Известные актёры СССР не любили вспоминать о том, что они воевали
Самые страшные страницы истории нашей страны вписаны в биографии многих советских звезд экрана и сцены. Большинство мужчин – артистов, по возрасту подлежащих призыву, ушли воевать в самые первые дни войны. Других, кто моложе, призывали чуть позже, когда подходил их возраст, рассказывает обозреватель Петропавловск.news.
Хотелось бы назвать всех артистов — воинов, но едва ли это возможно. Насчитав более 200 знаменитостей в документах о награждении на сайте «Память народа», пришлось остановиться, чтобы не обидеть тех, кто пусть и не стал так известен, как, к примеру, Никулин, Бондарчук, Папанов, Этуш, Гердт, Глузский, Смоктуновский, но тоже честно воевали, защищая Родину.
Некоторые так и «не вернулись из боя, а превратились в белых журавлей». Другие вернулись, но покалеченными.
Ходил на протезе режиссер Ростислав Ростоцкий, а Зиновия Гердта друзья тоже узнавали по походке – он хромал после тяжелого фронтового ранения. От полной ампутации его спасла – бывают же такие совпадения! –жена Сергея Королева, будущего конструктора космических кораблей.
А вспомним, как лихо плясал Михаил Пуговкин свой задорный танец «В ту степь» в фильме «Свадьба в Малиновке», хотя его ноги тоже были изранены на фронте. Кто-нибудь замечал его хромоту? Не принято было у фронтовиков жаловаться на боль и неудобства! Ведь почти все они были на войне ранены или потеряли здоровье.
Помню, работая в школе в 60-е годы, мы с учениками затеяли ко Дню Советской армии и флота оформить стенд об учителях — фронтовиках. Дети были изумлены, узнав, что все их учителя-мужчины воевали и имели боевые награды, но никогда не носили их. Стеснялись… Не хотели выделяться среди молодых невоевавших коллег и женщин. Да и войну вспоминать не всем хотелось. Разве что в праздники, когда все надевали парадные пиджаки, на которых, на радость мальчишкам, поблескивали ордена и медали. Большинство артистов скромничали так же, как наши учителя. А ведь многим было что рассказать.
Юрий Никулин, один из самых популярных артистов XX века, получил за свою жизнь немало наград и званий, включая Народного артиста и Героя Соцтруда. Но самые первые его награды — боевые медали «За отвагу», «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией».
Он однажды говорил в интервью:
«Не могу сказать, что я отношусь к храбрым людям. Нет, мне бывало страшно. Все дело в том, как тот страх проявляется. С одними случались истерики — они плакали, кричали, убегали. Другие переносили внешне спокойно… Но первого убитого при мне человека невозможно забыть».
А ведь это грустные слова самого веселого человека в стране – клоуна!
Не все хотели вспоминать войну. Но некоторые фронтовики, создавая фильмы-шедевры или играя роли, достойные самой высокой оценки зрителей, несомненно использовали впечатления своей военной юности.
Анатолий Папанов, неподражаемый Серпилин в фильме по роману К. Симонова «Живые и мертвые» и в главной роли в фильме «Холодное лето 53 года», с первых дней войны находился на фронте.
В звании старшего сержанта он командовал взводом зенитной артиллерии. 22 марта 1942 года попал в окружение под Харьковом и получил тяжёлое ранение: взрывом ему сильно изуродовало правую ногу. Шесть месяцев он провёл в госпитале и в 21 год стал инвалидом. В 1943 году Анатолий Дмитриевич вернулся в Москву и поступил на второй курс актёрского факультета ГИТИСа, пообещав исправить хромоту. Его однокурсницей была Надежда Каратаева, также участница войны. Они расписались в 1945 году, на десятый день победы советских войск, и не разлучались до самой его смерти в 1992 году.
