Крах идеи универсального боевого самолета
Вообще сама по себе концепция самолета, который «и швец, и жнец, и на дуде игрец», давно волновала конструкторов многих стран мира. И понятно почему: очень заманчиво иметь один самолет, который можно в зависимости от задач конфигурировать в то, что необходимо, от штурмовика до бомбардировщика. Это уменьшает нагрузку на всё и всех: бюджет, технических специалистов, снабженцев, производителей и так далее. И кажется, что решение проблемы — оно вот, рядом, но всегда есть моменты и нюансы, которые гробят идею на взлете.
Хотя, стоит признать, в истории мировой авиации был один самолет, который практически соответствовал званию универсального солдата. Американский А-20 от «Дугласа», который выпускался с 1939 по 1945 годы и провоевал всю войну на всех театрах военных действий без какого-то исключения. И воевал в самых разных ипостасях: тяжелого истребителя, ночного истребителя, штурмовика, бомбардировщика, торпедоносца, минного заградителя и разведчика.
Причем как торпедоносец А-20 применялся у нас, так-то у американцев и британцев хватало своих самолетов, а вот наши переориентировали в торпедоносец и постановщик мин.
А ночные истребители с отечественными радарами «Гнейс-2» использовались днем для поиска кораблей и подводных лодок противника на Балтике и Севере. И только по своему прямому назначению, как штурмовик, А-20 у нас не прижился: было откровенно слабовато бронирование, так что Ил-2 был эффективнее.
Но это действительно единичное исключение из огромного списка. Есть, правда, еще один самолет, но о нем речь пойдет дальше.
А не исключений было много больше. Но все они были в то время совсем иного плана. Тут стоит вспомнить, как появились штурмовики и легкие бомбардировщики. Это были устаревшие истребители, которые в бой уже не очень, а выбросить жаль. А во время войны и тем более, когда каждый самолет на счету. Вот так и появились наши И-15 и И-153 вместе с немецкими Hs-123 и Ar-68. «Штурмовики» с парой 50 кг бомб на подвесках, 7,62-мм пулеметами и никакой точностью бомбометания, поскольку бомбить надо было уметь, а истребителей, сидящих в кабинах этих самолетов изначально, особо этому не учили, – это было начало. Потом уже появились совсем другие самолеты, в том числе и А-20, который переделывали кто во что горазд.
Пожалуй, первым запланированным универсальным самолетом должен был стать истребитель-бомбардировщик FW-190. Забегая вперед, замечу, что из него пытались сделать и штурмовик, и ночной истребитель-бомбардировщик, и торпедоносец, и высотный истребитель. Как торпедоносец 190-й получился вполне, тащил 700-кг торпеду без напряжений, и были отмечены атаки этих самолетов на северные конвои.
В остальном же получилось так себе, хотя как тяжелый истребитель FW-190 был хорош. А вот бомбардировщик и штурмовик из него не получились, хотя заявка была более чем серьезная.
В процессе эксплуатации выяснилось, что пока 190-й летит с 500-кг бомбой, истребитель из него не очень. И в случае появления истребителей противника бомба зачастую летела не туда, куда назначено, а туда, куда бросили. Это понятно, раньше времени в Вальхаллу из Люфтваффе никто не стремился, потому избавлялись от бомб и пробовали, если не отбиться, то хотя бы уйти на форсаже.
В общем, первая половина 20 века прошла под знаменем большого количества различных классов самолетов. И это было обусловлено в первую очередь техническим прогрессом, который во второй половине резко начал свое развитие переходом в реактивную эру.
Если посмотреть, то 50-70-е годы прошлого века – это было нечто. Самолет, сегодня вставший на вооружение, завтра уже оказывался устаревшим и ни на что не годным. Если посмотреть, сколько моделей сменилось за 20 лет в ВВС ведущих стран, становится несколько страшновато от понимания количества работы, совершенной конструкторами, инженерами и рабочими.
Но разделение по классам, принятым еще во Вторую Мировую войну, не то что оставалось, классов стало несколько больше: истребители, истребители-бомбардировщики, истребители-перехватчики, фронтовые истребители, палубные. У бомбардировщиков, кроме привычного разделения на легкие, средние и тяжелые, появились дальние и стратегические.
Тут немного уже запахло бардаком, потому что истребитель-бомбардировщик и легкий бомбардировщик – это одно и то же, или нет? И если есть различия, то в чем они?
Вообще — в наличии бомбардира. Ну или штурмана-оператора, оператора, можно называть как угодно, главное — это член экипажа, отвечающий за наведение и применение ударного вооружения, в которое вполне естественно вместе с бомбами попали противокорабельные ракеты и ракеты класса «воздух-земля».
