Польша заговорила о Катыни на Украине
В этом году в Польше и в польских дипломатических представительствах за рубежом проходят траурные мероприятия в память о поляках, расстрелянных в Катыни в 1940 году.
Посол Польши на Украине Бартош Цихоцкий, представители польских общественных организаций и украинские дипломаты посетили польское военное кладбище в Быковне под Киевом, где похоронены 3500 польских офицеров из так называемого катынского списка – перечня польских граждан, приговорённых к расстрелу в 1940 году.
Свою речь на кладбище пан Цихоцкий превратил в русофобский демарш: «Катынское преступление продолжается. Гибнут украинцы, потому что они украинцы. Гибнут грузины, потому что они грузины. Возрождается агрессивная неоимпериальная Россия, которая ещё не рассчиталась за свои преступления, в том числе, совершённые против поляков».
Варшава всегда старалась выжать из катынской трагедии максимум пропагандистского эффекта. Менее всего в Польше заинтересованы в окончательном расследовании событий 1940 года. Варшаве надо, чтобы тема Катыни никогда не закрывалась, оставаясь поводом для бесконечного шельмования России. Польская сторона отказывается рассматривать события в Катыни с военно-политической точки зрения и настаивает на моральной их трактовке: НКВД расстрелял поляков за то, что они были поляками.
Откровенно спекулятивны попытки Цихоцкого увязать события в Катыни 79-летней давности с нынешней ситуацией на Украине и в Грузии и навязать ложный дискурс о гибели украинцев и грузин, потому что они украинцы и грузины. Если на то пошло, Сталин, на которого возлагается главная вина за Катынь, был грузином.
Расстрелы поляков Быковне, а также в Харькове, Старобельске и других местах на Украине проводили местные, украинские сотрудники НКВД. Начальником Управления по военнопленным и интернированным НКВД СССР в 1940 году был выходец с Украины капитан госбезопасности П. К. Сопруненко. За выполнение решения Политбюро ЦК ВКП(б) о расстреле польских военнопленных он был награждён орденом «Знак Почёта».
События в Катыни нельзя рассматривать в отрыве от общего политического контекста той эпохи. В 1920 году Польша вышла победительницей из советско-польской войны, захватив Западную Украину, Западную Белоруссию и юго-восток Литвы. В польских лагерях тысячами умирали пленные красноармейцы из-за ужасных условий содержания и издевательств.
На захваченных землях поляки проводили политику жёсткой ассимиляции и подавления национального самосознания местного населения. Диктатор Польши Юзеф Пилсудский в целях полонизации региона распорядился выделить военнослужащим и полицейским за отличия в войне земельные наделы на Западной Украине. Сюда хлынули сотни тысяч польских колонистов (осадников) – военных отставников, жандармов, таможенников, бывших и действующих госчиновников, военнослужащих Корпуса пограничной охраны (КПО) и пилсудчиков из Польской военной организации (ПВО).
В 1934 году Польша самой первой подписывает с Третьим рейхом договор о дружбе, надеясь вместе с Гитлером напасть на СССР. В 1938 году Польша отказывается предоставить советским войскам коридор для защиты Чехословакии от гитлеровской Германии и сама участвует в разделе чехословацкого государства.
В 1939 году Польша гибнет от рук своего германского союзника, польское правительство и армия разбегаются.
В условиях непредсказуемости дальнейшего развития событий советские войска входят в Польшу и возвращают Западную Украину и Западную Белоруссию в состав Советской Украины и Советской Белоруссии. Ни метра собственно этнической польской территории занято не было. Так в составе СССР оказалась огромная масса польского населения, в том числе, военнопленных, состоящая преимущественно из бывших военнослужащих с боевым опытом, пилсудчиков , офицеров КПО и членов ПВО.
Дело осложнялось тем, что польская разведка активно сотрудничала с КПО и ПВО. В структуре КПО была своя разведывательная служба. Командующий КПО Ян Крушевский в 1931 году провёл реорганизацию Корпуса для более тесного сотрудничества с военной разведкой Войска Польского. Теперь начальник разведки КПО через Крушевского подчинялся непосредственно начальнику 2-го отдела Генштаба Войска Польского. Стиль работы 2-го отдела в польских источниках характеризуется как наступательная разведка. С 1938 года 2-й отдел Генштаба установил контакты со спецслужбами фашистской Италии, чтобы вместе работать против СССР.
При содействии КПО и ПВО были созданы шпионские ячейки в Киеве, Харькове, Ленинграде, Москве, Тбилиси (об этом пишет даже польская «Википедия»). В Познани, Вильнюсе, Львове, Бресте располагались экспозитуры (местные разведывательные отделения), ведущие шпионаж против СССР.
К середине 1930-х НКВД располагал информацию о сотрудничестве польской разведки не только с разведслужбами фашистской Италии, но и нацистской Германии и милитаристской Японии в преддверии совместного нападения на СССР с запада и востока.
Выяснилось, что польские посольства и консульства на территории СССР тайно контактировали с агентами германских, итальянских и японских спецслужб среди дипломатов, а также развернули активную деятельность по вербовке советских граждан польской национальности. Таковых в СССР насчитывалось 1,2 миллиона, из них 950 тысяч – на Украине и в Белоруссии. Особый расчёт делался на пилсудчиков – бывших членов ПВО. Они должны были составить костяк диверсионных отрядов в будущей войне.
В 1937-1938 годах в результате так называемой «польской операции» НКВД деятельность диппредставительств Польши, Японии, Италии и Германии была взята под контроль, а польская шпионская сеть разгромлена. Забавно, что польские историки не отрицают масштабов деятельности польской разведки против СССР, в то время как рядовая польская пресса в пропагандистских целях крутит заезженную пластинку о будто бы выдуманных советскими спецслужбами польских шпионах для оправдания репрессий против поляков.
Вернёмся к Катыни. Даже польская сторона официально признаёт, что среди расстрелянных поляков как минимум 10 тысяч (порядка 50%) составляли военнослужащие польской армии. То есть это были люди, взятые в плен с оружием в руках в 1939 году, а не абстрактные невинные жертвы. Остальные были если не поголовно агенты и сторонники Речи Посполитой «от моря до моря» с Украиной в её составе, то наверняка очень многие из них. На такой вывод наталкивают, опять же, данные польских историков о масштабности проникновения польских спецслужб в СССР.
В условиях готовящегося нападения Гитлера на СССР, подтверждённых фактов сотрудничества КПО и бывших членов ПВО через 2-е отделение Генштаба Войска Польского с гитлеровскими спецслужбами и наличию среди них большого количества лиц, подготовленных для ведения диверсионной войны в тылу СССР, НКВД принял решение в соответствии с обстановкой – приговорить к высшей мере наказания. НКВД не мог в условиях предвоенного времени позволить остаться на своей территории 21 тысяч саботажников, шпионов и диверсантов (такую цифру казнённых поляков называет польская сторона).
Для справки: после советско-польской войны 1920 года из польского плена не вернулись, по советским данным, 60 тысяч красноармейцев. Польша утверждает, что на самом деле их 18 тысяч. Но Варшава каяться за смерть красноармейцев не собирается.
А поддержка украинскими дипломатами речи посла Цихоцкого в Быковне – это молчаливое согласие с претензиями Польши на Западную Украину.