Весёлая царица. Часть 1
Императрица Елизавета Петровна прошла тяжёлую школу жизни. Но природного жизнелюбия не утратила. Это о ней Алексей Константинович Толстой написал знаменитые строки: «Веселая царица Была Елизавет...» И действительно, ни в какое другое царствование в России так не любили веселиться: устраивать потехи и маскарады, балы и представления. Но царствование Елизаветы Петровны (1741—1761) — это еще и 20 лет истории России, вобравшие в себя открытие Московского университета и основание Академии Художеств, победы русского оружия в Семилетней войне и публичные наказания кнутом светских красавиц, — истории Просвещения и рабства.
Царствование её прошло не без славы и, что еще важнее – не без пользы.
На исходе 1709 года Пётр I готовился торжественно отпраздновать в Москве Полтавскую викторию. 12 декабря он прибыл в Коломенское и на несколько дней погрузился в приготовления к празднеству.
1.ЗУБОВ Алексей Фёдорович. «Торжественное вступление русских войск в Москву после Полтавской победы 21 декабря 1709 г». 1711 г.
18 декабря грандиозное шествие готово было начаться, но тут Петра известили, что Екатерина родила дочь.
Отложив торжество государственное, царь отправился на торжество семейное. Новорождённую нарекли Елизаветой. Имя это ранее в роду Романовых не использовалось, однако почему-то было любимым у Петра I. Лизеттой он назвал один из первых русских кораблей, сделанных по его проекту, своего любимого терьера и любимицу-лошадь — кобылу персидской породы, на которой он восседал в гуще сражения в день Полтавы.
Елизавета Петровна, как и её старшая сестра Анна, была внебрачным ребёнком. Пётр и Екатерина обвенчались лишь в 1711 г., после чего дочери Екатерины получили титул царевен, а спустя 10 лет, после принятия Петром титула императора — цесаревен.
2.Родители
Отец очень любил своих дочерей, а Елизавету называл «Лизеткой» и «четвёртой лапушкой» (по очерёдности появления на свет), но личного времени, по понятным причинам, уделял им крайне мало.
Росло любимое дитя вдали от царского двора, в подмосковных сёлах Измайлово, Преображенское, Покровское, или в Александровской слободе.
Воспитанием будущей императрицы занимались его сестра, царевна Наталья Алексеевна, и семья Меншикова. Это были набожные женщины, и заложенная в детстве религиозность станет неотъемлемой частью личности Елизаветы, не мешавшей ей, однако, жить жадно и страстно, пока позволяли силы...
Отец окружил её и старшую сестру Анну блеском и роскошью как будущих невест иностранных принцев, но не очень занимался их воспитанием. Елизавета росла неусидчивым и подвижным ребёнком, под присмотром «мамушек» и кормилиц из крестьянок, отчего хорошо узнала и полюбила русские нравы и обычаи. Для обучения иностранным языкам к цесаревнам были приставлены учителя немецкого, французского, итальянского языков. Грации и изяществу их обучал французский танцмейстер. Остальным наукам её обучили кое-как. По словам историка и публициста второй половины XVIII в. князя Щербатова, даже в зрелом возрасте она «не знала, что Великобритания есть остров». Юная цесаревна никогда не читала, проводя время на охоте, верховой и лодочной езде, в заботах о своей красоте.
Русская и европейская культуры сформировали характер и привычки будущей императрицы. Историк В. Ключевский писал: «От вечерни она шла на бал, а с бала поспевала к заутрене, до страсти любила французские спектакли и до тонкости знала все гастрономические секреты русской кухни».
Будучи только восьми лет от роду, Елизавета уже обращала на себя внимание своею красотой.
3. Портрет Елизаветы Петровны ребёнком. Художник И. Н. Никитин
В 1717 году обе дочери, Анна и Елизавета, встречали Петра, возвращающегося из-за границы, одетыми в испанские наряды. Французский посол заметил, что младшая дочь государя казалась в этом наряде необыкновенно прекрасной. В следующем 1718 году введены были ассамблеи, и обе царевны явились туда в платьях разных цветов, вышитых золотом и серебром, в головных уборах, блиставших бриллиантами. Все восхищались искусством Елизаветы в танцах. Кроме лёгкости в движениях, она отличалась находчивостью и изобретательностью, беспрестанно выдумывая новые фигуры. Французский посланник Леви в 1719 году замечал, что Елизавета могла бы назваться совершенной красавицей, если бы не её курносый нос и рыжеватые волосы.
