19 марта Украине передана Донецко-Криворожская Республика
До революции Донецко-Криворожский регион был разделен между тремя различными землями: Харьковской и Екатеринославской губерниями, а также Областью войска Донского. Однако местные промышленники, входившие в состав очень влиятельного в регионе Совета Съезда горнопромышленников Юга России, еще тогда поддерживали выделение в отдельную единицу, чтобы упростить его функционирование.
После Февральской революции, когда Центральная Рада в Киеве потребовала автономии и начала переговоры с Временным правительством, потребовалось определить ее границы. Однако Временное правительство соглашалось признать за автономией только 5 губерний, в число которых Кривдонбасс не входил. Хотя на переговорах не было достигнуто соглашения, этот факт в дальнейшем был использован главным вдохновителем республики Федором Сергеевым (товарищ Артем).
После Октябрьской революции, по мере того, как отношения между Киевом и Москвой ухудшались, среди местных большевиков все сильнее зрело желание оставить регион в составе РСФСР. В ноябре 1917 года Центральная Рада провозгласила создание УНР (пока еще без объявления независимости), добавив к своим границам еще несколько губерний, включая и Харьковскую с Екатеринославской.
Харьковским большевикам эта идея не понравилась, и они отказались признавать над собой власть УНР, потребовав провести референдум о самоопределении.
Вообще Донбасс был регионом, где большевики имели наибольшее влияние, тогда как в крестьянских регионах Украины оно было значительно меньшим. Не случайно после того как на Всеукраинском съезде советов в Киеве большевики оказались в меньшинстве и вынуждены были ретироваться, они перебрались в Харьков, где провели свой съезд и провозгласили советскую власть и создание Украинской Народной Республики Советов. Товарищ Артем вошел в состав Народного секретариата УНРС в качестве секретаря торговли и промышленности.
Памятник возле Святогорского монастыря над Северским Донцом не уничтожили даже гитлеровцы.
После того как Рада провозгласила в очередном универсале полную независимость от РСФСР, для Сергеева открылось небольшое окно возможностей. Раз Киев уходит и объявляет независимость, можно было провозгласить свою республику и остаться в составе Советской России. В прежние времена в Москве данную идею скорее всего не поддержали бы, но теперь шанс был.
12 февраля 1918 года в Харькове на областном съезде советов была провозглашена Донецко-Криворожская Советская Республика. С обоснованием идеи на съезде выступил Семен Васильченко — экс-депутат Учредительного собрания от Донецкой области и один из наиболее активных сторонников республики.
Васильченко выступал с позиций экономической федерации, а не национальной. То есть с целью облегчения хозяйственного функционирования предлагалось проводить административное деление не по национальному, а по хозяйственно-экономическому принципу.
Также был организован Совнарком, в который вошли преимущественно местные большевики из Харькова, Луганска и с Дона. Из числа тех, кто в дальнейшем сделал неплохую карьеру в СССР, можно отметить Моисея Рухимовича — харьковского большевика, ставшего наркомом ДКСР по военным делам. В дальнейшем он возглавлял Донецкий губисполком, был наркомом путей сообщения и оборонной промышленности. Еще одним известным деятелем был харьковский латыш Валерий Межлаук, впоследствии возглавлявший наркоматы машиностроения, тяжелой промышленности, а также Госплан.
Возглавил Совнарком Федор Сергеев — пожалуй, самая колоритная фигура Кривдонбасса, да и всей партии вообще. Даже на фоне большевиков он отличался особой авантюрностью и тягой к приключениям. Пожил во Франции, Японии, Китае, пока не осел в Австралии, где провел несколько лет перед революцией, получил в определенных кругах известность под прозвищем Big Tom и даже стал британским подданным.
После революции он прибыл в Харьков, где достаточно быстро выдвинулся на первые роли в партии.
В качестве обоснования провозглашения ДКСР в качестве автономии РСФСР Сергеев сослался на то, что Центральная Рада изначально не имела власти в регионе, и даже Временное правительство не соглашалось передать регион под ее контроль.