Практически любой реактивный самолет 3-го поколения мог сбросить бомбы на противника или атаковать его ракетами. Весь вопрос в том, насколько это точно и эффективно можно было сделать. Были и исключения. Например, Су-27, «чистый» истребитель, или двухместный перехватчик МиГ-31, в арсенале которого просто не было бомб за полной ненадобностью их как вооружения.
Но именно тогда, на рубеже 80-90-х годов, особенно яростно начала эксплуатироваться идея некоего универсального самолета, способного работать ракетами и бомбами примерно с одинаковой эффективностью на разных дистанциях и в разных условиях.
Правда, стоит сделать некоторое отступление в сторону моря. В те же годы умами флотоводцев прочно овладела идея модульного корабля. Этакий универсальный корабль, обладающий минимальным вооружением и оснащением, который путем докомплектации специальным модулем можно превратить в корабль ПВО, ПЛО, тральщик, минный заградитель, патрульный корабль и так далее. Идея всем очень понравилась, и в мире бросились строить этих выродков.
Построили американцы, построили наши. Получилось полнейшее убожество, требующее нескольких экипажей и нескольких недель на переоснащение/замену модуля. В общем, те уродцы, которых успели настроить, доживают свой век кто как, но не в первых рядах флотов своих. Ну и модули строить никто не стал, потому что дорого и сложно.
Оно бы конструкторам воздушных судов принять к сведению всё это, но вот беда – разные ведомства и разные концепции применения. И мечта построить такой самолёт продолжала толкать под руку многих и многих.
А получилось хоть у кого-нибудь?
На самом деле, да. Моно-вооружение из самолета одной марки имеется у ВВС Швеции. Понятно, что это JAS 39 Gripen C(D), и который можно было бы рассмотреть в качестве того самого универсального самолета, но…
О возможностях «Грифона» мы уже поговорили вдоволь (Не летай в Полтаву, швед!) вот здесь, это действительно один из лучших самолетов современности, но давайте посмотрим немного на критерии. Что такое «универсальный боевой самолет»?
Мы пришли к выводу, что это самолет класса «истребитель-бомбардировщик». С двумя членами экипажа, пилотом и штурманом-бомбардиром. Способный наносить как ракетные, так и бомбовые удары, оказывая значительное воздействие на противника.
Что за «значительное» такое воздействие? Странный термин, но рискну озвучить. Думаю, здесь всё более чем прозрачно: говоря языком прошлого, 2 бомбы по 50 кг под крыльями ЛаГГ-3 из 11-й серии – это незначительное воздействие.
Бомба 500 кг или 1000 кг в перегруз под фюзеляжем Fw.190G-7 – это значительное воздействие. То есть способность поражения цели.
Сейчас многим на ум придет По-2: это как? А это тоже исключение из правил. 4 бомбы ФАБ-50 – это максимум, что мог тащить фанерный самолетик.
Но бомба, сброшенная с небольшой высоты и на небольшой скорости, могла попасть очень точно туда, куда было нужно. В окоп, на артиллерийскую позицию, в бензосклад. И тогда ночь становилась жаркой. А учитывая, что По-2 обрабатывали передний край немцев исключительно ночами, то налицо еще и психологический эффект: какой ты боец на утро, если всю ночь небо стрекотало моторчиками и земля тряслась от взрывов бомбочек? Фиговый боец. А если несколько ночей?
JAS 39 Gripen как истребитель прекрасен (если в воздухе нет российских «сушек»): он быстр, хорошо маневрирует, у него прекрасный набор электроники. И даже возможно размещение двух членов экипажа.
Но что именно с тем самым «значительным воздействием»? 4 бомбы весом 227 кг. GBU-12 PAVEWAY II, родом из 70-х годов, планирующая бомба с лазерной коррекцией. Или 8 бомб Mark 82, которая, собственно, является основной для GBU-12. 227 кг веса и 89 кг взрывчатки. Эти восемь бомб, естественно, летят без всякой коррекции, так называемые свободнопадающие.
Итого, 4 управляемые бомбы и 8, которые можно высыпать так. Давайте начнем с Mark 82. По кому можно их применить? Исключительно в условиях полного отсутствия противодействия. «Грифон» — не самолет переднего края, брони у него нет совсем. Значит, можно сбрасывать бомбы с 1-1,5 км, да по формированиям типа «террористы», у которых нет ПЗРК. Если есть ПЗРК — высота сброса, соответственно, увеличивается, а точность уменьшается.
А… Куда? Или на кого? Швеция неоднократно говорила о войне с Россией, и даже бронируются места на кладбищах. Это факт, говорящий о серьезности намерений. Но где и когда? На море? По кораблям? Тут понятно, что ни один уважающий себя корвет с обычными бомбами к себе не подпустит. Скажем, по наступающим войскам? Да, но вот тут мы поговорим об эффективном бомбардировщике.
Как пример возьмем Ту-22М.
