Мудовые рыдания
«Порешить этих тварей на месте!»
Нищие старики, злоба и отчаяние. Чем живут православные на Украине
«Лента.ру» продолжает серию репортажей с Украины. Чтобы понять, чем живет сегодня страна и что беспокоит украинцев, мы попросили журналиста Игоря Ротаря поделиться впечатлениями от его поездки по украинским регионам. В предыдущем материале мы рассказали о том, как живут деревни Донбасса, оказавшиеся на линии фронта. В этот раз наш корреспондент под видом паломника посетил православный монастырь в Донбассе, чтобы узнать настроения верующих.
Святогорск — небольшой городок в «украинской» части Донбасса, известный далеко за пределами Украины. В былые времена в Свято-Успенскую Святогорскую лавру приезжали паломники со всей Российской империи, в том числе знаменитости: монастырь посещал Антон Чехов, описавший его в своем рассказе «Перекати-поле», Иван Бунин и Федор Тютчев. Бывала здесь и Марина Цветаева — в 1914 году у нее завязался роман с поэтессой Софией Парнок, жившей неподалеку. Знаменит Святогорск не только своим прошлым. Здесь в августе 2014 состоялось памятное выступление Андрея Макаревича перед беженцами из зоны конфликта, после которого музыканта объявили врагом России. Депутаты Госдумы предлагали лишить его всех званий и наград. «Андрей Макаревич давно сотрудничает с фашистами. Этот выбор он сделал достаточно давно, еще когда перешел на сторону врагов Российской Федерации», — заявил тогда депутат от «Единой России» Евгений Федоров.
В последнее время Святогорск, а точнее Свято-Успенская лавра вновь оказалась в центре внимания. На этот раз из-за так называемого раскола в Украинской Православной церкви (УПЦ). После того как Константинополь предоставил Украине автокефалию, по стране поползли слухи о скором захвате православных святынь и передаче их новой украинской церкви. С тех пор паломники в Святогорск едут чуть ли не со всей страны.
Паломники-сепаратисты
Святогорская лавра принадлежала и принадлежит УПЦ Московского патриархата — ранее единственной канонической православной церкви страны. Она не признала итоги проведенного Порошенко и Вселенским патриархом Объединительного собора и образованную на нем Православную церковь Украины (ПЦУ). И хотя в самом Святогорске ополченцев ДНР/ЛНР (самопровозглашенные Луганская и Донецкая народные республики — прим. «Лента.ру») никогда не было, сразу же после победы Майдана о монастыре стали распространяться «нехорошие слухи». Говорили, что здесь прячется Виктор Янукович, что под видом паломников сюда стекаются боевики-сепаратисты, а храмы и кельи превращены в склады с оружием. Более того, по информации Службы безопасности Украины (СБУ), в 2014 году в лавре распространяли иконки Божией Матери с «молитвой пророссийского содержания».
Конечно же, все эти обвинения выглядят нелепо, но нельзя не отметить, что святогорские монахи не стали публично предавать анафеме «агрессора-Россию» или «террористов», сохраняя нейтралитет. Интересно также, что охрану монастыря несет так называемый «Святогорский казачий полк» (к слову, эти ряженые малообразованные люди в папахах довольно грубы). Я говорил с их атаманом Виталием Кушиным четыре года назад, и он мне сообщил, что уволился из Вооруженных сил СССР после «предательского беловежского соглашения», так как не хотел присягать на верность Украине. Кушин не скрывает, что является сторонником воссоздания Российской империи, а распад Советского Союза считает делом рук предателей.
Впрочем, святогорские иноки своего отношения к идеям «русского мира» никогда открыто не выказывали. В отличие от священников расположенного по соседству Славянска. Во время боевых действий весной 2014, когда украинская армия зачищала город от ополченцев Игоря Стрелкова (бывшего командующего армией самопровозглашенной ДНР), на баррикадах вместе с «сепарами» стояли старушки с иконами. Выполнить свой «священный долг» их призвали настоятели городских храмов. Да и сами батюшки не раз были замечены на передовой. Священники проводили молебны, исповедовали и причащали ополченцев.