Однако руководство большевиков отнеслось к этой инициативе весьма прохладно. Стоит отметить, что Ленин изначально был категорически против идеи объединения по экономическим принципам и именовал эти взгляды не иначе, как «империалистическим экономизмом».
Это социал-демократическое ответвление, отрицавшее первостепенную необходимость права наций на самоопределение, Ленин нещадно бичевал и посвятил ему несколько своих статей.
«Распространение «империалистического экономизма» в рядах марксистов, которые решительно встали против социал-шовинизма и на сторону революционного интернационализма в современном великом кризисе социализма, было бы серьезнейшим ударом нашему направлению — и нашей партии, — ибо компрометировало бы ее изнутри, из ее собственных рядов, превращало бы ее в представительницу карикатурного марксизма», — писал он.
Практически одновременно с созданием ДКСР мирный договор с немцами в Бресте подписала УНР. Германские войска зашли на территории, на которую претендовали украинцы. Попытка протестовать против наступления на Донбасс, ссылаясь на то, что это отдельная республика (позднее это получилось в случае с Дальневосточной республикой и Японией), не удалась, поскольку немцы дали понять, что ориентируются на границы в соответствии с универсалами Центральной Рады. После этой неудачи в ЦК резко охладели к новорожденной республике, встав на платформу «единого фронта».
Сергеев намеревался оказать немцам сопротивление, если они зайдут на Донбасс. С этой целью начался набор в Донецкую армию. За месяц существования у нее сменилось три командующих. Разумеется, серьезного сопротивления немцам она оказать не могла. После отступления она объединилась с другими красными отрядами в 5-ю армию под командованием Ворошилова.
Тем временем в Москве партийное руководство, изначально относившееся к выделению негативно, попыталось обуздать «вредные явления в государственном строительстве». Ленин обратился к Орджоникидзе с поручением:
«Что касается Донецкой республики, передайте товарищам Васильченко, Жакову и другим, что, как бы они ни ухитрялись выделить из Украины свою область, она, судя по географии Винниченко, все равно будет включена в Украину, и немцы будут ее завоевывать. Ввиду этого совершенно нелепо со стороны Донецкой республики отказываться от единого с остальной Украиной фронта обороны».
Тем временем Сергеев пытался отстоять идею ДКСР на пленуме ЦК в Москве, но подвергся критике. Против выступали и московские большевики, и украинские, которые желали оставить Донбасс за собой после возвращения контроля над украинской территорией.
19 марта 1918 года на Всеукраинском съезде советов в Екатеринославе было принято решение объединить все советские государственные образования в состав Украинской Советской Республики с целью создания «единого фронта».
Товарищ Артем и Межлаук это решение признали и не стали противиться. Категорически против выступили самые горячие апологеты автономии Васильченко (нарком по делам внутреннего управления), Жаков (нарком просвещения) и Филов (нарком по судебным делам). Все трое отказались признавать это решение и в знак протеста подали в отставку. Филов позднее опубликовал в одной из газет статью с критикой партийных решений и на некоторое время был исключен из партии.
Хотя ДКР и включили в состав Советской Украины, республику пока никто не распускал и де-факто она просуществовала еще чуть больше месяца. Правда, из-за наступления немцев Харьков пришлось оставить и перебраться в Луганск. В конце апреля немцы окончательно заняли регион, армия ушла в Царицын. Де-факто республика прекратила существование сразу после этого, хотя де-юре была ликвидирована только в феврале 1919 года.
В советское время считалось, что Донбасс был передан в состав УССР, дабы за счет промышленного и пролетарского региона укрепить контроль над преимущественно крестьянской Украиной. Так, в книге Супруненко «Очерки об истории гражданской войны и иностранной интервенции на Украине» сообщалось:
«Недостаточное понимание ленинской национальной политики со стороны некоторых партийных работников Украины приводило к недооценке важнейшего вопроса — необходимости усиления союза рабочего класса и крестьянства при руководящей роли рабочего класса. Без этого нельзя было укрепить Советскую власть на Украине. Искусственное выделение из состава Советской Украины в отдельную республику наиболее промышленно развитых районов с хорошо организованными и высокосознательными кадрами индустриальных рабочих (металлисты и горняки) ослабляло пролетарскую базу Украинского советского государства».