Этот самолет берет по варианту загрузки № 1 внутри грузового отсека 33 бомбы ФАБ-250 (возьмем как аналоги 227-кг западных), а на внешней подвеске — 36 бомб. Итого — 69 бомб 250 кг. Это максимальный вариант загрузки, общий вес 18 500 кг.
Кто видел, как Ту-22М высыпает всё богатство из бомбового отсека?
Я видел на «Авиадартсе», десяток буквально. Впечатлило. По высоте 22-й слабоват, всего 13 км. IRIS-T SLM (средней дальности) с дальностью 40 км и максимальной высотой 20 км достанет. Но если ЗРК будут подавлены перед нанесением ударов, то Ту-22М – вполне себе машина локального Армагеддона. 69 бомб против 8 – это более чем.
И вот, собственно, всё о сравнении истребителя с функцией бомбардировщика и бомбардировщика. Да, истребитель с функцией бросания бомб сможет оказать помощь-поддержку на каком-то участке фронта, локально. Нормальный бомбардировщик просто устроит лунный ландшафт на месте батальонного укрепрайона. А пара сотрет с лица земли небольшой городок.
Насколько это вообще надо? Ну, если бы не было надо, наши Су-34 не надрывались бы, таская ФАБ-3000 с УМПК.
Истребитель с опцией бомбардировщика типа «Грифона» никогда не заменит нормальный бомбовоз в плане бомбовой нагрузки. Он будет хорош исключительно для нанесения точечных ударов по принципу «бей-беги» и не более того. Для доставки средств поражения крупных целей совершенно непригоден.
А вот другие страны НАТО, увы, похвастаться хотя бы приближением к шведской модели универсальности не могут. ВВС Германии – «Тайфун» и «Торнадо», причем второй в роли чистого бомбардировщика. ВВС Великобритании – «Тайфун» и F-35. ВВС Италии – F-35 A/B, «Торнадо» и «Тайфун». ВКС Франции – «Миражи» и «Рафали» нескольких модификаций.
Что объединяет все эти самолеты?
За исключением F-35, это очень серьезные заявки на универсальность. Взять тот же «Тайфун».
Стандартная боеукладка состоит, например, из такого набора: 3 УР AIM-120 AMRAAM, 2 УР AIM-9 Sidewinder, 4 лазерных бомбы GBU-12, контейнер лазерного наведения и 3 ПТБ. Реально можно изобразить что-то атакующее при помощи бомб и отбиться в случае чего ракетами «воздух-воздух». Вариант противокорабельный: 4 УР AIM-120 AMRAAM, 2 УР AIM-9 Sidewinder, 6 ПКР Penguin, 1 ПТБ.
Опять же, весьма универсальный набор. «Пингвин» — очень старая ракета, ей более 50 лет, понятно, что она прошла несколько этапов модернизаций, но опасна исключительно для кораблей классом корвет и ниже и подводных лодок. Ну и дальность полета Penguin Mk 3 (AGM-119A) около 40 км, что автоматически делает самолет заметным для корабельных радаров и ПВО. Масса БЧ — 120 кг.
Посмотрим на наши ПКР. Дальность пуска той же Х-61, которая «Яхонт-А», то есть авиационный вариант «Оникса», — 300 км при массе БЧ 200 кг. Стартовая масса с контейнером 3900 кг. У «Пингвина» — 400 кг. Одна ракета для истребителя, вторая — не для истребителя. Как говорится, почувствуйте разницу. Но лучше всего ее почувствует экипаж самолета, который отстрелит ракету на абсолютно безопасном расстоянии и дальше будет наблюдать за тем, как будут на корабле суетиться.
Таким образом, универсальность — это расширение возможностей самолета за счет ослабления уже существующих. И если на скоростных и маневренных характеристиках это особенно не отражается (до момента полной загрузки), то вот в плане вооружения это заметно. Больше загрузка — надо больше топлива, а следовательно, вместо бомб или ракет подвешиваются ПТБ. Ракеты и бомбы становятся меньше и летят ближе. И вообще, в пять тонн нагрузки того же «Грифона» очень сложно уместить всё.
Да и у самого универсального самолета ВМС США (это о нем шла речь в самом начале) тоже далеко не все гладко, если посмотреть с такого ракурса. Более того, F/A-18, хоть он на бумаге F (fighter) и A (attack), истребитель и штурмовик, на деле он как раз именно такой… Не совсем-то и годный на все виды боя. Достаточно посмотреть на результаты его боевого применения.
По сути: все те же 4,5 тонны вооружений (и опять же баки, без которых никак) с теми же ограничениями. Но, в отличие от «Грифона», «Шершень» может куда-то утащить бомбу в 907 кг GBU-31 JDAM и ее применить с определенным успехом в плане точности. И это смотрится намного серьезнее, чем 227-кг бомбочки шведского истребителя, но не идет ни в какое сравнение с ФАБами Су-34.