А священник Виталий Веселый, по совместительству известный в городе поэт, даже читал перед собравшимися свои произведения:
«Люблю я русского великого солдата,
Насмерть готового за Родину стоять,
Ее, любимую, от монстров типа НАТО,
И прочих хищных террористов защищать!»
Другими словами, украинские власти и спецслужбы имеют достаточно причин, чтобы не доверять «пророссийской» УПЦ и тем более ее представителям из восточных регионов страны.
Под видом паломника я решил узнать, чем живет Святогорская лавра после предоставления автокефалии. Ведь, по сути, настроения ее паломников и насельников являются срезом взглядов прихожан УПЦ во всей Украине. По крайней мере восточной ее части.
Попытка официально посетить знаменитую Киево-Печерскую лавру и, возможно, встретиться с предстоятелем УПЦ МП митрополитом Онуфрием провалилась: в пресс-центре лавры говорить со мной отказались, сославшись на то, что «сейчас все начальство в Москве». Поэтому в Святогорской лавре я решил пойти другим путем и попросился к ним в качестве паломника. На этот раз обошлось без формальностей. Достаточно было предъявить паспорт, и мне сразу же показали свободную комнату в гостинице для паломников.
Приобщение к монастырской жизни я начал с местной трапезной и простой, но сытной пищи: картошка, соленые огурцы, мед. К слову, здесь кормят всех желающих, и хотя бы за это стоит сказать монахам большое спасибо. Монастырь дает нуждающимся не только еду, но и кров: сегодня здесь проживает около 150 беженцев, а в 2014-2015 годах — в период активных боевых действий на юго-востоке Украины — в лавре укрывалось до тысячи человек.
К слову, об общепите. Рядом с монастырем расположен поражающий своими размерами ресторан «Монарх», стены которого увешаны фотографиями членов семьи последнего Российского императора Николая II. Увы, готовят в этом помпезном тематическом заведении на удивление плохо, и единственное, что позволяет примириться с этим, — великолепный вид на лавру.
Русская Малороссия
В монастыре очень много нищих, причем все они уверяют, что являются пострадавшими от военных действий. Я разговорился с 75-летней Натальей, вынужденной переселенкой из Донецка. Наталья выглядит как нищенка, но интеллигентности за время мытарств не растеряла.
— Все вынужденные переселенцы должны встать на учет, иначе тебе просто не будут платить пенсию. Сначала я с 45-летним сыном-инвалидом (его зверски избили в армии) жила в одном из святогорских пансионатов, но затем снялась с учета и переехала на новое место, где сразу же зарегистрировалась. Прошло уже полгода, но пенсию мне и сыну платить так и не начали. Таких, как я, пенсионеров-беженцев без копейки, очень много. На месте Владимира Путина я бы этим воспользовалась и давала бы таким деньги, чтобы показать людям, кто есть кто.
Выслушав еще несколько советов российскому президенту, я решил взглянуть на монашеский скит, расположенный в лесу, неподалеку от монастыря. Прогулка получилась не слишком веселой. То и дело мне на глаза попадались собирающие хворост пожилые люди.
— В Святогорске большинство домов топится дровами. У меня пенсия две тысячи гривен (около пяти тысяч рублей), дрова слишком дороги. Вот и приходится собирать хворост в лесу, — говорит мне пенсионерка Светлана, между прочим, бывший главный бухгалтер одного из святогорских предприятий.
В номер монастырской гостиницы я пришел уже вечером. Кроме меня здесь остановились двое жителей Харьковской области; мужчина из соседнего Краматорска, сильно напоминающий типичного бандита 90-х; мужчина средних лет из прифронтовой Авдеевки и молодой бородач, похожий на ополченца самопровозглашенной ЛНР.
Мои соседи были очень доброжелательны и угостили меня чаем, а «браток» из Краматорска расщедрился и выложил на стол пирожки от жены. Стоит ли говорить, что скоро разговор зашел о политике. Дружно повозмущавшись «сатанинским» поступком Константинополя, предоставившего автокефалию новой украинской церкви, мои собеседники перешли к геополитике.
— Ты пойми, нет такого народа — украинцы. Все мы русские, и так называемые украинцы, и белорусы. И страны такой — Украина — нет, а есть русская провинция Малороссия, — под одобрительный гул собравшихся объясняет мне Алексей из Харькова.