4.Каравак. Портрет в детстве
Елизавета, действительно, имела курносый нос, и нос этот (под страхом наказания) писался художниками только анфас, с лучшей его стороны. А в профиль портретов Елизаветы почти не существует, кроме случайного медальона на кости работы Растрелли и портрета Бухгольца.
Двумя годами позднее камер-юнкер голштинского герцога Берхгольц: «Великая княжна белокура и очень нежна: лицо у неё, как и у старшей сестры, чрезвычайно доброе и приятное; руки прекрасны».
Кстати, она была довольно рослой девушкой, особенно для своего времени — судя по её платьям, в зрелые годы её рост составлял 179 см.
Пока Елизавета росла, Пётр и Екатерина успели перебрать ей с десяток женихов. Пётр во время своей заграничной поездки 1717 года лично сватал её в Париже за французского короля, в то время 5-летнего Луи XV, но безуспешно.
Среди кандидатов в женихи младшей дочери Петра в разные годы числились также немецкие, испанские, португальские принцы и герцоги и даже персидский шах Надир. Но всякий раз что-то мешало, и Елизавета так и осталась без высокородного мужа. Впрочем, оно и к лучшему, так как впоследствии она смогла выбрать себе спутника жизни по любви, хотя и должна была жить с ним не в законном браке.
В год смерти отца Елизавете исполнилось 16 лет. Ещё через полтора года, после смерти Екатерины I, она осталась круглой сиротой.
Вице-канцлер Андрей Остерман хотел выдать Елизавету за нового юного императора – Петра II, чтобы таким образом воссоединить две ветви рода Романовых. Елизавета была старше племянника на 7 лет. Несмотря на это Пётр II не на шутку увлёкся своей весёлой тётушкой. Они вместе охотились, совершали верховые прогулки.
5.«Выезд императора Петра II и цесаревны Елизаветы Петровны на охоту», картина В.Серова.
Но намечавшийся брачный союз перессорил придворные группировки (Долгоруковых и Меньшикова), которые надеялись оказывать влияние на юного императора, связав его брачными узами со своими ставленницами. Ранняя смерть Петра II поставила точку в этой необычной матримониальной истории.
После восшествия на престол Анны Иоанновны Елизавета Петровна поселилась в Москве, в слободе Покровской, а потом жила некоторое время то в Переславле-Залесском, то в Александровской слободе, что ныне город Александров. Она жила до крайности просто и скромно, сошлась с простыми слобожанами, в летние вечера водила с девушками обыкновенные русские хороводы, сама певала в этих хороводах русские песни, и мало того – даже сочиняла хороводные песни в народном стиле.
Елизавете Петровне приписывают известную песню:
Во селе, селе Покровском,
Серед улицы большой,
Расплясались, разыгрались,
Красны девки меж собой.
Словом, вела себя как истинная дочь «царя-плотника».
Утешение в эти годы она находила в объятиях красавца лейб-гвардейца сержанта Алексея Яковлевича Шубина.
6.Шубин
Цесаревна привязалась к нему со всем пылом страсти. Она взяла его к себе, в свою маленькую свиту и сделала его ездовым. Она действительно любила его и думала соединить свой судьбу с его судьбой – она решилась на брак со своим возлюбленным.
Сохранились стихи, которые писала влюблённая цесаревна, обращаясь, как водится, к предмету её привязанности:
Я не в своей мочи огнь утушить,
Сердцем болею, да чем пособить?
Что всегда разлучно и без тебя скучно —
Легче б тя не знати, нежель так страдати
Всегда по тебе.
Шубин был любим гвардейцами, и это ещё более усиливало популярность цесаревны в войске. Через Шубина Елизавета Петровна сблизилась с гвардией. Как некогда стрельцы за царевну Софью Алексеевну, гвардейцы готовы были головы сложить за свою обожаемую красавицу-цесаревну.