Станислав Ростоцкий — кинорежиссёр, сценарист, педагог, публицист, Народный артист СССР (1974), Лауреат Ленинской (1980) и двух Государственных премий СССР (1970, 1975). В мирное время он считался нестроевым из-за болезни позвоночника. Однако в феврале 1942 года его, студента ВГИКа, призвали в армию и отправили в запасную стрелковую бригаду… фотографом. Ведь по документам он числился кинооператором. Но он в сентябре 1943 года буквально сбежал на фронт из своей части, где мог бы отсиживаться до конца войны. Его отправили в боевой кавалерийский полк. Гвардии рядовой Ростоцкий участвовал в боях, пройдя путь от Вязьмы и Смоленска до Ровно. Там, под Дубно, 11 февраля 1944 года он получил тяжёлое ранение в сражении 29-го гвардейского кавалерийского полка с выходящими из окружения фашистами. Что это было за ранение!
«По мне танк проехал… Жив я остался только благодаря друзьям и тому, что вот эта (нижняя — прим.) часть тела провалилась в окопчик. Поэтому была разрушена только нога и грудная клетка. И рука была оторвана. А потом ещё осколком в лоб съездило… Я был абсолютно беспомощный, и молодцы ребята, что отняли у меня пистолет. Потому что, если бы они не отняли, то я бы, наверное, застрелился», — рассказывал Станислав Иосифович сыну уже на склоне лет.
Он был спасён одним из проходивших мимо солдат, затем фронтовая медсестра Анна Чугунова дотащила его до госпиталя. Именно ей Ростоцкий посвятил свой фильм «А зори здесь тихие». Девушка-спасительница тоже была ранена и ослепла. Но Станислав Иосифович привел ее на просмотр фильма и два часа рассказывал ей, что происходит на экране. После ранения из-за развившейся гангрены ему ампутировали ногу ниже колена, и всю оставшуюся жизнь он ходил на протезе. При этом вёл настолько активный образ жизни, что многие даже не догадывались о его травме. Он отказывался ходить с палкой даже в конце жизни, когда испытывал особенно острые боли.
Как и многие фронтовики, С.Ростоцкий только после долгого лечения в госпиталях в сентябре 1944 года поступил на режиссёрский факультет ВГИКа, в мастерскую Григория Козинцева. Учился семь лет, поскольку одновременно с учёбой работал в картинах мастера на киностудии «Ленфильм». В 1952 году Ростоцкий получил направление на Киностудию им. М. Горького, где и проработал всю жизнь. Был автором и соавтором сценариев собственных фильмов. Дважды его фильмы были номинированы на «Оскар» («А зори здесь тихие», «Белый Бим Чёрное ухо»).
По опросам журнала «Советский экран», трижды его картины признавались лучшими фильмами года («А зори здесь тихие», «Доживём до понедельника», «Белый Бим Чёрное ухо»).
Опубликовал множество статей в журналах «Искусство кино», «Советский экран», в сборниках воспоминаний о Сергее Эйзенштейне, Григории Козинцеве, Андрее Москвине, Леониде Быкове.
Пётр Ефимович Тодоровский (1925—2013) — советский и российский кинооператор, режиссёр, сценарист и композитор, Народный артист РСФСР, Заслуженный деятель искусств Украинской ССР. Лауреат Государственной премии РФ и премии «Ника». Номинант на премию «Оскар» (1985) в категории «Лучший фильм на иностранном языке» за фильм «Военно-полевой роман». Он говорил, что его интересовала не война, не битвы и атаки, а человек на войне. Что может быть более экстремальное, чем гибель 3000 его однокурсников по военному училищу, когда только он сам и двое его друзей уцелели лишь потому, что командир отправил их на заготовку дров, и они не попали на фронт?! Все, что 20-летний Петр Ефимович пережил на войне, он хранил в своей памяти и рассказал нам в своих фильмах. Они получались именно такими – о людях в экстремальных условиях, за что их и любили, и запрещали и… награждали.