Применение в качестве истребителя в наше время, конечно, упрощает вопрос в плане того, что можно забыть о маневренном бое (это как раз хороший пример, когда 17 января 1991 года около Багдада один иракский МиГ-25 атаковал десяток F/A-18, спокойно сбил одного и ушел), а просто швырять ракетами с расстояния в 100 и больше километров. Как бы всё и идет к тому (Воздушный бой в середине 21 века), что как таковая воздушная схватка самолетов превратится в соревнование радаров в плане дальности и чувствительности и ракетного оружия в плане точности, дальности и помехозащищенности.
И этот момент вроде бы льет воду на мельницу нашего универсального бойца, но нет. Ослабление одних возможностей ради появления других. Тут стоит вспомнить, что первые F/A-18 вообще не умели работать ракетами по наземным целям. Только бомбами, в лучшем случае с лазерным наведением. А так — долбили обычными фугасками в стиле 40-х годов прошлого века. Здесь лучший пример — F-22 и F-35.
Да-да, как раз самолеты-«вроде невидимки» пятого поколения как раз и есть лучшие демонстраторы этого принципа. Самолет не невидимка, но очень такой малозаметный? Да. Но на дозвуковой скорости, и чтобы ничего не выступало за идеальные линии. То есть подвешенный ПТБ или оружие на внешних подвесках сразу убивают напрочь всю малозаметность. Только то, что внутри: и топливо, и бомбы-ракеты. Да, грузоподъемность 8 тонн, но внутренних точек подвески — четыре… И на этом всё.
F-22 может взять целых 6 ракет класса «воздух-воздух», и это уже на что-то такое похоже, но про бомбы и прочее мы в этом случае даже не разговариваем. Бомбы вообще не про F-22, это практически «чистый» истребитель.
Вот так умирала мечта о так называемом «универсальном самолете». Да, многим так и казалось, что вот-вот, и такой самолет появится. И даже сможет воевать, но увы. На примере шведского «Грифона» можно сказать, что появился универсальный самолет мирного времени страны, которая вообще не собирается воевать.
Пример универсальности F/A-18 хорош, если не смотреть, против кого воевали эти самолеты. Самым сложным противником были МиГ-21, МиГ-25 и Су-22 ВВС Ирака. Как бы для самолета на 25 лет моложе оппонента (а «Шершень» именно настолько моложе, чем два сбитых МиГ-21) такие победы – не то, чем стоит хвалиться. Ну а гражданские войны в Сирии и Йемене тоже нельзя назвать высокотехнологичными конфликтами с применением современных средств ПВО и авиации.
Ну и, наконец, пример ВКС РФ и ВВС НОАК, где об универсальности пока нет определенных размышлений, не то что планов. Наоборот, прослеживается вполне логичная специализация самолетов, стоящих на вооружении. Су-35 – прекрасный истребитель, лучший в поколении (а возможно, и в мире), способный работать по «неудобным» целям типа ЗРК и РЛС. Су-34 обладает прекрасной грузоподъемностью и впечатляющим набором вооружений, способных уничтожить практически любую цель.
Можно ли подвесить на Су-35 бомбы и ракеты и отправить уничтожать мост? Да. Можно. Х-29Т или Х-59МК справятся с такой задачей. Либо можно использовать КАБ-500/1500. Но будет не очень удобно в условиях противодействия противника заниматься коррекцией полета бомб. Намного лучше вооружить Су-35 его пачкой ракет «воздух-воздух» и противорадиолокационных ракет, вспомнить, что у самолета самый мощный и дальнобойный радар в носу, и отправить его расчищать небо от неприятностей. Так, как это делают сегодня на СВО, и даже сами противники признают, что главный враг у их РЛС – это как раз Су-35.
А по целям вполне уверенно отработают своим арсеналом Су-34, причем штурман-оператор сделает это намного эффективнее, чем пилот Су-35. Тот случай, когда каждый занят своим делом. И пока летчик Су-35 контролирует пространство своим радаром и ловит датчиками излучения вражеских РЛС, штурман-оператор Су-34 спокойно наводит ФАБ-3000 с УМПК. Так, кстати, и работают сегодня.
Как бы в таких условиях смотрелись универсальные самолеты? Сами представляете, что не так далеко смотрят, не так хорошо видят, не так сильно бьют. 227 кг против 3 000 – сами понимаете…
Универсальные самолеты нужны сегодня (и, возможно, завтра) тем, кто вообще не собирается воевать, либо, если воевать, то со странами четвертого мира, где понятия не имеют о ПВО и ВВС. Там такие самолеты будут весьма востребованы.
