Гавриил Бонулеско-Бодони, митрополит Кишиневский

Гавриил (в мире Григорий Григорьевич) Ба( о )нулеско( у) — Бодони, митрополит Кишиневский, родился в 1746 г. в Трансильванском городе Быстрице в семье бедных молдавских дворян. Бодони, окончив Седмиградскую нормальную школу, обучался два года в Киевской Духовной Академии, два раза ездил в Грецию для изучения греческого языка, был учителем в Княжеском училище в Яссах. Постриженный в монашество в Константинополе в 1779 г. с именем Гавриила, он был посвящен в иеромонахи п назначен проповедником Ясской митрополии. В 1782 г. Гавриил, по приглашению архиепископа Славянского Никифора Феотоки, бывшего вместе с ним учителем в Яссах, приехал в резиденцию архиепископа — Полтаву и был назначен префектом местной семинарии. По возвращении в 1784 г. в Яссы, он был возведен в сан архимандрита и в 1786 г. «по словесному завещанию» своего покровителя митрополита Гавриила Каллимаха был избран во епископа Романского, но посвящения не получил, потому что «не мог и не хотел» заплатить властям положейную сумму денег. В 1787 г. во время войны России с Турцией Гавриил вместе с господарем А. Маврокордато эмигрировал в Россию и в 1788 г. был назначен ректором Екатеринославской семинарии. Вызванный в Яссы в качестве помощника к местоблюстителю Молдо-Влахийской акэархии архиепископу Екатеринославскому Амвросию, Гавриил 26 декабря 1791 г. в Яссах в монастыре Иоссии был посвящен Амвросием во епископа Бендерского и Белградского (Аккерманского). И февраля 1792 г. состоялось Высочайшее повеление о бытии ему митрополитом Молдово-Влахийским. Между тем по Ясскому договору (29 декабря 1791 г.) русские войска покинули Дунайские княжества. «То же самое по естественному порядку вещей, говорит протоирей Жмакин, должен был сделать и митрополит Гавриил, но к удивлению он не захотел сделать этого добровольно». Он заявлял, что не может оставить кафедру «без Императорского указа и синодального определения», хотя ни императрица, ни Синод не могли иметь власти в областях, принадлежащих султану и подчиненных духовной власти патриарха. Господарь Мурузи 19 июня арестовал Гавриила и отправил в Константинополь. Гавриил 4 месяца пробыл под стражей при патриархии; его сначала лишили кафедры и даже прокляли, потом из страха перед Россией стали предлагать кафедру в Турции под условием принять турецкое подданство. Протоиерей Жмакин видит в образе действий Гавриила «простой и ясный расчет опытного в политике и дальновидного человека», убежденного, что его «побоятся тронуть» разбитые турки и что даже в случае гонения со стороны турок он «может рассчитывать на поддержку Русского правительства и получить верный выигрыш». Освобожденный по настоянию русской дипломатии, Гавриил 10 мая 1793 г. был назначен митрополитом Екатеринославским и Херсониса Таврического. Он перестроил семинарию и «преимущественное внимание обращал на образования умов и сердец, учившихся в его семинарии», строил церкви, освятил место для города Одессы и заложил там первые церкви. 29 сентября 1799 г. Гавриил был назначен митрополитом Киевским; 7 апреля 1801 г. был пожалован членом Св. Синода и награжден орденом Св. Андрея. В короткое время управления Киевской митрополией Гавриил упорядочил духовную администрацию, сделал обязательным для духовенства обучение сыновей в духовных школах, во исполнение воли Св. Синода учредил «Русскую школу» для неуспевающих учеников духовных училищ, старался искоренить обычай передачи священно-церковнослужительских мест по наследству, боролся с «пьянственной страстью» в духовенстве и с бродяжиичеством причетников. Особенное внимание он обратил на местные, большею частью латино-униатские, особенности в богослужении и всеми силами старался ввести «купночиние» с Великороссийскою Церковью: он запретил обливательное крещение и заменил богослужебные книги, напечатанные в униатской Почаевской типографии, синодальными изданиями. Много пришлось ему бороться с польскими панами помещиками для защиты интересов Церкви и православного крепостного населения. 21 августа 1804 г. Гавриил «по причине болезней» был уволен при милостивом рескрипте на покой для лечения в «благорастворенном климате» Одессы. Пять лет он прожил сначала в Одессе, а потом в Дубоссарах на самой границе с Турцией. Увольнение Гавриила объясняли «происками сильного желателя» Киевской митрополии, хотя и получившего «достойное затей своих посрамление», но все-таки заставившего Гавриила удалиться. «Гавриил, говорит Ф. А. Терновский, был человек настолько не честолюбивый, что поспешил уволиться». По мнению В. Чеховского, специально исследовавшего Киевский период жизни Гавриила, «наивно предполагать, чтоб Гавриил, не поддававшийся никаким угрозам и убеждениям и упорно отстаивавший свою митрополичью кафедру в Яссах, теперь без борьбы, по одной уступчивости добровольно отрекся от Киевской митрополии в пользу какого- либо желателя тем более, что высшие сферы, несомненно, были