Актер Александр Носик: После спектаклей папа устраивал разбор полетов
Александр Носик отметил 51-й день рождения. Он рассказал «Вечерней Москве» об ответственности, которую на него накладывает принадлежность к известной актерской династии.
Наша беседа с Александром Носиком началась с вопроса о том, меняется ли с годами его отношение к такому личному празднику, как день рождения.
— Александр, помните слова из песни Игоря Николаева «День рождения — грустный праздник»... А для вас этот праздник какой?
— Скорее философский, некое подведение итогов сделанного за год. Отчетное собрание. И возможность задуматься над тем, что ждет впереди.
Став взрослым, понимаешь, что день этот по-настоящему становится праздником, если рядом с тобой находятся люди, которых ты любишь.
— Поделитесь приятными воспоминаниями, связанными с этим днем уже во взрослой жизни.
— С удовольствием! Их довольно много. Порой приходилось встречать день рождения на сцене или на съемочной площадке. Был счастлив видеть лица зрителей. Это лучший подарок.
И помню, как на гастролях в Кирове после спектакля все вместе завалились в маленький номер гостиницы — говорили, пели, шумели, рассказывали анекдоты до самого утра. Когда ночью выпал снег, выбежали дружно на улицу — поиграть в снежки.
— А помните, каким вы росли мальчиком?
— Да. Вечно искал приключения. Когда хотел казаться хорошим, мне это удавалось. Рос я пацаном довольно хитрым, любознательным, энергичным, болтуном и шутником. Были и такие моменты, за которые стыдно.
— Вы познакомились со сценой в девятилетнем возрасте. Какие были ощущения, особенно когда играли в спектаклях вместе с отцом — Валерием Носиком?
— Поначалу я испытывал безумный страх, восторг, удивление и любопытство. Сильно нервничал, несмотря на то, что обе роли были небольшие. Понимал, что я не актер, а просто мальчик, но требования ко мне предъявляли очень высокие. Отец с точки зрения профессии всегда был очень требовательным. После спектакля делал замечания, что-то объяснял, иногда хвалил. Прекрасно его понимаю. Ведь с ним на сцену выходил сын, за которого он нес двойную ответственность. Кто-то считает, что моя карьера стартовала в девять лет, но это неправда. Она началась тогда, когда я получил профессиональное образование и навыки. Безумно волнуюсь и сейчас, даже если играю старый спектакль. Считаю, что это нормально. Если актер выходит на сцену с холодным носом, значит, делать ему там нечего. Так же как и боксеру на ринге, если он уже ничего не боится.
— У вас с самого детства возникло желание стать актером?
— Нет. Сначала эта профессия казалась мне притягательной и интересной, но классе в десятом я стал понимать, что она, скажем так, не мужская, нестабильная...
— Именно поэтому решили заняться экономикой?
— Да. Поступал в Плехановский институт, но при сдаче экзаменов недобрал один балл. Жаль. Ведь экономика структурирует сознание и мышление, чего мне иногда не хватает, тогда как эмоций — выше крыши.
Все мои попытки заниматься мелким бизнесом в кавычках пока были неудачны. Но допускаю, что все же я мог стать крутым бизнесменом и в то же время хорошим актером.
— Вы росли в семье известных актеров. Слава родителей на вас когда-нибудь давила?
— Нет. Ни папа, ни мама (актриса Мария Стерникова, «ВМ» ) — никогда не создавали благодатную для этого атмосферу. Они любили свою работу и хорошо выполняли ее. В остальном были обычными людьми со своими минусами и плюсами.
А ровесники порой проявляли если не некую агрессию, то, скорее, желание проверить на слабо, что ли… Как говорят сейчас — троллили. Но, убедившись в том, что я – нормальный парень, принимали. В армии же пришлось пару раз отстаивать себя и свою семью.
— Что вы унаследовали от отца и матери?
— Трудолюбие и перфекционизм. Вообще я обычный человек с набором как положительных, так и отрицательных качеств — неравнодушный, взрывной, эмоциональный, упрямый, иногда властный, порой — наоборот.
— И все-таки гены дали о себе знать?
— Вероятно. Иначе я не находился бы в данной профессии столько времени и не получал бы от игры удовольствие и радость. В любом случае, это ремесло. Здесь нельзя прийти и с кондачка что-то сделать. Не получится.
— Вы как-то сказали, что вопросы, которые пацаны, как правило, адресуют папам, своему отцу вы задать не успели. А что хотели бы спросить тогда и сейчас?
— Наверное, как и любой другой молодой парень, я бы поинтересовался у папы, как жить в этом мире, что такое любовь и предательство, как найти общий язык с девушками, когда нужно драться, а когда нет, во что верить, кто хороший, кто плохой... Такие вопросы, ответы на которые молодому человеку знать необходимо. Маму ведь не обо всем можно спросить...
И еще я задал бы отцу вопросы о нем самом: от чего в той или иной ситуации он принял определенные решения, почему его жизнь сложилась именно так, что считает своей победой, а что — поражением, исполнил ли свой долг, приблизился ли к мечте, счастлив ли он?
— Часто ли вас с отцом сравнивают?