По русскому обычаю, всякий солдат именинник стал свободно приходить к своей цесаревне, к своей «матушке», и приносил ей, попросту, именинного пирога, а ласковая цесаревна подносила ему чарку анисовки и сама выпивала за здоровье именинника. Матушка-цесаревна села в сердце каждого солдата. А Шубин, со своей стороны, нашёптывал, что дочь-де Петра Великого, да сидит в сиротстве, и солдатики уже проговаривались, что Петровой-де дочери «не сиротой плакаться», а сидеть бы ей на отцовском престоле.
Такое состояние умов в гвардии не могло не сделаться известным двору, и Шубин был схвачен. Вместо брачного венца на смелого гвардейца надели оковы и посадили в «каменный мешок» – особый род тесного одиночного заключения, в котором нельзя ни лечь, ни сесть.
Шубина, мечтавшего быть женихом цесаревны, ждала Камчатка. Мало того – его ждала и невеста: в поругание над дерзким мечтателем, его насильно женили на камчадалке.
В 1741 году, став императрицей, Елизавета приказала отыскать Шубина; «за невинное претерпение» он был произведён прямо в генерал-майоры и в майоры лейб-гвардии Семёновского полка и пожалован богатыми вотчинами во Владимирской губернии.
Между тем Анна Ивановна перевела её поближе к себе, в Петербург, под строгий присмотр.
7.Исаакиевский наплавной мост — первый мост в Петербурге, 1732 г.
Ей отвели небольшой дворец — Смольный дом, стоявший недалеко от Смольного двора, на котором производилась и хранилась смола для нужд Адмиралтейства. Цесаревна жила почти что в заточении, и не довольствуясь 40 тысячами рублями, которые отпускались казной на нужды её двора, занимала везде, где только могла достать. Место Шубина в её сердце заняли несколько молодых камер-пажей, а затем — уже более основательно — певчий из церковного хора Алексей Розум, о котором скажем подробнее в своё время.
8.Цесаревна Елизавета Петровна в юности. Неоконченный портрет. 1720-е годы.
Большинство мемуаров и документальных свидетельств сходились на том, что в эти годы Елизавета Петровна была необыкновенно привлекательна. Испанский посланник герцог де Лириа в 1728 году писал о 18-летней цесаревне: «Принцесса Елизавета такая красавица, каких я редко видел. У неё удивительный цвет лица, прекрасные глаза, превосходная шея и несравненный стан. Она высокого роста, чрезвычайно жива, хорошо танцует и ездит верхом без малейшего страха. Она не лишена ума, грациозна и очень кокетлива».
Замечателен отзыв о ней китайского посланника, бывшего в Москве в 1733-м году. Когда императрица Анна Иоанновна спросила его, во время бала, которую из присутствующих дам он считает самой красивой, то он отвечал: «в звёздную ночь трудно сказать, которая самая блестящая из звёзд». Но, видя, что императрица ожидает от него более определённого ответа, он, поклонившись Елизавете Петровне, добавил: «среди такого множества красивых дам, я считаю её самой красивой, и если бы у неё не были такие большие глаза, то никто не остался бы в живых, увидев её». На китайский вкус глаза Елизаветы казались велики. Но именно глаза-то у неё и были великолепны.
В письме к своей приятельнице жена британского консула при русском дворе леди Рондо даёт такую характеристику внутренних качеств цесаревны. «Своим приветливым и кротким обращением она нечувствительно внушает к себе любовь и уважение. В обществе она выказывает непритворную весёлость и некоторый род насмешливости, которая, по-видимому, занимает весь ум её; но в частной жизни она говорит так умно и рассуждает так основательно, что все прочее в её поведении есть, без сомнения, не что иное, как притворство. Она, однако, кажется искренней. Я говорю «кажется», потому что никто не может читать в её сердце. Одним словом, она – милое создание, и хотя я нахожу, что в настоящее время престол занят достойной особой, но нельзя не желать, чтобы впоследствии он перешёл к ней».
В течение всего 10-летнего царствования Анны Иоанновны Елизавета жила вдали от всех придворных и политических дел.
Продолжение следует
Моя видеолекция о Елизавете Петровне
***
Я зарабатываю на жизнь литературным трудом.
Буду благодарен, если вы поддержите меня посильной суммой
Сбербанк 4274 3200 2087 4403
У этой книги нет недовольных читателей. С удовольствием подпишу Вам экземпляр!
Последняя война Российской империи (описание и заказ)