«Гривна, прощай!»: освобожденные города Донбасса уверенно переходят на рубль

Когда смолкает грохот пушек и мин, наступает время восстановления мирной жизни. Сегодня эти первые шаги начинают делать Станица Луганская, Счастье, Трехизбенка, Старобельск и другие города и веси ЛНР, еще недавно бывшие под контролем Украины. Времени на раскачку нет — Незалежная, отступая, оставила после себя гуманитарную катастрофу. О том, как происходит возвращение в родную гавань, какие проблемы приходится преодолевать рассказывает ФБА «Экономика сегодня».

В первые дни после освобождения Народной милицией ЛНР Станицы Луганской сразу был поставлен вопрос сохранения на прилавках продуктов повседневной необходимости и в первую очередь хлеба. Столичный хлебокомбинат «Луганск-Нива» направил автоколонну с хлебом в станицу сразу же.

— Мы уверены в том, что, действительно, хлеб всему голова. Как я посмотрел, тут цены высокие, и он дороже, чем в Луганске. По поручению главы нашей республики мы уже организовали подвоз хлеба, и все вопросы взяты под контроль. Думаю, что мы пришли сюда навсегда, — подчеркнул глава администрации города Луганска Манолис Пилавов в тот день.

Также было решено, что луганский хлеб продается по ценам ЛНР, так как республика законодательно ограничивает максимальную отпускную цену. Прежние поставщики при соблюдении этих условий могут продолжить работу, но булка белого хлеба стоит теперь 5 гривен, а не 18, как ранее.

Почему обеспечение мирного населения продуктами питания становится первоочередным вопросом на освобожденных территориях?

Дело в том, что вооруженные формирования Украины заинтересованы в населении лишь как в живом щите, а проблемы голода и дефицита медикаментов их абсолютно не заботят. Хуже того, голод в ряде случаев организуется ими даже искусственно в качестве репрессалий.

Миссией ОБСЕ задокументирован, например, такой факт: в ноябре 2014 года боевики националистического 24-го батальона «Айдар» в селе Петровка захватили хлебопекарню «Укр-Вереск» и приказали поднять цены на хлеб. И до недавних пор булка белого хлеба стоила 18 грн (49 руб.), что оказалось по карману далеко не всем. Когда же начались боевые действия, магазины взвинтили цены или вовсе закрылись. Именно поэтому сразу после освобождения главная задача — не допустить голод и предотвратить гуманитарную катастрофу.

Аналогичную задачу решают и ВС России в зоне проведения спецоперации на Украине, оказывая гуманитарную помощь населению.

Зайдя в один из супермаркетов Станицы Луганской, мы изучили товары, предложенные покупателю. На всех ценниках сумма указана в гривнах и рублях по официальному курсу госбанка ЛНР. Да и сами товары присутствуют как, условно говоря, «украинские», то есть завезенные на склады еще при Незалежной, так и новые. Кроме луганского хлеба, почти сразу же зашла на новый рынок продукция луганских мясокомбината и молокозавода. Из российских производителей в первых рядах ТМ «Махеев» с ее соусами и кетчупами. При этом и местное производство не остановилось — среди жителей поселка пользуется спросом местная продукция пчеловодства.

Как говорят жители, дефицита в магазинах не ощущается. Впрочем, некий ажиотаж все же присутствует. Среди покупателей резко вырос спрос на алкоголь и табак, а также наблюдается большая заинтересованность в овощах, фруктах и зелени. Эти продукты продаются с ограничениями в одни руки. И если рост спроса на зелень объясняется весенним авитаминозом, то причина популярности алкоголя, возможно, лежит в стрессах последнего месяца, за который жителям поселка пришлось пережить боевые действия.

Посетили мы и аптеку Станицы Луганской. Бухгалтерия там ведется уже в рублях, но согласно Постановлению Правительства ЛНР от 28.02.2022 № 148/22 «О временном порядке использования наличной украинской гривны на отдельных административно-территориальных единицах Луганской Народной Республики», торговля происходит как в рублях, так и в гривнах.