Не обошлось без дискуссии. Тот же Алексей заявил, что «Майдан — это божья кара Малороссии за грехи», и верующим стоило смиренно наказание принимать, а не сопротивляться. С его позицией решительно не согласился «браток».
— Когда Стрелков к нам в город пришел, понабирал к себе всякий местный сброд, алкашей, наркоманов, в общем, не нравились мне они. Но чтоб вообще не сопротивляться — это ты брось! Когда эти майданутые в Киеве бузить начали, то надо было нам туда ехать их мочить, порешить этих тварей на месте! А потом уже поздно было что-то делать, только в итоге пол-Донбасса расхерачили, — заключил он, понурив голову.
Луганский пророк
Сергей из Луганска поначалу вел себя со мной довольно настороженно, по-видимому, опасаясь, что я агент Киева, но потом и его прорвало.
— Весь мир, в том числе и Россия, пали перед дьяволом, только у нас в ЛНР и ДНР еще сохранилось истинное православие! Приведу такой пример: у нас нет электронных чипов, этого дьявольского изобретения, распространившегося по всему миру. О том, что спасение миру придет от нас, проповедовал и святой Филипп Луганский, живший в нашем городе в прошлом веке. Этот святой старец предрек распад СССР и торжество антихриста в Малороссии. Но он же предрек, что очищение мира начнется из Луганска и царство православное вновь восторжествует!
На этой торжественной ноте в беседу врывается Рома из Авдеевки и первым делом обращается ко мне:
— Так ты из Америки уехал потому, что понял, что ей скоро каюк наступит? Нет, еще вернешься туда?! Ну, тогда передай американским православным: пусть бегут оттуда, пока не поздно. И сам беги, не тяни. Очень скоро Бог уничтожит США за грехи! А Сергей дело говорит. Уже и старец в Донбассе появился, которому новый русский царь присягать будет. Перебьем мы тогда жидов и построим царство православное!
Выясняется, что Рома отчаянный антисемит. По его мнению, евреи давно уже подменили Путина и с помощью его двойника управляют Россией. Аккурат как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию».
Другие мои собеседники иудейский народ открыто не ругают, но по их молчаливому согласию с концепцией Романа стало понятно, что в «сионистский заговор» они тоже верят. На мой более чем недоуменный вопрос о двойнике Путина мне дипломатично, но с доверительным тоном отвечают, что «такая версия существует».
Страшный грех
Узнав взгляды моих соседей по монастырскому приюту, я решил, что этого достаточно и терпеть их храп ночью будет совершенно лишним. Так что перед «отбоем» я благополучно отбыл в более комфортное жилище. Само собой, мое исчезновение не осталось незамеченным, и по монастырю поползли слухи, что «казачок-то засланный». Несмотря на это (а скорее, именно поэтому), из аппарата настоятеля ко мне прислали «представителя руководства». Но священнослужитель сразу оговорился, что беседовать со мной он будет как частное лицо, поскольку не получил благословения на интервью. И уж точно не стоит объяснять, почему монах при любом удобном случае напоминал о нейтралитете лавры в конфликте, «разорвавшем страну на две части», ведь церковь, по его словам, вне политики.
По поводу же предоставления автокефалии украинской церкви монах сказал, что неожиданностью это не стало.
— Мы давно ожидали этого. После того как в 2014 году в Украине произошел госпереворот, беззакония стали обычным явлением, и нынешний раскол вполне вписывается в эту вакханалию. Но я думаю, что это испытание пойдет на пользу нашей церкви, так как мы очистимся от сорняков.
Бывал я в православных монастырях США, и русские, и украинцы, которых я там встречал, тоже в целом придерживались идей «русского мира», прозвучавших в комнатке монастырской гостиницы и за ее пределами. Но не было в них такого радикализма, и явного антисемитизма не было, при этом к Путину и там демонстрировалось большое уважение.
Нетерпимость донецких православных является прямым следствием глубочайшего раскола в украинском обществе, где взаимная ненависть разрушает семьи, превращает в непримиримых врагов ближайших родственников. Увы, злоба и нетерпимость захлестнула не только светское общество, не избежали этого и верующие, для которых гнев есть грех. Причем страшный...