В мемуарах Владимира Антонова-Саратовского (в 1919 — глава Донецкого ревкома, в 1920-1921 — нарком внутренних дел УССР) приводится несколько иная версия:
«Я попросил слова. — «Зачем вам? Губерния утверждена». — «Владимир Ильич, еще есть серьезный вопрос». — «Какой? Говорите, только коротенько». — «За кем должна числиться губерния? Она составлена из русской, украинской и казачьей земли. Как ее теперь считать по матушке — Украине, или по батюшке — Российскому Совнаркому?» — «Как вы думаете, товарищи? Будто бы по батюшке?» — «Конечно, по батюшке» — возопил т. Красин. Ильич согласился, и было постановлено, что Донецкая губерния входит в состав Р. С. Ф. С. Р.
Это было в период 8 партсъезда. Не прошло двух дней, меня вызывают к тов. Ленину. — «Мы с вами дали маху, — как-то виновато-шутливо встретил меня Ильич, — приехали украинцы, Раковский, Петровский… кричат, что мы у них украли последних рабочих, и остались они с одними мужиками…».
— Ничего вы у них не крали, — чувствуя провал, но бодрясь, говорю я, — если бы вы взяли да каким-то чудом перенесли Донбасс, скажем, в Сибирь, они были бы правы. А то ведь Донбасс остался на прежнем месте… только административное изменение произошло.
— Давайте перерешим… чего их обижать, — заметил Ильич».
Впрочем, неверно сводить все к какому-то одному фактору, который объяснил бы передачу ДКСР в состав УССР. В данном случае их было несколько:
— амбиции лидеров украинских большевиков, не желавших делиться развитым регионом;
— стремление большевиков разбавить крестьянскую УССР мощным индустриальным регионом. Неспроста в первые годы столица УССР располагалась именно в Харькове;
— личная неприязнь Ленина к т.н. «экономизму»;
— отсутствие могущественного лобби на высшем уровне, которое помогло бы отстоять республику в ЦК. Сергеев не стал бороться за нее до конца, фактически разменяв руководство республикой на посты в органах власти советской Украины, а других видных сторонников у нее не нашлось.
https://ukraina.ru/history/20190319/1023014730.html
После Февральской революции, когда Центральная Рада в Киеве потребовала автономии и начала переговоры с Временным правительством, потребовалось определить ее границы. Однако Временное правительство соглашалось признать за автономией только 5 губерний, в число которых Кривдонбасс не входил. Хотя на переговорах не было достигнуто соглашения, этот факт в дальнейшем был использован главным вдохновителем республики Федором Сергеевым (товарищ Артем).
После Октябрьской революции, по мере того, как отношения между Киевом и Москвой ухудшались, среди местных большевиков все сильнее зрело желание оставить регион в составе РСФСР. В ноябре 1917 года Центральная Рада провозгласила создание УНР (пока еще без объявления независимости), добавив к своим границам еще несколько губерний, включая и Харьковскую с Екатеринославской.
Харьковским большевикам эта идея не понравилась, и они отказались признавать над собой власть УНР, потребовав провести референдум о самоопределении.
Вообще Донбасс был регионом, где большевики имели наибольшее влияние, тогда как в крестьянских регионах Украины оно было значительно меньшим. Не случайно после того как на Всеукраинском съезде советов в Киеве большевики оказались в меньшинстве и вынуждены были ретироваться, они перебрались в Харьков, где провели свой съезд и провозгласили советскую власть и создание Украинской Народной Республики Советов. Товарищ Артем вошел в состав Народного секретариата УНРС в качестве секретаря торговли и промышленности.
Памятник возле Святогорского монастыря над Северским Донцом не уничтожили даже гитлеровцы.
После того как Рада провозгласила в очередном универсале полную независимость от РСФСР, для Сергеева открылось небольшое окно возможностей. Раз Киев уходит и объявляет независимость, можно было провозгласить свою республику и остаться в составе Советской России. В прежние времена в Москве данную идею скорее всего не поддержали бы, но теперь шанс был.