Невозможно в одной статье рассказать обо всех артистах, кто защищал Родину в самое опасное для нее время. Как правило, защитники были совсем молодыми, в основном, 20–летними «стариками», как воспринимали их однокурсницы –вчерашние школьницы, с которым этим «закаленным в боях солдатам, не знающим слов любви», повезло выжить, чтобы учиться после войны в театральных и «киношных» вузах.
Они уходили на войну из студенческих аудиторий. Студентами Высшего театрального училища имени Щепкина на фронт ушли популярные впоследствии Евгений Весник, Владимир Этуш, Юрий Катин-Ярцев и Николай Пастухов. В Ростовском театральном вузе до самого начала войны учился Сергей Бондарчук, а в 42 г. он тоже ушел на фронт. Павел Винник, Владимир Самойлов и Василий Корзун, едва поступив в Одесское театрально-художественное училище, тоже получили повестки о призыве в армию. Николай Еременко-старший и Павел Луспекаев не успели сделать и этого. Подделав документы о своем возрасте, они в 15 лет отправились на передовую добровольцами. Большинство этих лицедеев воевали с оружием в руках, а Зиновий Гердт гордился тем, что он не пел, не плясал, а воевал по-настоящему.
Не только «зеленые салаги», но и артисты более старшего поколения вносили свой вклад «в обслуживание бойцов на всех фронтах», становились в ряды концертных фронтовых бригад. В наши дни можно прочитать на разных сайтах, что тот или иной московский театр первым создал концертную бригаду и отправил ее на фронт. Так пишут о знаменитых стариках МХАТа, о Лидии Руслановой. Это и правда, и немного фантастика. Кто мог точно установить первенство выступлений на фронте, когда враг уже бомбил советские города, а некоторые группы артистов в то время находились там на гастролях! Например, 21 июня 1941 года артисты Малого театра во главе с Н. А. Анненковым играли шефский концерт в красноармейском гарнизоне под Ковелем, где с 22-го уже шли бои, и актёры, продолжив работу в войсках, автоматически стали передвижной фронтовой бригадой.
Тогда еще молодая актриса театра Красной армии Нина Сазонова (1917-2004) свой первый концерт для бойцов, уходящих на фронт, дала на Белорусском вокзале — пела под баян русские народные песни. Через некоторое время и сама актриса вместе с бригадой театра отправилась на фронт. Она во время битвы за Москву вместе с актёрами своего театра выступала в воинских подразделениях, в госпиталях, на передовой. Нина Афанасьевна, тогда еще Ниночка, дважды попадала в окружение, одна блуждала по лесам, но судьба была милостива к ней — актрисе удавалось выйти к своим. Однако все эти приключения стоили актрисе здоровья. Её, вернувшуюся с фронта, не узнавали коллеги — так она изменилась.
В неразберихе первых дней войны довольно скоро был наведен порядок. Организация фронтовых бригад, а затем и фронтовых театров, была поручена Всероссийскому театральному обществу (ВТО). У истоков этих театров стояли видные деятели советского сценического искусства: А. А. Яблочкина, Ю. А. Завадский, А.Д.Дикий, С. М. Михоэлс, А. А. Гончаров, И. М. Туманов, Е. Ф. Дзиган и другие, как теперь сказали бы, звезды.
Из самых знаменитых артистов Вахтанговского, Малого, Ленинградского театра драмы им А. С. Пушкина, Ленинградского Большого драматического театра им. М. Горького и др. были созданы фронтовые филиалы. Они готовили специально для выступлений на фронте короткие искрометные спектакли, скетчи и даже оперы, не говоря уж о сборных концертах. На положение фронтовой бригады перешла группа артистов Театра Красной Армии – ему сам театральный бог повелел выступать в таких бригадах.
