Деловые суды Лондона сталкиваются с конкуренцией
В Нур-Султане, новой столице Казахстана, есть небольшой уголок Англии, рассказывает в недавнем номере британский журнал «Экономист»: Суд Международного финансового центра Астаны, специальной инвестиционной зоны, созданной в 2019 году. Самое интересное, что этот Суд возглавляется британским главным исполнительным директором и работает там девять британских судей, которые, как принято в Англии, одеты в черные с золотом мантии, но с изображением государственного флага Казахстатна. Их главный судья, лорд Менс (Lord Mance), был заместителем председателя Верховного суда Великобритании.
И здесь, в Казахстане применяется законодательство, практически аналогичное законодательству Англии и Уэльса, а также упрощенная версия лондонских процессуальных норм. Эксперты «Экономиста» считают, что судебная система Казахстана вообще-то слабая, но независимость британских судей гарантируется Конституцией. Один из судей, Эндрю Спинк (Andrew Spink) откровенно признаёт: «Они хотят, чтобы это выглядело в лучших лондонских традициях, перенесенных на их территорию».
Авторы статьи замечают: английское торговое право, как футбол, было экспортировано по всему миру. Игра налажена, а со звездными игроками были подписаны контракты. Глобализация ведет как к расширению бизнеса в Лондоне, так и к созданию новых судов, таких как в Нур-Султане. А это, в свою очередь, означает спрос на британских юристов и увеличение конкурентоспособности Лондона.
Британия имеет второй по величине рынок юридических услуг в мире после Америки, который приносит 36,8 миллиарда фунтов стерлингов (51 миллиард долларов) комиссионных доходов за счет как ведущих компаний Сити, так и рядовых адвокатов. Коммерческая тяжба — бизнес по представлению компаний, которые потерпели неудачу в суде, — это, возможно, самое престижное занятие, которое привлекает самые лучшие умы и зачастую означает самые большие гонорары. Его центр — это Роллс Билдинг (Rolls Building), находящийся в миле от небоскребов на Лиденхолл Стрит (Leadenhall Street) и представляющий собой комплекс, где разместился 31 зал судебных заседаний, которые до пандемии covid-19, когда рассмотрение дел было переведено в онлайн режим, были заполнены людьми и чем-то походили на муниципальный аэропорт. Согласно результатам анализа, опубликованного 22 апреля агентством «Портлэнд комьюникейшнз» (Portland Communications), число коммерческих судебных дел в Лондоне с 2015 года более чем удвоилось — до 292 дел в год. За последнее десятилетие увеличилось и число адвокатов, обслуживающих иностранных клиентов.
Коммерческие суды, считают британские эксперты, поддерживают глобализацию, обеспечивая инвесторам защиту их прав при ведении дел за рубежом. Для торговцев в средневековой Европе такими местами отправления правосудия были Брюгге и Антверпен. Сегодня — это чаще всего Лондон. И вот недавние примеры подобного рода глобальных дел: английские адвокаты представляли интересы мальтийских владельцев судна, поврежденного в Бангладеш и владельцев предположительно виновного панамского судна; датское налоговое управление и трейдера из Дубаи, которого оно обвиняет в мошенничестве; санкт-петербургский банк в споре с начальником российского порта; и кипрского застройщика, обвиненного в мошенничестве в отношении британских пенсионеров.
«Экономист» уверенно заявляет, что Лондон привлекателен, потому что английские судьи не берут взяток и не делают различий между местным и иностранными истцами, к тому же они, как правило, не позволяют влиять на них политикам. «Обычно это специалисты, а это значит, что вопросы будут рассматриваться гораздо глубже, чем где бы то ни было, общее право может адаптироваться и развиваться в соответствии с новыми видами деловых споров, поэтому и форматы были изменены, для ускорения решения крупных дел», — замечает Дерек Свитинг (Derek Sweeting), председатель Совета адвокатов, профессионального органа адвокатов.