Нищие старики, злоба и отчаяние. Чем живут православные на Украине
«Лента.ру» продолжает серию репортажей с Украины. Чтобы понять, чем живет сегодня страна и что беспокоит украинцев, мы попросили журналиста Игоря Ротаря поделиться впечатлениями от его поездки по украинским регионам. В предыдущем материале мы рассказали о том, как живут деревни Донбасса, оказавшиеся на линии фронта. В этот раз наш корреспондент под видом паломника посетил православный монастырь в Донбассе, чтобы узнать настроения верующих.
Святогорск — небольшой городок в «украинской» части Донбасса, известный далеко за пределами Украины. В былые времена в Свято-Успенскую Святогорскую лавру приезжали паломники со всей Российской империи, в том числе знаменитости: монастырь посещал Антон Чехов, описавший его в своем рассказе «Перекати-поле», Иван Бунин и Федор Тютчев. Бывала здесь и Марина Цветаева — в 1914 году у нее завязался роман с поэтессой Софией Парнок, жившей неподалеку. Знаменит Святогорск не только своим прошлым. Здесь в августе 2014 состоялось памятное выступление Андрея Макаревича перед беженцами из зоны конфликта, после которого музыканта объявили врагом России. Депутаты Госдумы предлагали лишить его всех званий и наград. «Андрей Макаревич давно сотрудничает с фашистами. Этот выбор он сделал достаточно давно, еще когда перешел на сторону врагов Российской Федерации», — заявил тогда депутат от «Единой России» Евгений Федоров.
В последнее время Святогорск, а точнее Свято-Успенская лавра вновь оказалась в центре внимания. На этот раз из-за так называемого раскола в Украинской Православной церкви (УПЦ). После того как Константинополь предоставил Украине автокефалию, по стране поползли слухи о скором захвате православных святынь и передаче их новой украинской церкви. С тех пор паломники в Святогорск едут чуть ли не со всей страны.
Паломники-сепаратисты
Святогорская лавра принадлежала и принадлежит УПЦ Московского патриархата — ранее единственной канонической православной церкви страны. Она не признала итоги проведенного Порошенко и Вселенским патриархом Объединительного собора и образованную на нем Православную церковь Украины (ПЦУ). И хотя в самом Святогорске ополченцев ДНР/ЛНР (самопровозглашенные Луганская и Донецкая народные республики — прим. «Лента.ру») никогда не было, сразу же после победы Майдана о монастыре стали распространяться «нехорошие слухи». Говорили, что здесь прячется Виктор Янукович, что под видом паломников сюда стекаются боевики-сепаратисты, а храмы и кельи превращены в склады с оружием. Более того, по информации Службы безопасности Украины (СБУ), в 2014 году в лавре распространяли иконки Божией Матери с «молитвой пророссийского содержания».
Конечно же, все эти обвинения выглядят нелепо, но нельзя не отметить, что святогорские монахи не стали публично предавать анафеме «агрессора-Россию» или «террористов», сохраняя нейтралитет. Интересно также, что охрану монастыря несет так называемый «Святогорский казачий полк» (к слову, эти ряженые малообразованные люди в папахах довольно грубы). Я говорил с их атаманом Виталием Кушиным четыре года назад, и он мне сообщил, что уволился из Вооруженных сил СССР после «предательского беловежского соглашения», так как не хотел присягать на верность Украине. Кушин не скрывает, что является сторонником воссоздания Российской империи, а распад Советского Союза считает делом рук предателей.
Впрочем, святогорские иноки своего отношения к идеям «русского мира» никогда открыто не выказывали. В отличие от священников расположенного по соседству Славянска. Во время боевых действий весной 2014, когда украинская армия зачищала город от ополченцев Игоря Стрелкова (бывшего командующего армией самопровозглашенной ДНР), на баррикадах вместе с «сепарами» стояли старушки с иконами. Выполнить свой «священный долг» их призвали настоятели городских храмов. Да и сами батюшки не раз были замечены на передовой. Священники проводили молебны, исповедовали и причащали ополченцев.
