То, что происходит с Украиной, не проблема, а диагноз.
За последние 10-15 лет Украину постоянно сотрясают перевороты, майданы, конфликты элит. С каждым годом страна становится беднее, а главным внутренним конфликтом государства является несовместимость его внутренних частей. Нынешние правители, команда президента Зеленского не понимают, с чем имеют дело.
Не секрет, что с 2014 года некоторые наблюдатели прогнозируют скорый распад Украины. Начиная с 2004-го украинцы пережили уже четыре оборота своей страны на 180 градусов. 2004-й, 2010-й, 2014-й, 2019-й. Всякий раз власть менялась по канве фильма «Свадьба в Малиновке». И все время люди, которые врываются с шашками наголо на Банковую, сообщают возбужденным массам, что предшественники были плохие, они все испортили, и обещают, что сейчас-то все будет по-другому. Но ничего не меняется. Кредит доверия майданам исчерпан, время вышло. Но развязка не наступает.
Немного истории
Украина в ее нынешних границах была искусственно создана Временным правительством и Совнаркомом в 1917-1920 годах. Ее очертания на карте мира удивительным образом совпали с зоной оккупации Рейхом в 1918-м. Связь немецкого проекта Украинской народной республики (УНР) и большевистской УССР очевидна, и это давно не секрет. Украина рассматривалась как анти-Россия и исключительно в контексте деградации России. Это очень важно помнить, потому что заявленный украинский кризис — следствие геополитической аксиомы. Это аксиома, потому что весь ХХ век абсолютно все страны, окружающие пространство от Карпат до донских степей, занимались тем, что заботились о суверенности государства Украина, ее населения и, главное, приумножали ее территорию все новыми областями, укрепляя ее центральную власть.
Больше всех от этой тенденции пострадала Польша. Она с XV по XVIII век включала в себя от 80 до 40 процентов будущей Украины. Только и исключительно из-за постоянной нестабильности этой территории Польша начиная с XVII века раз за разом попадала в полосы исторической турбулентности, пока польское государство не разрушилось и не исчезло с карты мира. А возвращение его в начале ХХ века началось с польско-украинской войны. Украинская проблема стала ключевым внутриполитическим «багом» II Речи Посполитой. В конечном счете польское государство снова скончалось именно из-за нежелания украинских подданных жить и воевать за Польшу, их бегства на историческую Родину, Россию, пусть и в виде СССР.
При этом почему-то Берлин, Лондон, Париж, Вашингтон проявили максимум заботы об Украине. Гитлер, жертвуя миллионами немцев, создал целый Рейхскомиссариат Украина с национальными кадрами, мовой, прессой и прочими своими, весьма специфическими, представлениями о прекрасном. А Сталин, который ворчал, что на Украине кое-где встречали фашистов с хлебом-солью, после войны в нагрузку к Галиции подарил УССР Закарпатье. А местный народ, русинов, из-за этого одним махом лишил национальной идентичности и права на автономию. Эти решения одобрили США и Великобритания на международных конференциях. Украинскую ССР ввели в ООН в качестве государства-основателя. После смерти Сталина Украине в честь 300-летия «воссоединения с Москвой» дарят Крым и невиданные инвестиции восьми пятилетних планов, особенно «золотой пятилетки», которые превратили республику в павильон СССР планетарного масштаба.
Имперский синдром
Все эти предпосылки плюс максимум доверия со стороны союзного центра к республиканским кадрам создали вторую по величине и значению республику СССР. Украинский рабочий на всех пропагандистских плакатах изображался одесную русского рабочего. Украинский клан был самым мощным в КПСС. Два советских генсека были выходцами из УССР. Был бы и третий, но в последний момент его закулисно переиграл всесильный КГБ. Советская государственность, союзные инвестиции, индустриальная экономика промышленных гигантов были надежно гарантированы всей апокалиптической силой Советской армии. Тот, кто осмелился бы повторить 22 июня 1941 года, познал бы божественную силу ракетно-ядерного гнева Страны Советов — 1/6 суши планеты Земля.
Экскурсия в прошлое Украины сегодня способна вскружить любую современную голову, избалованную самыми причудливыми фантастическими блокбастерами. А современников украинского чуда, которые возводили его своими руками, оно превратило в суперменов и человекобогов. Но это было коварное ощущение, родившее республиканское зазнайство и украинский советский номенклатурный серпентарий. Когда сегодня мы говорим об украинской неискоренимой коррупции и национализме, то должны понимать, что это местничество было рождено именно в эпоху УССР. Именно тогда сложились все предпосылки для нынешнего коррупционного государства, где без закона можно все, но по закону нельзя ничего. А коррупция заменила собой институционализм. Украина превратилась в старый диван с миллионами клопиных ячеек. Восстановить — дорого, ломать — жалко. Иллюзия богом данной земли и мираж централизма породил самую опасную иллюзию всех киевских властей — незаменимости унитарной пирамиды.