Но если мы говорим о современном военном конфликте на соответствующем технологическом уровне, здесь по-прежнему нужны специализированные под ведение определенных боевых действий самолеты. Развитие и боевое применение российских ВКС, а также то, что делают соседи из КНР, самым явным образом свидетельствует о том, что если надо готовиться к боевым действиям, то все вопросы универсализации ВВС стоит отложить на послевоенное время.
Хотя, стоит признать, в истории мировой авиации был один самолет, который практически соответствовал званию универсального солдата. Американский А-20 от «Дугласа», который выпускался с 1939 по 1945 годы и провоевал всю войну на всех театрах военных действий без какого-то исключения. И воевал в самых разных ипостасях: тяжелого истребителя, ночного истребителя, штурмовика, бомбардировщика, торпедоносца, минного заградителя и разведчика.
Причем как торпедоносец А-20 применялся у нас, так-то у американцев и британцев хватало своих самолетов, а вот наши переориентировали в торпедоносец и постановщик мин.
А ночные истребители с отечественными радарами «Гнейс-2» использовались днем для поиска кораблей и подводных лодок противника на Балтике и Севере. И только по своему прямому назначению, как штурмовик, А-20 у нас не прижился: было откровенно слабовато бронирование, так что Ил-2 был эффективнее.
Но это действительно единичное исключение из огромного списка. Есть, правда, еще один самолет, но о нем речь пойдет дальше.
А не исключений было много больше. Но все они были в то время совсем иного плана. Тут стоит вспомнить, как появились штурмовики и легкие бомбардировщики. Это были устаревшие истребители, которые в бой уже не очень, а выбросить жаль. А во время войны и тем более, когда каждый самолет на счету. Вот так и появились наши И-15 и И-153 вместе с немецкими Hs-123 и Ar-68. «Штурмовики» с парой 50 кг бомб на подвесках, 7,62-мм пулеметами и никакой точностью бомбометания, поскольку бомбить надо было уметь, а истребителей, сидящих в кабинах этих самолетов изначально, особо этому не учили, – это было начало. Потом уже появились совсем другие самолеты, в том числе и А-20, который переделывали кто во что горазд.
Пожалуй, первым запланированным универсальным самолетом должен был стать истребитель-бомбардировщик FW-190. Забегая вперед, замечу, что из него пытались сделать и штурмовик, и ночной истребитель-бомбардировщик, и торпедоносец, и высотный истребитель. Как торпедоносец 190-й получился вполне, тащил 700-кг торпеду без напряжений, и были отмечены атаки этих самолетов на северные конвои.
В остальном же получилось так себе, хотя как тяжелый истребитель FW-190 был хорош. А вот бомбардировщик и штурмовик из него не получились, хотя заявка была более чем серьезная.
В процессе эксплуатации выяснилось, что пока 190-й летит с 500-кг бомбой, истребитель из него не очень. И в случае появления истребителей противника бомба зачастую летела не туда, куда назначено, а туда, куда бросили. Это понятно, раньше времени в Вальхаллу из Люфтваффе никто не стремился, потому избавлялись от бомб и пробовали, если не отбиться, то хотя бы уйти на форсаже.
В общем, первая половина 20 века прошла под знаменем большого количества различных классов самолетов. И это было обусловлено в первую очередь техническим прогрессом, который во второй половине резко начал свое развитие переходом в реактивную эру.
Если посмотреть, то 50-70-е годы прошлого века – это было нечто. Самолет, сегодня вставший на вооружение, завтра уже оказывался устаревшим и ни на что не годным. Если посмотреть, сколько моделей сменилось за 20 лет в ВВС ведущих стран, становится несколько страшновато от понимания количества работы, совершенной конструкторами, инженерами и рабочими.
Но разделение по классам, принятым еще во Вторую Мировую войну, не то что оставалось, классов стало несколько больше: истребители, истребители-бомбардировщики, истребители-перехватчики, фронтовые истребители, палубные. У бомбардировщиков, кроме привычного разделения на легкие, средние и тяжелые, появились дальние и стратегические.
Тут немного уже запахло бардаком, потому что истребитель-бомбардировщик и легкий бомбардировщик – это одно и то же, или нет? И если есть различия, то в чем они?
Вообще — в наличии бомбардира. Ну или штурмана-оператора, оператора, можно называть как угодно, главное — это член экипажа, отвечающий за наведение и применение ударного вооружения, в которое вполне естественно вместе с бомбами попали противокорабельные ракеты и ракеты класса «воздух-земля».
Практически любой реактивный самолет 3-го поколения мог сбросить бомбы на противника или атаковать его ракетами. Весь вопрос в том, насколько это точно и эффективно можно было сделать. Были и исключения. Например, Су-27, «чистый» истребитель, или двухместный перехватчик МиГ-31, в арсенале которого просто не было бомб за полной ненадобностью их как вооружения.