12 февраля 1918 года в Харькове на областном съезде советов была провозглашена Донецко-Криворожская Советская Республика. С обоснованием идеи на съезде выступил Семен Васильченко — экс-депутат Учредительного собрания от Донецкой области и один из наиболее активных сторонников республики.
Васильченко выступал с позиций экономической федерации, а не национальной. То есть с целью облегчения хозяйственного функционирования предлагалось проводить административное деление не по национальному, а по хозяйственно-экономическому принципу.
Также был организован Совнарком, в который вошли преимущественно местные большевики из Харькова, Луганска и с Дона. Из числа тех, кто в дальнейшем сделал неплохую карьеру в СССР, можно отметить Моисея Рухимовича — харьковского большевика, ставшего наркомом ДКСР по военным делам. В дальнейшем он возглавлял Донецкий губисполком, был наркомом путей сообщения и оборонной промышленности. Еще одним известным деятелем был харьковский латыш Валерий Межлаук, впоследствии возглавлявший наркоматы машиностроения, тяжелой промышленности, а также Госплан.
Возглавил Совнарком Федор Сергеев — пожалуй, самая колоритная фигура Кривдонбасса, да и всей партии вообще. Даже на фоне большевиков он отличался особой авантюрностью и тягой к приключениям. Пожил во Франции, Японии, Китае, пока не осел в Австралии, где провел несколько лет перед революцией, получил в определенных кругах известность под прозвищем Big Tom и даже стал британским подданным.
После революции он прибыл в Харьков, где достаточно быстро выдвинулся на первые роли в партии.
В качестве обоснования провозглашения ДКСР в качестве автономии РСФСР Сергеев сослался на то, что Центральная Рада изначально не имела власти в регионе, и даже Временное правительство не соглашалось передать регион под ее контроль.
Однако руководство большевиков отнеслось к этой инициативе весьма прохладно. Стоит отметить, что Ленин изначально был категорически против идеи объединения по экономическим принципам и именовал эти взгляды не иначе, как «империалистическим экономизмом».
Это социал-демократическое ответвление, отрицавшее первостепенную необходимость права наций на самоопределение, Ленин нещадно бичевал и посвятил ему несколько своих статей.
«Распространение «империалистического экономизма» в рядах марксистов, которые решительно встали против социал-шовинизма и на сторону революционного интернационализма в современном великом кризисе социализма, было бы серьезнейшим ударом нашему направлению — и нашей партии, — ибо компрометировало бы ее изнутри, из ее собственных рядов, превращало бы ее в представительницу карикатурного марксизма», — писал он.
Практически одновременно с созданием ДКСР мирный договор с немцами в Бресте подписала УНР. Германские войска зашли на территории, на которую претендовали украинцы. Попытка протестовать против наступления на Донбасс, ссылаясь на то, что это отдельная республика (позднее это получилось в случае с Дальневосточной республикой и Японией), не удалась, поскольку немцы дали понять, что ориентируются на границы в соответствии с универсалами Центральной Рады. После этой неудачи в ЦК резко охладели к новорожденной республике, встав на платформу «единого фронта».
Сергеев намеревался оказать немцам сопротивление, если они зайдут на Донбасс. С этой целью начался набор в Донецкую армию. За месяц существования у нее сменилось три командующих. Разумеется, серьезного сопротивления немцам она оказать не могла. После отступления она объединилась с другими красными отрядами в 5-ю армию под командованием Ворошилова.
Тем временем в Москве партийное руководство, изначально относившееся к выделению негативно, попыталось обуздать «вредные явления в государственном строительстве». Ленин обратился к Орджоникидзе с поручением:
«Что касается Донецкой республики, передайте товарищам Васильченко, Жакову и другим, что, как бы они ни ухитрялись выделить из Украины свою область, она, судя по географии Винниченко, все равно будет включена в Украину, и немцы будут ее завоевывать. Ввиду этого совершенно нелепо со стороны Донецкой республики отказываться от единого с остальной Украиной фронта обороны».
Тем временем Сергеев пытался отстоять идею ДКСР на пленуме ЦК в Москве, но подвергся критике. Против выступали и московские большевики, и украинские, которые желали оставить Донбасс за собой после возвращения контроля над украинской территорией.