А священник Виталий Веселый, по совместительству известный в городе поэт, даже читал перед собравшимися свои произведения:
«Люблю я русского великого солдата,
Насмерть готового за Родину стоять,
Ее, любимую, от монстров типа НАТО,
И прочих хищных террористов защищать!»
Другими словами, украинские власти и спецслужбы имеют достаточно причин, чтобы не доверять «пророссийской» УПЦ и тем более ее представителям из восточных регионов страны.
Под видом паломника я решил узнать, чем живет Святогорская лавра после предоставления автокефалии. Ведь, по сути, настроения ее паломников и насельников являются срезом взглядов прихожан УПЦ во всей Украине. По крайней мере восточной ее части.
Попытка официально посетить знаменитую Киево-Печерскую лавру и, возможно, встретиться с предстоятелем УПЦ МП митрополитом Онуфрием провалилась: в пресс-центре лавры говорить со мной отказались, сославшись на то, что «сейчас все начальство в Москве». Поэтому в Святогорской лавре я решил пойти другим путем и попросился к ним в качестве паломника. На этот раз обошлось без формальностей. Достаточно было предъявить паспорт, и мне сразу же показали свободную комнату в гостинице для паломников.
Приобщение к монастырской жизни я начал с местной трапезной и простой, но сытной пищи: картошка, соленые огурцы, мед. К слову, здесь кормят всех желающих, и хотя бы за это стоит сказать монахам большое спасибо. Монастырь дает нуждающимся не только еду, но и кров: сегодня здесь проживает около 150 беженцев, а в 2014-2015 годах — в период активных боевых действий на юго-востоке Украины — в лавре укрывалось до тысячи человек.
К слову, об общепите. Рядом с монастырем расположен поражающий своими размерами ресторан «Монарх», стены которого увешаны фотографиями членов семьи последнего Российского императора Николая II. Увы, готовят в этом помпезном тематическом заведении на удивление плохо, и единственное, что позволяет примириться с этим, — великолепный вид на лавру.
Русская Малороссия
В монастыре очень много нищих, причем все они уверяют, что являются пострадавшими от военных действий. Я разговорился с 75-летней Натальей, вынужденной переселенкой из Донецка. Наталья выглядит как нищенка, но интеллигентности за время мытарств не растеряла.
— Все вынужденные переселенцы должны встать на учет, иначе тебе просто не будут платить пенсию. Сначала я с 45-летним сыном-инвалидом (его зверски избили в армии) жила в одном из святогорских пансионатов, но затем снялась с учета и переехала на новое место, где сразу же зарегистрировалась. Прошло уже полгода, но пенсию мне и сыну платить так и не начали. Таких, как я, пенсионеров-беженцев без копейки, очень много. На месте Владимира Путина я бы этим воспользовалась и давала бы таким деньги, чтобы показать людям, кто есть кто.
Выслушав еще несколько советов российскому президенту, я решил взглянуть на монашеский скит, расположенный в лесу, неподалеку от монастыря. Прогулка получилась не слишком веселой. То и дело мне на глаза попадались собирающие хворост пожилые люди.
— В Святогорске большинство домов топится дровами. У меня пенсия две тысячи гривен (около пяти тысяч рублей), дрова слишком дороги. Вот и приходится собирать хворост в лесу, — говорит мне пенсионерка Светлана, между прочим, бывший главный бухгалтер одного из святогорских предприятий.
В номер монастырской гостиницы я пришел уже вечером. Кроме меня здесь остановились двое жителей Харьковской области; мужчина из соседнего Краматорска, сильно напоминающий типичного бандита 90-х; мужчина средних лет из прифронтовой Авдеевки и молодой бородач, похожий на ополченца самопровозглашенной ЛНР.
Мои соседи были очень доброжелательны и угостили меня чаем, а «браток» из Краматорска расщедрился и выложил на стол пирожки от жены. Стоит ли говорить, что скоро разговор зашел о политике. Дружно повозмущавшись «сатанинским» поступком Константинополя, предоставившего автокефалию новой украинской церкви, мои собеседники перешли к геополитике.
— Ты пойми, нет такого народа — украинцы. Все мы русские, и так называемые украинцы, и белорусы. И страны такой — Украина — нет, а есть русская провинция Малороссия, — под одобрительный гул собравшихся объясняет мне Алексей из Харькова.
