Елизавета Моряк: «Мне нечего скрывать»
Лиза, давай начнем с развенчивания мифов: что самое нелепое ты о себе читала?
(Смеется.) Мне очень нравится эта тема. Вообще я заметила, что про каждого человека, который находится в медиаполе, в интернете можно найти такие подробности, которые может знать только он сам. Например, я читала о себе что-то вроде: «Ее папа встретил маму на остановке в Кировограде. Он посмотрел на нее. Она посмотрела на него...» По сути, всё верно, но откуда такие подробности?
Что не так?
В реальности папа с мамой познакомились на дискотеке. Мама была самая высокая. Папа рассказывал: «Я посмотрел на танцпол, увидел торчащую над всеми голову блондинки с кудрями и пригласил ее на танец». Они обменялись телефонами... и всё. Полгода спустя мама увидела, как он садится в автобус...
Ну вот видишь — остановка все-таки была!
(Смеется.) ...и она бежала за автобусом, пока он не остановился. Потому что папа ей не позвонил. Он учился в Кировоградском летном училище, а в то время считалось, что летчик — завидный жених. Все местные девушки хотели выйти замуж за летчика. Ну и потом маме на самом деле понравился этот парень. Мой папа в молодости был очень красивым мужчиной, атлетом, жеребцом, пользовался большой популярностью у девушек. Пока не встретил маму.
Когда я смотрела твой инстаграм, заметила, что на фоне коллег-актеров, которые защищают свое право на приватность, ты приятно откровенна.
Ты знаешь, в инстаграме мне часто говорят за это спасибо. Я не хочу казаться кем-то, кто далек от обычной жизни, быть высокомерной, надменной. Мне нечего скрывать, и я готова ответить на любые вопросы своих подписчиков. Все мы люди, и у всех у нас одинаковые проблемы.
Моряк — твоя настоящая фамилия?
Могу показать паспорт! Ко мне как-то раз подошли на премьере сфотографироваться, а потом выложили фото с хештегом #елизаветаморяшина. (Смеется.) Было так обидно, потому что это не я! Я — Елизавета Моряк.
Когда будешь выходить замуж, фамилию сменишь?
Дмитрий Нагиев очень любил шутить, что самая глупая и смешная фамилия, какую он знает, — это Моряк-Андреасян. Но сама я, если честно, об этом не думала. Хотя если у Сарика (Сарик Андреасян — режиссер и продюсер. — Прим. OK!) будут веские аргументы...
О свадьбе думаете?
Мне страшно об этом думать! (Хохочет, но потом берет себя в руки.) Так как у меня полноценная семья — папа, мама, младшая сестра, в моем понимании брак — это на всю жизнь. Я ненавижу, когда люди женятся бездумно, не понимая, какая это ответственность, рожают детей и через год расстаются. Хочется сказать: «Милая, а ты подумала, что замуж выходят один раз в жизни?» Ну максимум два. (Смеется.)
Что ж, разумная поправка.
Моя мама — наверное, самый порядочный человек из всех, кого я знаю. Папа — единственный мужчина, который был в ее жизни. Но моя бабушка, папина мама, выходила замуж пять раз! Пять! По папиной линии во мне течет цыганская кровь. Мы не таборные. Наша прапрабабушка, невеста цыганского барона, влюбилась в русского парня Фёдора. Его даже хотели убить, но потом барон сжалился и выгнал прапрабабушку из табора. Между прочим, реальная история. И вот теперь бабушка учит меня жить...
Говорит, что сердцу не прикажешь…
...и что насильно мил не будешь. И что их много, а ты одна. Не этот, так другой. (Смеется.) Ее позиция — ни одна слеза девушки не должна упасть из-за мужчины. Понимаешь?
Да, непростой у тебя выбор: с одной стороны, мамина еврейская мудрость, с другой — бабушкина цыганская кровь. Кстати, шутку про то, что цыганка плюс еврейка будет «цыгейка», твой папа придумал?
Да, но вообще папа — серьезный человек, командир летного судна. Это дело его жизни. Мама растила нас с сестрой, заботилась о нас и о папе. Понятно, что в нашей семье были свои проблемы. Это сейчас папа встал на ноги, а двадцать лет назад, в моем детстве, родители не могли себе ничего позволить. В Твери есть такой район — Силикатка. Мы там жили все вместе в одной комнате. Нам помогала мамина сестра, которая жила в Америке, — присылала памперсы, пеленки. Мама рассказывала, что из-за постоянной стирки она стирала пальцы в кровь. Путешествовать мы начали намного позже, когда родители поймали волну удачи.
А актрисой ты когда решила стать?
Будучи подростком, я совершила ряд поступков, на которые не факт что решилась бы сейчас, в 25. Наверное, во мне буйствовали гормоны и подпитывали мою любознательность. Я хотела всё попробовать, всё узнать, пыталась найти себе хобби. Эту энергию нужно было куда-то определять, и мама отвела меня в драматический кружок. До этого я сначала занималась хореографией, потом — бальными танцами, но в этом единственном на всю Тверь драмкружке мне было настолько некомфортно, что я поняла: надо двигаться в сторону Москвы. Каждый раз, когда мы приезжали в гости к московским родственникам, я старалась что-то узнать по поводу театральных педагогов.
Почему театральный-то? Не танец, не вокал, не живопись.
Наверное, потому, что я ужасно пою и плохо рисую. (Смеется.) А для того, чтобы профессионально заниматься танцем, я слишком ленивая. Мне предложили педагога, который готовит в театральные вузы, и год перед поступлением в Театральное училище им. Щепкина я занималась в Театре Ермоловой.
Судя по твоим интервью, студенческие годы были не лучшими в твоей жизни. Это так?