Почему федералистов сажают
СССР отдал здоровье за государственность Украины и жизнь за ее право на самоопределение, вплоть до полного отделения.
Москва как союзный центр позаботилась не только о том, чтобы снабдить украинский народ национальным домом, но и сделала куда более важный подарок, гарантировавший будущее Украины. 30 июля 1975 года по инициативе Советского Союза и всех его союзных стран Варшавского договора в Хельсинки было созвано Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, на котором Киеву был сделан самый щедрый подарок. Москва заставила все страны мира признать нерушимость государственных границ Украины. Такой заботы о братском народе не знала история человечества.
Унитарность стала основополагающим тезисом в УССР, потому что угроза извне была устранена на обозримое будущее. И все самые сильные экономики планеты это гарантировали. Во время распада Союза бывшая метрополия, погибая, подтвердила привилегию неприкосновенности. Так что уже независимая Украина была избавлена от необходимости доказывать право на унитарность окружающему миру, но главным образом — своему населению. Самодержавность Киева была утверждена Конституцией, а проповедь федерализации стала приравниваться к сепаратизму и покушению на территориальную целостность, даже несмотря на то что оба взгляда никак не связаны. Так Киев получил возможность наслаждаться абсолютной властью над регионами, совершенно наплевав на них и не вкладывая в них ни копейки. Не усложняя себе жизнь борьбой за существование.
Доказательством служит то, что за почти тридцать лет на Украине не было построено ничего хотя бы отдаленно напоминающего советские объекты. Украинцы живут в советском жилфонде, пользуются советской инфраструктурой, дорогами, электричеством, промышленностью. Все это было разграблено в начале 90-х, присвоено олигархами, а право на протест местных общин было дозволено только для того, чтобы на майданах свергать одних олигархов и приводить других. Эти правила игры никто не нарушал и не нарушает, потому что призом служит абсолютная власть над полумиллионами квадратных километров самой благоприятной для обитания территории с десятками миллионов трудолюбивого, покладистого населения. Именно поэтому любой, кто возвысит голос против тирании Киева, является государственным преступником.
Кризис унитаризма
Но кроме законов человеческих есть и законы природы. А они указывали на то, что Украина — убыточное и неэффективное государство, которое нарушает кредитные лимиты, плодит ажиотаж и надувает экономический пузырь. Экономисты, только за последние пять лет уже устали применять в отношении Украины слово «дефолт». По всем признакам Киев — банкрот. И то, что это до сих пор не признано, не только противоречит «таблице умножения», но и делает из квалифицированных экспертов идиотов.
Идиотами выглядят те, кто пять лет подряд повторяет, что распад Украины неизбежен. И пять лет подряд Украина не распадается.
Распад мог случиться в 1991-м, когда Закарпатье и Крым провели референдумы об автономии, признанные Киевом. Но ничего не изменилось. Распад мог начаться в 1992-1995 годах, во время обострения с Москвой из-за Черноморского флота, когда крымчане были готовы уйти. И снова пар в свисток. В 2004-м распад был неизбежен, когда выборы были проституированы, а сторонники Януковича, перейдя Рубикон, заговорили в Северодонецке о федерализации. И снова чудо — ничего не произошло. 2014 год казался окончательным «прости» дутой унитарности. Настоящий государственный переворот, настоящая гражданская война, настоящее вооруженное восстание в регионах. И снова ничего. Только еще жестче стала кара за проповедь федерализации, а тирания Киева стала тотальной — такое не снилось никакому Третьему Рейху.
Закон опеки окружающих государств о том, чтобы Украина была единой и унитарной, все еще работает. С 2014 года только Кремль стал наконец вслух напоминать о федерализации, потому все, что случилось, случилось в шести часах езды от Кремля. И продолжает инвестировать Украину. Но у Киева генетическое заболевание — иллюзия гарантированной унитарности, которую невозможно отменить. И западные партнеры, а это ведущие мировые экономики, всей силой своего авторитета гарантируют продолжение течения генетического заболевания, которое не лечится современными методами в принципе. Поддерживают иллюзию больного, не говорят диагноз. Именно поэтому больной ведет себя неадекватно. И окружающим важно помнить, что имеют дело не с суверенным государством, а с его наследственной болезнью.
Но мир и сам находится в кризисе, сегодня он тоже на грани. Послевоенная система больше не соответствует реалиям, так что ООН, ЕС, Мировой банк, МВФ и прочие регуляторные институты не могут работать так, как они были задуманы. Грудой кирпичей лежит ее надстройка — неолиберализм. Все это плодит нерешаемые кризисы наподобие украинского. Просто до сих пор слабые звенья рвались где-то далеко, в «третьем мире». Но сегодня «третий мир» пришел к нам. Украина первой из постсоветских республик достигла уровня «третьего мира» и сегодня погибает от своего диагноза под мрачное молчание научных светил.
С этим, безусловно, нужно что-то делать.
Если сегодня Украина, то кто завтра?