Но именно тогда, на рубеже 80-90-х годов, особенно яростно начала эксплуатироваться идея некоего универсального самолета, способного работать ракетами и бомбами примерно с одинаковой эффективностью на разных дистанциях и в разных условиях.
Правда, стоит сделать некоторое отступление в сторону моря. В те же годы умами флотоводцев прочно овладела идея модульного корабля. Этакий универсальный корабль, обладающий минимальным вооружением и оснащением, который путем докомплектации специальным модулем можно превратить в корабль ПВО, ПЛО, тральщик, минный заградитель, патрульный корабль и так далее. Идея всем очень понравилась, и в мире бросились строить этих выродков.
Построили американцы, построили наши. Получилось полнейшее убожество, требующее нескольких экипажей и нескольких недель на переоснащение/замену модуля. В общем, те уродцы, которых успели настроить, доживают свой век кто как, но не в первых рядах флотов своих. Ну и модули строить никто не стал, потому что дорого и сложно.
Оно бы конструкторам воздушных судов принять к сведению всё это, но вот беда – разные ведомства и разные концепции применения. И мечта построить такой самолёт продолжала толкать под руку многих и многих.
А получилось хоть у кого-нибудь?
На самом деле, да. Моно-вооружение из самолета одной марки имеется у ВВС Швеции. Понятно, что это JAS 39 Gripen C(D), и который можно было бы рассмотреть в качестве того самого универсального самолета, но…
О возможностях «Грифона» мы уже поговорили вдоволь (Не летай в Полтаву, швед!) вот здесь, это действительно один из лучших самолетов современности, но давайте посмотрим немного на критерии. Что такое «универсальный боевой самолет»?
Мы пришли к выводу, что это самолет класса «истребитель-бомбардировщик». С двумя членами экипажа, пилотом и штурманом-бомбардиром. Способный наносить как ракетные, так и бомбовые удары, оказывая значительное воздействие на противника.
Что за «значительное» такое воздействие? Странный термин, но рискну озвучить. Думаю, здесь всё более чем прозрачно: говоря языком прошлого, 2 бомбы по 50 кг под крыльями ЛаГГ-3 из 11-й серии – это незначительное воздействие.
Бомба 500 кг или 1000 кг в перегруз под фюзеляжем Fw.190G-7 – это значительное воздействие. То есть способность поражения цели.
Сейчас многим на ум придет По-2: это как? А это тоже исключение из правил. 4 бомбы ФАБ-50 – это максимум, что мог тащить фанерный самолетик.
Но бомба, сброшенная с небольшой высоты и на небольшой скорости, могла попасть очень точно туда, куда было нужно. В окоп, на артиллерийскую позицию, в бензосклад. И тогда ночь становилась жаркой. А учитывая, что По-2 обрабатывали передний край немцев исключительно ночами, то налицо еще и психологический эффект: какой ты боец на утро, если всю ночь небо стрекотало моторчиками и земля тряслась от взрывов бомбочек? Фиговый боец. А если несколько ночей?
JAS 39 Gripen как истребитель прекрасен (если в воздухе нет российских «сушек»): он быстр, хорошо маневрирует, у него прекрасный набор электроники. И даже возможно размещение двух членов экипажа.
Но что именно с тем самым «значительным воздействием»? 4 бомбы весом 227 кг. GBU-12 PAVEWAY II, родом из 70-х годов, планирующая бомба с лазерной коррекцией. Или 8 бомб Mark 82, которая, собственно, является основной для GBU-12. 227 кг веса и 89 кг взрывчатки. Эти восемь бомб, естественно, летят без всякой коррекции, так называемые свободнопадающие.
Итого, 4 управляемые бомбы и 8, которые можно высыпать так. Давайте начнем с Mark 82. По кому можно их применить? Исключительно в условиях полного отсутствия противодействия. «Грифон» — не самолет переднего края, брони у него нет совсем. Значит, можно сбрасывать бомбы с 1-1,5 км, да по формированиям типа «террористы», у которых нет ПЗРК. Если есть ПЗРК — высота сброса, соответственно, увеличивается, а точность уменьшается.
А… Куда? Или на кого? Швеция неоднократно говорила о войне с Россией, и даже бронируются места на кладбищах. Это факт, говорящий о серьезности намерений. Но где и когда? На море? По кораблям? Тут понятно, что ни один уважающий себя корвет с обычными бомбами к себе не подпустит. Скажем, по наступающим войскам? Да, но вот тут мы поговорим об эффективном бомбардировщике.
Как пример возьмем Ту-22М.
Этот самолет берет по варианту загрузки № 1 внутри грузового отсека 33 бомбы ФАБ-250 (возьмем как аналоги 227-кг западных), а на внешней подвеске — 36 бомб. Итого — 69 бомб 250 кг. Это максимальный вариант загрузки, общий вес 18 500 кг.
