СТРАСТЬ ИГРЫ В "СПОРТЛОТО"
20 октября 1970 года в СССР состоялся первый розыгрыш «Спортлото».
У меня «Спортлото» прочно связано с образом деда.
Как сейчас понимаю, это был человек, которому жизнь не дала шансов нормально воплотиться. Он неплохо рисовал, имел явные математические способности, но четырнадцатилетним подростком его угнали из родного Мелитополя в Германию, а по возвращении речь об учебе даже не шла. Надо было зарабатывать на жизнь. Так и остался дед с незаконченным средним, сделав неплохую карьеру гранитчика.
Человеком он был скрытным, себе на уме, безумно прагматичным и очень-очень азартным. Если к деду со стороны отца меня старались не подпускать по причине его скандалезности (МОЙ ДЕД - СКАНДАЛЬНЫЙ ВЕТЕРАН), то дед со стороны матери то и дело пытался обучить меня играм в шашки-шахматы-домино-лото-карты, что домашние воспринимали скорее отрицательно. С дедом играть было скучно. В то же домино он мощно высчитывал оставшиеся фишки, ни разу не позволив мне выиграть.
Раздолье наступало у деда летней порой, когда вечерами мужики из подъезда затевали игру в карты. Играли до темноты, с ссорами, доказательствами, обвинением в жульничестве (кстати, да, дед в игре жуликовал, и даже я ловил его на этом постоянно).
Страстью деда было «Спортлото». Помню его дома только спящим - смотрящим телевизор - возящимся с расчетами на тетрадных листках.
В субботу мы садились смотреть выпуск «Спортлото». Я, в ожидании прерывающего трансляцию мультика про двух клоунов-спортсменов (ОЛИМПИЙСКОЕ ЛЕТО), каждый выпавший номер, встречал вопросом: «Угадал?». «Не твое маленькое дело?», - говорил дед и по лицу его не читались эмоции. Я всегда пребывал в убеждении, будто ничего дед с лотереи не приобрел. Лишь после его смерти бабушка призналась, - выигрывал понемногу, но постоянно. И ни разу никому не проболтался, только бабушке порой докладывал.
Двигала ли дедом страсть к обогащению? С одной стороны самой любимой его сказкой была «Волшебная лампа Аладдина». Я услышал ее от деда в весьма странной интерпретации. Завязка была традиционной: бедная семья, появление незнакомца из Магриба, волшебная лампа. То ли дед устал рассказывать достаточно длинную сказку, то ли забыл конец, но после того как Аладдин получал лампу, он жил в богатстве, пока однажды какой-то мальчик не попросил у него волшебный артефакт в подарок. «Аладдин подарил и ничего у него не стало! - Закончил дед. - Вот так, Андрей, никогда, ничего, никому не давай!». Если здесь присутствовал воспитательный момент, то неудачный. Даже в пятилетнем возрасте я почувствовал, что сказка настолько по-дурацки заканчиваться не может.
С другой стороны, другие государственные лотереи деда не интересовали решительно. Помню, открыв билетик «Спринта» я выиграл трешник. Можно было сразу у кассы получить три рубля налом или взять еще три билета. Я взял три билета, оказавшихся «пустышкой». Зримо расстроился, дед же не проявил к игре никаких эмоций. Касаемо других лотерейных билетов именно я проявлял активность, ожидая номера газеты «Труд» с таблицей розыгрышей. Ни разу ничего не выпало.
О своих играх в «трясучку» я уже рассказывал (НА ЧТО ШВЫРЯЛ МОНЕТЫ СОВЕТСКИЙ РЕБЕНОК), а ведь еще играли на деньги в ножички, спорили на них из-за какой нибудь ерунды, но счесть себя азартным все равно не могу. После детства страсть игры на бабки сошла на нет.
До последнего дед не снижал темпа игры. В результате от него осталась куча исписанных цифрами бумаг. Я пытался разобраться в этих таблицах, графиках, столбиках. Глухо… Если там и была система, мне она осталась непонятной. Загадочной, как сам дед ни разу не раскрывшийся внуку.