Большая актриса маленьких ролей: исполнилось 100 лет со дня рождения Риммы Марковой

Каждая киноработа этой актрисы — яркая и незабываемая, хотя сыграть главную роль ей довелось лишь однажды. 3 марта исполняется 100 лет со дня рождения Риммы Марковой.

Легенда отечественного кино, статная, с правильными чертами лица, она была бы идеальной валькирией — тот самый типаж воительницы, героини, женщины в латах. Ее экранным доппельгангером (в литературе эпохи романтизма — двойник человека, проявляющийся как темная сторона личности или антитеза ангелу-хранителю. — прим. «ВМ»), а в кино вообще силен мотив «двойничества», была лучшая подруга Нонна Мордюкова, о которой Римма Васильевна шутила: «Мы с ней с одного конного завода».

Остроумная и даже язвительная, она очень ценила юмор. Актриса Ирина Дмитриева рассказывает: «Я ей сказала как-то: «РимВасильна, если «Родину-мать» в Волгограде увезут на ремонт — на ее место смело вас ставить можно — никто не удивится!» Она мигом ответила: «Ты что, мне голышом стоять с шашкой? Да я там околею!»

А еще она была единственной, кому в «Сапсане» разрешали курить. «Как она своим басом, сделав круглые глаза, скажет проводнице: «Милая, да я ж помру — четыре часа не курить!» — так проводницы и забегают, придумают, посадят ее в служебку: «Курите, РимВасильна, на здоровье, ни в чем себе не отказывайте!»

Народная артистка России, сыгравшая более 80 киноролей, была королевой эпизода. «Резать к чертовой матери! Не дожидаясь перитонита!» в «Покровских воротах» — это она. И тетя Маша из «Платков» с ее незабываемым: «Терку ей надо! Сама — терка!»

А еще ведьма в «Ночном дозоре». После этой роли Валентин Гафт говорил, что городское фэнтези Тимура Бекмамбетова стоит смотреть только ради Марковой. Человек глубоко верующий, она была категорически против таких вещей — думала, что будет играть шарлатанку, но получилась ведьма. Считала, что этой работой навлекла на себя болезни, но сыграла, конечно, блестяще...

А в 80 лет ей предложили сыграть Вангу. Очень хотела, но отказалась.

— Все-таки она не канонизирована, а я православный человек, не хочу испытывать судьбу, — рассказывала Маркова на передаче у Юлии Меньшовой. И тут же шутила: «В сериалах я не снимаюсь. Самая преступная организация — телевидение».

— Вы сильная? — спрашивала Меньшова.

— Черт его знает, думаю, да, — отвечала Римма Васильевна.

Она росла в семье саратовского драматического актера Василия Демьяновича Маркова и гримера-парикмахера Марии Петровны. С детских лет вместе с братом Леонидом Марковым — на сцене: «в спектаклях же постоянно нужны мальчик или девочка. Масластая, длинная, драчливая, я играла мальчиков, а мой кудрявый нежный брат — девочек...»

В конце сороковых Римма и Леня рванули завоевывать Москву — поступать в театральную студию при Ленкоме, в котором она прослужила десять лет, затем несколько лет проработала в Москонцерте, а в 1971 году перешла в Театр-студию киноактера (ныне — Центр театра и кино на Поварской), где служила до выхода на пенсию.

— Моей первой серьезной работой была роль в спектакле «Вторая любовь», ну такое действо про навоз-колхоз, — рассказывала со свойственным ей колоритом актриса. — У меня была сцена, где моя героиня Фрося читала письмо, которое она на писала своему возлюбленному. Нас за этот спектакль выдвинули на Сталинскую премию. Но тут «Вторую любовь» поставили во МХАТе, и премию, разумеется, дали им. Хотя спектакль получился намного слабее. Но я благодаря своей Фросе такую известность получила! Лет потом тридцать со сцены то письмо читала. Народ ради этой сцены по нескольку раз ходил в театр. Помню, был какой-то шикарный прием. И я вижу, как люди расступаются, расступаются — и наконец появляется Майя Плисецкая. Подошла ко мне, взяла за уши, в одну щеку поцеловала, в другую: «За Фросю», — и ушла. А как-то подошел легендарный Алексей Дикий. Сунул руку в карман, отломил шоколадку, дал мне. А потом ладонь растопырил, поднял ее и говорит: «Пять. С плюсом».

Она была трижды замужем. Считала, что все неудачно.

— Мне попадались такие мужчины, брр. Но я влюблялась. Как-то на гастролях увидела гармониста: интересная внешность, отлично играл, девушки вокруг вьются. Знаете, если сердце прям бьется, значит, бревно или еще что-нибудь приплывет, — вспоминала Римма Маркова о своем знакомстве со вторым супругом Владимиром Никитиным.

Шутила и по поводу своей внешности: «Я себе не нравилась — конопушки, белые ресницы, глаза как две точки пулемета, конечно, хотелось накраситься. Но тогда красились только проститутки...»

Последовательница школы Станиславского, она отлично знала, что за каждой, даже эпизодической, ролью должна стоять биография героя. Бронебойная харизма, темперамент, остроумие — она играла, даже когда давала бытовые интервью. А насчет мужчин — кокетничала. В молодости от ухажеров не было отбоя, третьим мужем стал испанский барон Хосе Гонсалес.

Они встретились на фестивале в Сан-Себастьяне, куда актриса приехала представлять фильм «Бабье царство». Ее первая главная роль в кино, сценарий Юрия Нагибина, призы Всесоюзного кинофестиваля и МКФ. С тех пор каждая ее работа была чисто «изумруд яхонтовый».

— Роскошная буфетчица в «Крыльях» Ларисы Шепитько, и Авдотья в «Журавушке», и могучая игуменья Мелания в «Егоре Булычеве», и гениальная теткакаратистка из гостиницы в «Родне», и роскошная, несравненная бабушка Татьяна Марковна из «Обрыва», и злобная графиня Нессельроде из «Последней дороги», и дивная Анна Степановна Ашметьева из «Дикарки», и колдунья из «Дневного дозора». Актерского таланта там было — хоть отбавляй. Да только главной роли ей в размер как-то не находилось... Ну вот так уж вышло, — вспоминает Ирина Дмитриева.

Любимица публики, кавалер ордена «Знак Почета», жила она скромно. В одном из интервью Римма Васильевна признавалась:

— Посмотрите, как я живу: однокомнатная небольшая квартира, кресла вот-вот развалятся. — Наташа Королева как-то сказала по телевизору: «Моя мечта в этом году — прокатиться на дельфине!» А я вспоминаю наших старых актеров, как они доживали свой век. Любимец публики Борис Андреев ездил из последних сил по стране, выступал за копейки. Великая Фаина Раневская писала: «Я прожила полунищенскую жизнь!» А какая-нибудь актриска-пигалица, которая еще ничего не сделала в этой жизни, называет себя звездой и купается в собственном бассейне».

ЯРКИЕ КИНОРАБОТЫ

• Бабье царство (1967): Надежда Петровна,
• Журавушка (1968): Авдотья Маркелова,
• Родня (1981): администратор гостиницы,
• Покровские ворота (1982): врач Вера Семеновна,
• Миргород и его обитатели (1983): Василиса Кашпоровна.