19 марта 1918 года на Всеукраинском съезде советов в Екатеринославе было принято решение объединить все советские государственные образования в состав Украинской Советской Республики с целью создания «единого фронта».
Товарищ Артем и Межлаук это решение признали и не стали противиться. Категорически против выступили самые горячие апологеты автономии Васильченко (нарком по делам внутреннего управления), Жаков (нарком просвещения) и Филов (нарком по судебным делам). Все трое отказались признавать это решение и в знак протеста подали в отставку. Филов позднее опубликовал в одной из газет статью с критикой партийных решений и на некоторое время был исключен из партии.
Хотя ДКР и включили в состав Советской Украины, республику пока никто не распускал и де-факто она просуществовала еще чуть больше месяца. Правда, из-за наступления немцев Харьков пришлось оставить и перебраться в Луганск. В конце апреля немцы окончательно заняли регион, армия ушла в Царицын. Де-факто республика прекратила существование сразу после этого, хотя де-юре была ликвидирована только в феврале 1919 года.
В советское время считалось, что Донбасс был передан в состав УССР, дабы за счет промышленного и пролетарского региона укрепить контроль над преимущественно крестьянской Украиной. Так, в книге Супруненко «Очерки об истории гражданской войны и иностранной интервенции на Украине» сообщалось:
«Недостаточное понимание ленинской национальной политики со стороны некоторых партийных работников Украины приводило к недооценке важнейшего вопроса — необходимости усиления союза рабочего класса и крестьянства при руководящей роли рабочего класса. Без этого нельзя было укрепить Советскую власть на Украине. Искусственное выделение из состава Советской Украины в отдельную республику наиболее промышленно развитых районов с хорошо организованными и высокосознательными кадрами индустриальных рабочих (металлисты и горняки) ослабляло пролетарскую базу Украинского советского государства».
В мемуарах Владимира Антонова-Саратовского (в 1919 — глава Донецкого ревкома, в 1920-1921 — нарком внутренних дел УССР) приводится несколько иная версия:
«Я попросил слова. — «Зачем вам? Губерния утверждена». — «Владимир Ильич, еще есть серьезный вопрос». — «Какой? Говорите, только коротенько». — «За кем должна числиться губерния? Она составлена из русской, украинской и казачьей земли. Как ее теперь считать по матушке — Украине, или по батюшке — Российскому Совнаркому?» — «Как вы думаете, товарищи? Будто бы по батюшке?» — «Конечно, по батюшке» — возопил т. Красин. Ильич согласился, и было постановлено, что Донецкая губерния входит в состав Р. С. Ф. С. Р.
Это было в период 8 партсъезда. Не прошло двух дней, меня вызывают к тов. Ленину. — «Мы с вами дали маху, — как-то виновато-шутливо встретил меня Ильич, — приехали украинцы, Раковский, Петровский… кричат, что мы у них украли последних рабочих, и остались они с одними мужиками…».
— Ничего вы у них не крали, — чувствуя провал, но бодрясь, говорю я, — если бы вы взяли да каким-то чудом перенесли Донбасс, скажем, в Сибирь, они были бы правы. А то ведь Донбасс остался на прежнем месте… только административное изменение произошло.
— Давайте перерешим… чего их обижать, — заметил Ильич».
Впрочем, неверно сводить все к какому-то одному фактору, который объяснил бы передачу ДКСР в состав УССР. В данном случае их было несколько:
— амбиции лидеров украинских большевиков, не желавших делиться развитым регионом;
— стремление большевиков разбавить крестьянскую УССР мощным индустриальным регионом. Неспроста в первые годы столица УССР располагалась именно в Харькове;
— личная неприязнь Ленина к т.н. «экономизму»;
— отсутствие могущественного лобби на высшем уровне, которое помогло бы отстоять республику в ЦК. Сергеев не стал бороться за нее до конца, фактически разменяв руководство республикой на посты в органах власти советской Украины, а других видных сторонников у нее не нашлось.
https://ukraina.ru/history/20190319/1023014730.html