благосклонны к нему». Чеховский объясняет удаление Гавриила из Киева его «желанием и надеждой снова стать, во что бы то ни стало, Молдавским митрополитом»; момент был удобен для этого, потому что как раз в это время умер соперник Гавриила Молдавский митрополит Иаков, и Россия начала приготовляться к новой войне с турками. Одесса и еще более Дубоссары были «удобными пунктами для сношений с Яссами», поэтому Гавриил и избирал их последовательно своей резиденцией. Оттуда он, по выражению румынских историков, «устремил взоры на румынскую сторону» и «раскинул сеть интриг» против новоизбранного Молдавского митрополита Вениамина. Когда открылась война между Россией и Турцией, и Дунайские княжества снова были заняты русскими войсками, русское правительство опять почувствовало надобность в Гаврииле, как незаменимом организаторе духовного управления в Молдавии и Валахии. 27 марта 1808 г. он был назначен «паки членом Св. Синода и экзархом в Молдавии, Валахии и Бессарабии». Гавриил деятельно занимался преобразованием духовного устройства княжеств, при чем «образ преобразования был взят от Российского духовенства»: учредил консисторию, назначил благочинных (евтаксиев), завел метрики. Экзарх успешно защищал духовенство от притеснений бояр, постоев и контрибуций и выдержал упорную борьбу с «ухищрениями ливанскими», боярами-фанариотами, местными митрополитами, не желавшими «состоять под руководством и наставлением экзарха», и с зазнавшимся духовенством «преклоненных» к греческим кафедрам монастырей. При этом ему удалось уплатить «большую часть долгов, какими была обременена митрополия». После Бухарестского мира Гавриил остался епархиальным начальником отошедшей к России Бессарабии и поселился в Кишиневе. 21 августа 1813 г. он получил титул митрополита Кишиневского и Хотинского, и к его епархии была присоединена западная часть Херсонской губернии (уезды Одесский, Ананьевский и Тираспольский). Первым делом Гавриил открыл семинарию, начавшую действовать уже в январе 1813 г. Гавриил, хотя и «с духом отеческой кротости», но упорно и успешно боролся с пороками невежественного и распущенного духовенства и прежде всего с «ужаснейшим грехом — мерзостью пьянства». В монастырях он заводил общежитие. Он устроил типографию и напечатал исправленный «Служебник» на молдавском языке; открыл в Кишиневе отделение Библейского Общества, издавшее в 1817 г. «Новый Завет» на молдавском языке. Митрополит Гавриил скончался в Кишиневе от «жестокой простудной горячки» 30 марта 1821 г. и был погребен в Успенском Киприановском монастыре. «Не все ли окружающее нас здесь», говорил при погребении Гавриила его викарий Димитрий Сулима, «есть дело его мудрости и его попечительности» ? «Бессарабия», ответил на этот вопрос современный биограф Гавриила, «своим духовным бытием всецело обязана Гавриилу». Гавриил был драгоценным сотрудником для русского правительства в то трудное время, когда Россия укрепляла за собой побережье Черного моря. Румын по происхождению, прекрасно знавший греческий быт и греческий язык и в то же время «совершенно русский по духу», Гавриил был, как бы создан для управления разноплеменной паствой Новороссии и Бессарабии. Все русское было для него образцом, по которому он старался переделать управление, обряд и быт в своих полурумынских, полугреческих областях. Его верность «главе Греко-кафолической Православной Церкви и высокому покровителю» восточных христиан, избавившему их от «агорянского ига» (турецкого), была непоколебима. Высшим его самолюбием было «соблюсти честь Российского архиерея». Схваченный арнаутами господаря, Гавриил говорил: «берите, но знайте, что я российский подданный» с такою же гордой самоуверенностью, с какой римлянин противопоставлял насильникам свое «civis Romanus sum». Биограф Гавриила архиепископ Новгородский Арсений (Стадницкий) представляет Гавриила идеалом епископа и человека. Протоиерей Жмакин указывает на некоторые темные стороны его деятельности, в роде, например, некорректного его отношения к своему викарию и бывшему сопернику епископу Иову Потемкину, на которого он без предварительных с ним объяснений подал Синоду «доношение» на основании материалов, доставленных нарочито посланным в Крым духовным шпионом. Но вообще Гавриил был хорошим архиереем. В Киеве его провожали с величайшим сожалением и народ и духовенство, оценившие его «добрейшее сердце». Жалобы Екатеринославского архиепископа Афанасия Иванова на «обиды и пакости» ему со стороны Гавриила не имеют значения, так как среди архиереев всегда могли найтись недоброжелатели Гавриилу в лице «желателей» его кафедры. Гавриил был чужд мелочного самолюбия и честолюбия, имел в виду общую, а не личную пользу. «По мнению некоторых», писал он о своем назначении в Кишинев, «епархия для меня не классна (т.-е. ниже классом Киевской, которой он ранее управлял), но я привык считать для себя приличным служить везде, где только польза Церкви и отечества требует».