Ну, во-первых, я поступила в 16 лет. Я считаю, что это рано. Если в одиннадцатом классе, когда я готовилась, я ездила между Тверью и Москвой, то после поступления оказалась в общежитии на 3-й Тверской-Ямской. Меня оторвали от дома, и у меня начался стресс. Мамы нет рядом. Учеба с девяти до девяти. Я поступила на бюджет и была заинтересована в том, чтобы учиться хорошо. Никто мою учебу, если что, оплачивать не собирался.
То есть проблема была в том, что ты скучала по дому?
Очень скучала. Но не только это. Из двадцати восьми студентов на нашем курсе было шесть девочек, и... я не нашла с ними общего языка. Во-первых, на тот момент я уже вписалась в московскую жизнь. Я любила гулять. Любила сидеть в кафе. Для меня Москва была городом, который дает возможности, а для девчонок, приехавших из Ульяновска, Новосибирска, Тюмени, здесь было дорого и некомфортно. Во-вторых, я работала. У меня был контракт с итальянским брендом обуви, и три-четыре раза в год мы ездили снимать рекламу.
И всем казалось, что ты родилась с серебряной ложечкой во рту?
Типа того.
Для OK! ты снялась с автомобилем Nissan. Если представить, что жизнь — это путь из точки A в точку Б, ты кем предпочитаешь быть — водителем, пассажиром или красивым чемоданом в багажнике?
Все думают, что я очень целеустремленная, пробивная, несдающаяся. Наверное, так всё и выглядит со стороны, но мне приятнее плыть по течению. Чтобы кому-то что-то доказать, нужно серьезно напрячься. Мне не нравится состояние напряженности. Я за то, что всё должно быть легко, просто, весело, должно доставлять удовольствие. Я ненавижу, когда на съемочной площадке кричат на артистов.
Сарик хоть раз на тебя кричал на площадке?
Нет. Артисты очень любят Сарика за то, что он любит артистов. Те, кто работает с ним в первый раз, всегда говорят: «Вау, так можно было?» Меня расстраивает то, как Сарика воспринимают в киноиндустрии. Как женщина, которая живет с ним несколько лет, должна сказать, что этот человек, во-первых, любит свою профессию, во-вторых, растет в своей профессии и, в-третьих, делает всё для того, чтобы артистам было комфортно.
Вы познакомились на съемках?
Я много куда пробовалась, но по каким-то причинам к Фёдору Сергеевичу Бондарчуку меня не взяли, а на проект Сарика, куда я проходила обычный кастинг, без чьей-либо помощи, взяли. Взяли просто потому, что я подошла и понравилась. Это меня зацепило. Хотелось бы, чтобы все актеры, которые снимаются в кино, были на своих местах и играли роли, на которые они действительно подходят, а не почему-то еще.
Помнишь свое первое впечатление о Сарике?
Помню, я страшно нервничала. Меня пригласили в полный метр. Съемки в Испании. График — с восьми до шести. На обед осьминоги. За мной бегает помощник. Вся съемочная группа говорит на английском языке. Все артисты — профессионалы. У всех фильмографии, а я в настоящих фильмах-то еще не снималась! Я слушала внимательно всё, что Сарик мне говорил, потому что просто не знала, что мне делать. (Смеется.) Это не съемки сериала в Подмосковье. Вообще другой уровень.
То есть опять стресс — теперь уже от хорошей жизни?
Ну вот видишь, рост там, где страх и стресс. Только так я выхожу на новый уровень.
Нет ревности, если кто-то из вас работает на стороне?
Наоборот. Я снимаюсь не в каждом проекте Сарика, и мы как раз работаем над тем, чтобы я снималась не в его проектах. Главное, чтобы роль совпадала с моим типажом, возрастом и органикой. У меня нет цели сыграть все роли в этой жизни.
Представь, что у тебя, как в «Последнем киногерое», есть возможность стать одним из персонажей фильма. Что бы ты выбрала?
Ты будешь смеяться, мне нравятся эротические триллеры. (Смущенно.) «Девять с половиной недель», «Основной инстинкт», «С широко закрытыми глазами».
Ты прямо готова стать героиней эротического фильма?
(Хохочет.) Но помечтать же можно!
Как думаешь, есть у тебя шанс сняться в таком фильме?
Почему нет? Но у меня был бы дублер. Более того, у нас должен случиться проект «Рынок шкур», в котором я буду играть, и это будет откровенно.
А дублера хочешь ты или Сарик?
Он. Но, конечно же, я тоже. (Смеется.) Хотя я себя раскрепощенно чувствую на площадке. Многие артисты принципиально не раздеваются в кадре. Не целуются. А у меня нет стеснения. Мне нравится мое тело. Я сейчас сыграла во второй части сериала «Чикатило» манекенщицу. Там есть постельная сцена. Без проблем! Мой партнер, Алексей Кирсанов, сказал: «С тобой так комфортно, как будто я тебя тысячу лет знаю. Ты так спокойно себя чувствуешь!» А что такого-то? Это же кино, это не по-настоящему!
Но ты ведь в курсе, что это увидят родители и бабушка?
Для них я уже состоявшийся человек. Они долго переживали за меня, а потом как будто успокоились и отпустили. Только бабушка записывает на листочек фильмы, в которых я снимаюсь, чтобы потом сообщить в своем комьюнити. (Улыбается.)
У тебя в Твери клуб поклонниц?
(Смеется.) Ну нет. Судя по социальным сетям, у меня все-таки больше поклонников-мужчин!
Фото: Иван Пономаренко. Стиль: Александра Шуляк. Макияж: Екатерина Ушкалова/BrushMe Bar. Прически: Майя Колдаева /Leonid Romanov Hair для L’Oréal Professionnel