— Постоянно. И это естественно. В первые годы после института, когда спрашивали не однофамилец ли я Валерия Носика, отвечал утвердительно. Не хотел афишировать наше родство. А когда работа пошла и начались первые успехи, не стал скрывать, чей я сын. И с радостью делаю это до сих пор. Очень благодарен зрителям, которые помнят роли моей мамы и папы. Это безумно приятно. Конечно, я никогда не собирался соревноваться с отцом. Дело это бессмысленное. Он — великий актер, удивительный, потрясающий. Его персонажи были и трогательными, и пронзительными, и юморными, и экспрессивными, и ранимыми, и обаятельными.
С детства я обожал роль знаменитого старшины Дорожкина, которую папа сыграл в киноэпопее «Освобождение». Я всегда с большим интересом смотрю все фильмы с его участием. Пытаюсь понять, как он воплощал тот или иной характер, задаю себе вопросы, сравниваю с тем, что делаю я. Это отличный рабочий материал. В любом случае отец имел свой творческий мир, а я — свой.
Мне всегда крайне важно было доказать, что я не просто сын известных родителей, а профессионал своего дела. Кому-то нравлюсь, кому-то нет, но своему зрителю я отдаю всего себя и творчество, а он за это щедро благодарит своими эмоциями. Думаю, если бы отец был бы жив, он, оценивая мою работу, сказал бы, что я — молодец, хороший актер.
— В кино вам чаще всего достаются роли спецназовцев, офицеров, работников спецслужб... Как считаете, почему доверяют именно таких персонажей?
— Здесь, наверное, сыграла роль моя внешность и первые роли. У нас же система восприятия такая — в каком амплуа увидели человека изначально, так и продолжают его использовать. Хотя в кино у меня есть одна комедийная роль, где я Шурик в амплуа Шурика. Не знаю, насколько удалось воплотить его образ в фильме, в театре же у меня много острохарактерных и комедийных ролей. И это получается. Добираю то, чего нет в кино. Но я с большим удовольствием снялся бы еще в какой-нибудь комедии. Хотя рассмешить зрителя — дело непростое.
С радостью сыграл бы и в картине, посвященной Великой Отечественной войне. Так что, пусть список хороших ролей расширяется, будет разнообразным и богатым. Это же касается и театральной сцены.
— А отказываться от ролей приходилось?
— Да, например, не стал «брать» полицейского с собакой сразу после «Мухтара», в котором я сыграл одну из главных ролей. Не соглашался и тогда, когда не понимал, что играть — настолько плохо была прописана роль. Порой и материал и режиссура бывают очень слабыми, а в итоге потом станут говорить про актера, что это он не смог справиться с поставленной задачей.
Появление в кадре ради появления — это неправильно. И, выбирая роли, соглашаясь ни на все, будь готов, что это может помочь в карьере, а, может, и сильно повредить. Логики здесь нет.
— Считается, что широкий успех к вам пришел после исполнения роли спецназовца в популярном боевике «Спецназ» и оперативника в сериале «Возвращение Мухтара». Согласитесь?
— Да. Это такой накопительный эффект. Но у меня были и другие, как мне кажется, более интересные и глубокие работы в таких картинах, как «Любовь императора», «Месть», «Торгсин», «Горячая точка»... Сейчас же я жду начала репетиций двух спектаклей. Подробности рассказывать пока не могу. Как говорится, если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.
— Знаю, что вы очень любите спорт. Каковы успехи на хоккейной площадке?
— Обязательно продолжу играть, как только восстановлюсь после травмы. Cловно какой-то рок — только вкатываюсь — и травма. Надо разрушить эту традицию. Очень скучаю по льду. Надеюсь, в ближайшее время начну раскатываться, увижу ребят.
Вообще, я человек безумно азартный и подвижный. Я занимался — и яхтингом, и боксом, и другими единоборствами, и стрельбой, и конным спортом, и горными лыжами... Из-за нехватки времени, увы, не всегда могу себе это счастье позволить. На выручку приходит ОФП — занимаюсь каждый день, где бы я не находился и вне зависимости выспался или нет. Это дает силы и энергию, и хорошее настроение. Спорт помогает жить, дает положительные эмоции. Для меня это как топка, в которой рождается моя энергия.
Сейчас, помимо хоккея, получаю огромное удовольствие и от того, когда нахожусь в горах, под парусом или в стрелковом клубе. Довольно быстро нахожу общий язык с различными активностями.
Свободного времени крайне мало, но когда оно появляется, люблю еще смотреть кино, читать книги, встречаться с друзьями, путешествовать... Все как у обычных людей.
— В плане творчества где желаете себя еще проявить?
— По-моему, я освоил уже все смежные специальности, какие только есть. Я — ведущий и организатор мероприятий, езжу с творческими встречами, пою и провожу мастер-классы, но не хватает режиссерского образования. Не знаю, хватит ли смелости и времени, но двигаться надо именно в этом направлении.
ДОСЬЕ
Родился 6 ноября 1971 года в Москве в семье актеров — Валерия Носика и Марии Стерниковой. В 1996 году окончил Высшее театральное училище имени Б. В. Щукина в Москве, на четвертом курсе был принят в труппу Московского театрального центра «Вишневый сад». Позже работал в театре «Миллениум», творческом объединении «Дуэт». Сотрудничает с Московским театром комедии, много играет в антрепризе.
В фильмографии актера около 60 ролей, в том числе в таких проектах, как «Любовь императора», «Месть», «Торгсин», «Горячая точка», «Спецназ», «Возвращение Мухтара» и других.