Не обошлось без дискуссии. Тот же Алексей заявил, что «Майдан — это божья кара Малороссии за грехи», и верующим стоило смиренно наказание принимать, а не сопротивляться. С его позицией решительно не согласился «браток».
— Когда Стрелков к нам в город пришел, понабирал к себе всякий местный сброд, алкашей, наркоманов, в общем, не нравились мне они. Но чтоб вообще не сопротивляться — это ты брось! Когда эти майданутые в Киеве бузить начали, то надо было нам туда ехать их мочить, порешить этих тварей на месте! А потом уже поздно было что-то делать, только в итоге пол-Донбасса расхерачили, — заключил он, понурив голову.
Луганский пророк
Сергей из Луганска поначалу вел себя со мной довольно настороженно, по-видимому, опасаясь, что я агент Киева, но потом и его прорвало.
— Весь мир, в том числе и Россия, пали перед дьяволом, только у нас в ЛНР и ДНР еще сохранилось истинное православие! Приведу такой пример: у нас нет электронных чипов, этого дьявольского изобретения, распространившегося по всему миру. О том, что спасение миру придет от нас, проповедовал и святой Филипп Луганский, живший в нашем городе в прошлом веке. Этот святой старец предрек распад СССР и торжество антихриста в Малороссии. Но он же предрек, что очищение мира начнется из Луганска и царство православное вновь восторжествует!
На этой торжественной ноте в беседу врывается Рома из Авдеевки и первым делом обращается ко мне:
— Так ты из Америки уехал потому, что понял, что ей скоро каюк наступит? Нет, еще вернешься туда?! Ну, тогда передай американским православным: пусть бегут оттуда, пока не поздно. И сам беги, не тяни. Очень скоро Бог уничтожит США за грехи! А Сергей дело говорит. Уже и старец в Донбассе появился, которому новый русский царь присягать будет. Перебьем мы тогда жидов и построим царство православное!
Выясняется, что Рома отчаянный антисемит. По его мнению, евреи давно уже подменили Путина и с помощью его двойника управляют Россией. Аккурат как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию».
Другие мои собеседники иудейский народ открыто не ругают, но по их молчаливому согласию с концепцией Романа стало понятно, что в «сионистский заговор» они тоже верят. На мой более чем недоуменный вопрос о двойнике Путина мне дипломатично, но с доверительным тоном отвечают, что «такая версия существует».
Страшный грех
Узнав взгляды моих соседей по монастырскому приюту, я решил, что этого достаточно и терпеть их храп ночью будет совершенно лишним. Так что перед «отбоем» я благополучно отбыл в более комфортное жилище. Само собой, мое исчезновение не осталось незамеченным, и по монастырю поползли слухи, что «казачок-то засланный». Несмотря на это (а скорее, именно поэтому), из аппарата настоятеля ко мне прислали «представителя руководства». Но священнослужитель сразу оговорился, что беседовать со мной он будет как частное лицо, поскольку не получил благословения на интервью. И уж точно не стоит объяснять, почему монах при любом удобном случае напоминал о нейтралитете лавры в конфликте, «разорвавшем страну на две части», ведь церковь, по его словам, вне политики.
По поводу же предоставления автокефалии украинской церкви монах сказал, что неожиданностью это не стало.
— Мы давно ожидали этого. После того как в 2014 году в Украине произошел госпереворот, беззакония стали обычным явлением, и нынешний раскол вполне вписывается в эту вакханалию. Но я думаю, что это испытание пойдет на пользу нашей церкви, так как мы очистимся от сорняков.
Бывал я в православных монастырях США, и русские, и украинцы, которых я там встречал, тоже в целом придерживались идей «русского мира», прозвучавших в комнатке монастырской гостиницы и за ее пределами. Но не было в них такого радикализма, и явного антисемитизма не было, при этом к Путину и там демонстрировалось большое уважение.
Нетерпимость донецких православных является прямым следствием глубочайшего раскола в украинском обществе, где взаимная ненависть разрушает семьи, превращает в непримиримых врагов ближайших родственников. Увы, злоба и нетерпимость захлестнула не только светское общество, не избежали этого и верующие, для которых гнев есть грех. Причем страшный...