Кто видел, как Ту-22М высыпает всё богатство из бомбового отсека?
Я видел на «Авиадартсе», десяток буквально. Впечатлило. По высоте 22-й слабоват, всего 13 км. IRIS-T SLM (средней дальности) с дальностью 40 км и максимальной высотой 20 км достанет. Но если ЗРК будут подавлены перед нанесением ударов, то Ту-22М – вполне себе машина локального Армагеддона. 69 бомб против 8 – это более чем.
И вот, собственно, всё о сравнении истребителя с функцией бомбардировщика и бомбардировщика. Да, истребитель с функцией бросания бомб сможет оказать помощь-поддержку на каком-то участке фронта, локально. Нормальный бомбардировщик просто устроит лунный ландшафт на месте батальонного укрепрайона. А пара сотрет с лица земли небольшой городок.
Насколько это вообще надо? Ну, если бы не было надо, наши Су-34 не надрывались бы, таская ФАБ-3000 с УМПК.
Истребитель с опцией бомбардировщика типа «Грифона» никогда не заменит нормальный бомбовоз в плане бомбовой нагрузки. Он будет хорош исключительно для нанесения точечных ударов по принципу «бей-беги» и не более того. Для доставки средств поражения крупных целей совершенно непригоден.
А вот другие страны НАТО, увы, похвастаться хотя бы приближением к шведской модели универсальности не могут. ВВС Германии – «Тайфун» и «Торнадо», причем второй в роли чистого бомбардировщика. ВВС Великобритании – «Тайфун» и F-35. ВВС Италии – F-35 A/B, «Торнадо» и «Тайфун». ВКС Франции – «Миражи» и «Рафали» нескольких модификаций.
Что объединяет все эти самолеты?
За исключением F-35, это очень серьезные заявки на универсальность. Взять тот же «Тайфун».
Стандартная боеукладка состоит, например, из такого набора: 3 УР AIM-120 AMRAAM, 2 УР AIM-9 Sidewinder, 4 лазерных бомбы GBU-12, контейнер лазерного наведения и 3 ПТБ. Реально можно изобразить что-то атакующее при помощи бомб и отбиться в случае чего ракетами «воздух-воздух». Вариант противокорабельный: 4 УР AIM-120 AMRAAM, 2 УР AIM-9 Sidewinder, 6 ПКР Penguin, 1 ПТБ.
Опять же, весьма универсальный набор. «Пингвин» — очень старая ракета, ей более 50 лет, понятно, что она прошла несколько этапов модернизаций, но опасна исключительно для кораблей классом корвет и ниже и подводных лодок. Ну и дальность полета Penguin Mk 3 (AGM-119A) около 40 км, что автоматически делает самолет заметным для корабельных радаров и ПВО. Масса БЧ — 120 кг.
Посмотрим на наши ПКР. Дальность пуска той же Х-61, которая «Яхонт-А», то есть авиационный вариант «Оникса», — 300 км при массе БЧ 200 кг. Стартовая масса с контейнером 3900 кг. У «Пингвина» — 400 кг. Одна ракета для истребителя, вторая — не для истребителя. Как говорится, почувствуйте разницу. Но лучше всего ее почувствует экипаж самолета, который отстрелит ракету на абсолютно безопасном расстоянии и дальше будет наблюдать за тем, как будут на корабле суетиться.
Таким образом, универсальность — это расширение возможностей самолета за счет ослабления уже существующих. И если на скоростных и маневренных характеристиках это особенно не отражается (до момента полной загрузки), то вот в плане вооружения это заметно. Больше загрузка — надо больше топлива, а следовательно, вместо бомб или ракет подвешиваются ПТБ. Ракеты и бомбы становятся меньше и летят ближе. И вообще, в пять тонн нагрузки того же «Грифона» очень сложно уместить всё.
Да и у самого универсального самолета ВМС США (это о нем шла речь в самом начале) тоже далеко не все гладко, если посмотреть с такого ракурса. Более того, F/A-18, хоть он на бумаге F (fighter) и A (attack), истребитель и штурмовик, на деле он как раз именно такой… Не совсем-то и годный на все виды боя. Достаточно посмотреть на результаты его боевого применения.
По сути: все те же 4,5 тонны вооружений (и опять же баки, без которых никак) с теми же ограничениями. Но, в отличие от «Грифона», «Шершень» может куда-то утащить бомбу в 907 кг GBU-31 JDAM и ее применить с определенным успехом в плане точности. И это смотрится намного серьезнее, чем 227-кг бомбочки шведского истребителя, но не идет ни в какое сравнение с ФАБами Су-34.