Однако, констатируют эксперты, это превосходство находится под давлением из-за Брексита и более жесткой конкуренции. Клиентура в Лондоне растет, но также становится все более и более внутренней: впервые с начала исследования «Портлэнд комьюникейшнз» британцы составили более половины истцов в прошлом году, в то время как доля клиентов из Европы и остального мира снизилась до 12% и 35% соответственно. Британские юристы замечают, что принимаются бизнес-решения и заключаются контракты, которые, как ранее, не включают Лондон в качестве поля судебной битвы по умолчанию. То есть ситуация, к сожалению для Лондона, явно меняется.
Британские юристы потеряли автоматическое право заниматься практикой в Европе, и миграция для них станет сложнее. Правила ЕС, регулирующие, где будет происходить рассмотрение дел и обеспечивающие признание и исполнение судебных решений во всем блоке, отменены. Великобритания надеялась присоединиться к Луганской конвенции, договору, который мог бы привести к аналогичному эффекту. Однако Европейская комиссия возражает, утверждая, что это часть единого рынка, который Британия покинула.
Результатом будет разделение, поскольку исполнение судебных решений становится все более дорогостоящим. Юристы ожидают, что часть судебных разбирательств будет переведена в Европу. Некоторые адвокаты считают, что рост числа дел в этом году может быть вызван стремлением к прекращению действия Брексита. Дела, связанные с covid-19, также могут оказать свое влияние. После голосования по Брекситу англоязычные коммерческие суды открылись во Франкфурте, Гамбурге, Париже и Амстердаме, а ряд представителей научных кругов хотят, чтобы единый Европейский суд составил конкуренцию Лондону.
Было бы «нелепо», если бы английские судебные решения оставались неисполненными, считает судья Коммерческого суда Нидерландов Дуко Оранье (Duco Oranje): «Мы не стремимся забрать дела из Коммерческого суда Лондона, но стали происходить какие-то странные вещи». И британский адвокат Д. Свитинг замечает, что репутация Британии как страны с верховенством права, которого она придерживается, рискует быть запятнанной борьбой правительства с адвокатами и угрозой нарушения договора о Брексите.
«Экономист» объективно подмечает, что конкуренция растет повсюду с появлением с 2004 года новых судов в Объединенных Арабских Эмиратах, Китае и Сингапуре. Лорд Манс, кроме Казахстана работает в Сингапуре, а лорд Томас (Lord Thomas), бывший лорд-председатель Верховного суда, является сегодня президентом коммерческого суда Катара. Такие суды создают новые судебные разбирательства, стимулируя прямые иностранные инвестиции, считает А. Спинк, который, кроме работы в Казахстане, также является главой лондонского офиса с аванпостами в Дубае и Абу-Даби. Эти суды могут принимать заказы в своём регионе и таким образом соперничать с Лондоном.
Как считает «Экономист», ответом судебной власти должна быть подготовка к следующей волне глобализации. Сэр Джеффри Вос (Geoffrey Vos), Мастер Свитков (Хранитель записей канцелярии Англии, магистр свитков, является президентом Апелляционного суда Англии и Уэльса, отделением по гражданским делам и главой гражданской юстиции), занимает должность, которая появилась в Англии в 1286 году, но говорит как «евангелист из Кремниевой долины». Он убеждён, что необходимо сохранить видеослушания, впервые проведенные во время пандемии, поскольку они делают Лондон более доступным для заявителей, находящихся далеко. Магистр Свитков составил рекомендации относительно того, как судьи должны применять английское право к криптоактивам, таким как биткойн, и вступающим в немедленную силу смарт контрактам.
Сэр Джеффри Вос обращает внимание на ещё на один чрезвычайно сложный вопрос: как судьи намерены оценивать ответственность за решения, принятые системами искусственного интеллекта. Он глубоко убеждён, что если Лондон сможет дать четкий ответ на этот вопрос, то истцы придут именно в Лондон.
Британские эксперты заключают: Брексит не станет причиной прекращения юридической деятельности в Лондоне или в Сити, так же как и не станет причиной ослабления конкуренции. Вопрос в том, сможет ли Лондон воспользоваться моментом. …