Но главное — не форма оплаты или используемая валюта, а наличие ее на руках у населения. Как сообщил глава ЛНР Леонид Пасечник, первые выплаты пенсий минимальные, а затем по мере обработки данных Пенсионным фондом ЛНР выплаты будут пересчитаны и произведены доплаты. Словом, голодать не будет никто.

Тем не менее, наблюдая в СМИ за стремительным крахом киевского режима, жители освобожденных территорий стараются избавиться от гривны. У луганских отделений госбанка стоят огромные очереди желающих обменять украинскую валюту, в результате чего Государственный банк ЛНР неоднократно призывал всех жителей спокойно отнестись к вопросу обмена наличной украинской гривны, который продлится весь март.

Не так привлекательно все выглядит по другую сторону фронта в пока еще контролируемом Украиной Северодонецке.

О ситуации в городе сообщает вырвавшийся из этого города под обстрелами ВСУ беженец Дмитрий:

— Булка хлеба там стоит 50 грн (135 руб. — Прим. ред.), картошка — 50 грн, морковка — столько же. Самая дешевая колбаса-«варенка», которая здесь продавалась за 60 грн (162 руб. — Прим. ред.), там стоит 300 (810 руб. — Прим. ред.). Да и то: по таким ценам их не найдешь нигде и никогда, потому что ни один магазин просто не работает.

Как рассказывает беженец, все жители прячутся в подвалах, и только на химзаводе «Азот» собрались три тысячи человек, многие из которых женщины с детьми. Сама опасность нахождения на открытой местности стала некоей «валютой»: если покупаешь без очереди — на 20 рублей дороже.

— Связи и интернета нет, вода пока есть, а вот электричество осталось лишь на Старых Кварталах, — делится пережитым спасшийся. — Раньше я занимался теплицами, они меня с семьей кормили… Что делать дальше — без понятия. Надеюсь, все будет хорошо.

Пенсионер Александра Гончарова из накануне освобожденной Трехизбенки ждет пенсию и спешит оформить паспорт ЛНР и гражданство России.

— Нет русских рублей, — говорит Александра Ивановна, — пенсию пока не дали, а гривны я поменять не могу. Мне 81 год, я одна живу. На гроб себе насобирала гривны, а кто мне их поменяет? Ехать надо в Славяносербск, а я еле до магазина дохожу.

Как ни странно, но предприятия торговли на освобожденных территориях не только мгновенно перестроились на рубль, а даже «разлюбили» гривну.

— В наш магазин сейчас скоропортящиеся товары пока не завозят. Света нет, и холодильники не работают. Продают все уже за рубли, а за гривны не очень: им менять потом не хочется. Зато хлебушек возят исправно, и за то спасибо! — радуется бабушка.

Впрочем, сейчас главная забота пенсионерки — коммунальные услуги.

— Ходим к соседям, у кого есть генератор и скважина, просим, чтобы нам, бабушкам, дали два-три ведерка воды. — вздыхает Александра Ивановна. — Света пока нет, а мы так ждем! Ну, ничего, все наладится.

Что ж, начало — трудное время. Будет праздник и на ее улице: хлеб станет стоить в три раза дешевле, коммуналка, перестроившись с Украины на ЛНР, подешевеет почти в три-четыре раза.

Все это вскоре появится, никто ведь не сидит сложа руки. Загорится свет, вода вернется в кран, заработает местный магазинчик, и почтальоны принесут пенсии. Это только сказка скоро сказывается, да нескоро дело делается. Тем более первые дни обстрелов самые напряженные: и завалы разобрать, и разминировать, и еду надо подвезти, и электричество восстановить, и за правопорядком присматривать. Все это — многие «надо», и каждый вопрос неотложен, как скорая помощь.

Главное, что русские люди снова вместе. А если так, то нет такой преграды, которую мы не сможем преодолеть.