Применение в качестве истребителя в наше время, конечно, упрощает вопрос в плане того, что можно забыть о маневренном бое (это как раз хороший пример, когда 17 января 1991 года около Багдада один иракский МиГ-25 атаковал десяток F/A-18, спокойно сбил одного и ушел), а просто швырять ракетами с расстояния в 100 и больше километров. Как бы всё и идет к тому (Воздушный бой в середине 21 века), что как таковая воздушная схватка самолетов превратится в соревнование радаров в плане дальности и чувствительности и ракетного оружия в плане точности, дальности и помехозащищенности.
И этот момент вроде бы льет воду на мельницу нашего универсального бойца, но нет. Ослабление одних возможностей ради появления других. Тут стоит вспомнить, что первые F/A-18 вообще не умели работать ракетами по наземным целям. Только бомбами, в лучшем случае с лазерным наведением. А так — долбили обычными фугасками в стиле 40-х годов прошлого века. Здесь лучший пример — F-22 и F-35.
Да-да, как раз самолеты-«вроде невидимки» пятого поколения как раз и есть лучшие демонстраторы этого принципа. Самолет не невидимка, но очень такой малозаметный? Да. Но на дозвуковой скорости, и чтобы ничего не выступало за идеальные линии. То есть подвешенный ПТБ или оружие на внешних подвесках сразу убивают напрочь всю малозаметность. Только то, что внутри: и топливо, и бомбы-ракеты. Да, грузоподъемность 8 тонн, но внутренних точек подвески — четыре… И на этом всё.
F-22 может взять целых 6 ракет класса «воздух-воздух», и это уже на что-то такое похоже, но про бомбы и прочее мы в этом случае даже не разговариваем. Бомбы вообще не про F-22, это практически «чистый» истребитель.
Вот так умирала мечта о так называемом «универсальном самолете». Да, многим так и казалось, что вот-вот, и такой самолет появится. И даже сможет воевать, но увы. На примере шведского «Грифона» можно сказать, что появился универсальный самолет мирного времени страны, которая вообще не собирается воевать.
Пример универсальности F/A-18 хорош, если не смотреть, против кого воевали эти самолеты. Самым сложным противником были МиГ-21, МиГ-25 и Су-22 ВВС Ирака. Как бы для самолета на 25 лет моложе оппонента (а «Шершень» именно настолько моложе, чем два сбитых МиГ-21) такие победы – не то, чем стоит хвалиться. Ну а гражданские войны в Сирии и Йемене тоже нельзя назвать высокотехнологичными конфликтами с применением современных средств ПВО и авиации.
Ну и, наконец, пример ВКС РФ и ВВС НОАК, где об универсальности пока нет определенных размышлений, не то что планов. Наоборот, прослеживается вполне логичная специализация самолетов, стоящих на вооружении. Су-35 – прекрасный истребитель, лучший в поколении (а возможно, и в мире), способный работать по «неудобным» целям типа ЗРК и РЛС. Су-34 обладает прекрасной грузоподъемностью и впечатляющим набором вооружений, способных уничтожить практически любую цель.
Можно ли подвесить на Су-35 бомбы и ракеты и отправить уничтожать мост? Да. Можно. Х-29Т или Х-59МК справятся с такой задачей. Либо можно использовать КАБ-500/1500. Но будет не очень удобно в условиях противодействия противника заниматься коррекцией полета бомб. Намного лучше вооружить Су-35 его пачкой ракет «воздух-воздух» и противорадиолокационных ракет, вспомнить, что у самолета самый мощный и дальнобойный радар в носу, и отправить его расчищать небо от неприятностей. Так, как это делают сегодня на СВО, и даже сами противники признают, что главный враг у их РЛС – это как раз Су-35.
А по целям вполне уверенно отработают своим арсеналом Су-34, причем штурман-оператор сделает это намного эффективнее, чем пилот Су-35. Тот случай, когда каждый занят своим делом. И пока летчик Су-35 контролирует пространство своим радаром и ловит датчиками излучения вражеских РЛС, штурман-оператор Су-34 спокойно наводит ФАБ-3000 с УМПК. Так, кстати, и работают сегодня.
Как бы в таких условиях смотрелись универсальные самолеты? Сами представляете, что не так далеко смотрят, не так хорошо видят, не так сильно бьют. 227 кг против 3 000 – сами понимаете…
Универсальные самолеты нужны сегодня (и, возможно, завтра) тем, кто вообще не собирается воевать, либо, если воевать, то со странами четвертого мира, где понятия не имеют о ПВО и ВВС. Там такие самолеты будут весьма востребованы.
Но если мы говорим о современном военном конфликте на соответствующем технологическом уровне, здесь по-прежнему нужны специализированные под ведение определенных боевых действий самолеты. Развитие и боевое применение российских ВКС, а также то, что делают соседи из КНР, самым явным образом свидетельствует о том, что если надо готовиться к боевым действиям, то все вопросы универсализации ВВС стоит отложить на послевоенное время.