к развалу нашего государства.

Накануне превращения Кыргызстана в колонию России, Ормон предложил правящей кыргызской элите свой выход из ситуации. Возродить сильное кыргызское государство, каким оно некогда было во времена Енисейского каганата. Но не был понят и услышан ими. А Кыргызстан стал последним колониальным приобретением Российской империи на Востоке.

Зайнидин Курманов, экс-спикер ЖК, доктор исторических наук
Фото www

Читайте нас в Telegram, только самое важное!