«Приборы трещали от зашкаливающих показателей» – ликвидатор Чернобыльской аварии из Довольного

Ликвидатор ЧАЭС Сергей Крючков из Довольного в 1986 году проходил срочную службу в городе Лубны (Украина). Это около 250 км от Чернобыля. «28 апреля от нашей дивизии укомплектовали солдатами пять машин, в том числе был и я. Мы не знали, куда нас везут. Около Припяти выстроили колонну из 600 машин. Потом пришла команда «оцепить город». Несколько суток мы там стояли. После чего буквально дали команду «фас», что означало – необходимо вывозить людей из городов (Припяти, Чернобыля) до парома на Днепр».

Вывозить горожан было проще, они более спокойные. А вот сельчане, что находились в десятикилометровой зоне, сильно сопротивлялись. У многих было хозяйство, а с собой им разрешалось взять только пять килограммов имущества.

О самой аварии работавшие там ликвидаторы мало-помалу начали догадываться только спустя несколько месяцев – в разговорах между собой.

Хапнул двадцать пятку

«У меня всего четыре выезда на блок реактора – больше не осилил. Внешне на строении не было крыши – в целом ничего ужасного», – делится участник ликвидации.

У них не было практически никаких средств защиты, они не изучали технику безопасности. Выдавали обыкновенные респираторы и одежду со специальной пропиткой. Стояла жара почти +30, через некоторое время кожа по всему телу просто покрывается волдырями… Еще выдавали дозиметры в форме таблеток и карандашей, которые либо прицепляли к одежде, либо носили в кармане. Но их быстро забрали, так как приборы выходили из строя – трещали от зашкаливающих показателей.

«Там стояло приспособление с ковшом, куда нужно было складывать мусор, - вспоминает Сергей Крючков. Мы забегали в блок с лопатой, досчитывали про себя до 150 (такая была установка), в это время загребали мусор и быстро бежали обратно. Если что-то не успел сделать, то все бросаешь. А меня же сгубила деревенщина. Нужно было уже спускаться вниз, я обернулся и вижу, что ковш не застегнулся до конца. Вернулся, взял и защелкнул его… И двадцать пятку рентгенов хапнул сразу. У меня тут же кровь из носа и изо рта пошла, сильно зашумело в голове, как будто ее стали накачивать. Нам тогда объясняли, что когда облучение 12 рентгенов, то просто першение в горле, а вот уже когда 25 рентгенов, то шум в голове и может произвольно идти кровь».

Самое страшное - на второй месяц, когда уже эвакуировали всех людей. Вокруг красивая природа, но нет никого, мертвая тишина, и лишь только раздается неприятный, едва уловимый свист или шелест (от влияния радиационного облучения на испарение) в воздухе: «шшш».

«Однажды, когда мы ели местные фрукты, ягоды, к нам подошел дозиметрист. Он измерил косточку плода, а там – ударная доза рентгенов. На что специалист сказал: «Ребят, а вы не пробовали стенку реактора полизать? Это все равно одно и тоже будет».

Пять рублей за вредность

В Чернобыле Сергей Крючков проработал три с половиной месяца, получил орден Мужества. После этого попал в военный госпиталь, где пробыл еще полтора месяца, дослуживал до дембеля в Лубнах.

Пять рублей в месяц нам платили за вредность. А дальше – свободен, – добавляет чернобылец.

Спустя только некоторое время Сергей Викторович узнал, что такие, как и он, молодые парни не должны были там работать. Туда должны были отправлять мужчин более старшего возраста, у которых уже было двое детей. Именно поэтому Сергей Крючков побоялся заводить второго ребенка.

«Мы были самым экономным и выносливым материалом. Даже в военном билете отметку мне сделали не с первого дня пребывания в зоне отчуждения, а с 8 мая по август 1986. Нам давали фотоаппараты, чтобы мы делали снимки с блоков реактора», – вспоминает ликвидатор.

После Чернобыля Сергей Крючков работал шофером в совхозе. Проблемы со здоровьем начались после 12 лет с момента возвращения из Чернобыля. Иммунная система сдалась. Начало ломить кости, появились шум в голове и звон в ушах. Долгое обследование, анализы, Сергея Викторовича отправляли в НИИ скорой помощи им. Н. В. Склифосовского, ему был поставлен диагноз «лучевая болезнь».

Судьба наградила Прекрасной

«Жена Елена – это моя выручка, мое золотце. Судьба наградила за все именно этим человеком. Все беды и тягости мне с ней ни по чем», – с теплотой и трепетом в голосе рассказывает о главном человеке в своей жизни закаленный ликвидатор.

Сейчас Сергей Викторович работает дома по хозяйству, у него есть любимое хобби – ловить рыбу в местном озере. Вот только фильмы, связанные с Чернобылем, он никогда не смотрит – до сих пор снятся сны.