Деятельностью фронтовых бригад руководил штаб, созданный в Москве при Центральном Доме работников искусств (ЦДРИ). В спектаклях и концертах фронтовых театров принимали участие артисты всех поколений и мастера всех жанров. Всего работало околи 4 тысяч фронтовых бригад. В них принимали участие 42 тысячи актёров, многие выступили на фронтах по 300 раз, причем, в непосредственной близости к передовой. Не было ни одной части, где не побывали бы фронтовые театры и бригады. Артисты провели для советских воинов 1 миллион 350 тысяч спектаклей, концертов, творческих встреч. Им приходилось играть везде — на палубах военных кораблей, на аэродромах, в землянках, в блиндажах, на вокзалах, в агитпунктах, в медсанбатах, на лесных полянах, в оврагах. В работе фронтовых бригад участвовали ведущие мастера советского искусства: Н. К. Черкасов, М. И. Царёв, Н. П. Хмелёв, В. И. Качалов, Е. Н. Гоголева, А. Ф. Борисов, Б. Г. Добронравов, И. В. Ильинский, А. П. Зуева, И. М. Москвин, А. К. Тарасова, П. М. Садовский, Е. Д. Турчанинова, А. А. Остужев, Е. П. Корчагина-Александровская, В. Н. Пашенная, В. Н. Рыжова, М. М. Тарханов, К. В. Скоробогатов и другие.
Существовали такие концертные коллективы в Казахстане и в других республиках Центральной Азии. Деятели культуры и искусства этих республик тоже вели большую шефскую работу по обслуживанию воинов Красной Армии и трудящихся тыла. Они выступали перед воинами Советской Армии и Военно-Морского флота. При СНК КазССР была создана комиссия по руководству шефской работой в воинских частях Советской Армии (А. Жубанов, Б. Ерзакович, Г. Мустафин и др.). Всего в годы войны было направлено на фронт одиннадцать концертных бригад, семь из которых были сформированы из артистов казахстанских театров и республиканской филармонии. Четыре бригады сформированы из работников эвакуированных театров (киевские – им. И. Франко и музыкальной комедии, днепропетровские – им. Т. Шевченко и им. Артема).
Большую плодотворную работу в воинских частях действующей армии вели руководители бригад, писатели А. Абишев, Г. Мустафин, поэт Г. Орманов, начальник управления по делам искусств при СНК КазССР С. Толыбеков, члены бригад К. Байсеитова, Ш. Жиенкулова, У. Турдыкулова, М. Абдуллин, Г. Курмангалиев, М. Ержанов, Е. Иванов, Е. Умурзаков, Ж. Омарова и многие другие. Казахстанские фронтовые концертные бригады обслуживали бойцов и командиров Калининского, Северо-Западного, Сталинградского, Юго-Западного, Белорусского фронтов, Особого Дальневосточного военного округа и Тихоокеанского флота. Они дали 15 670 спектаклей и концертов.
Самые известные концертные бригады были созданы на базе музыкальных коллективов Казахской государственной филармонии им. Джамбула и Казахского национального оркестра им. КазЦИКа. В марте 1944 г. ансамбль народной артистки республики Шары Жиенкуловой выступал перед трудящимися Урала, Сибири, Кузбасса. Особенно часто и восторженно СМИ военного и послевоенного времени писали о концертах «маленькой казашки» Розы Баглановой. Её визитная карточка –песня «Самара-городок» и некоторые другие музыкальные композиции, по словам певицы, были подарены ей самой Лидией Руслановой, самой известной участницей фронтовых концертов, прошедшей четыре войны –от Первой мировой до Великой Отечественной. Роза Багланова была почти на 20 лет моложе Руслановой, но знаменита не менее, чем ее старшая подруга. Правда, на фронтах «маленькая казашка» выступала как солистка Государственного женского ансамбля песни и пляски Узбекской ССР. Но это ничуть не умаляет ее заслуг перед своей страной. Так сложилась ее судьба, что она еще до войны вынуждена была переехать из родного маленького Казалинска в огромный Ташкент. Именно там Роза, 20-летняя студентка текстильного института, стала известной певицей и получила направление на учебу в московскую консерваторию. Но мечта Розы стать оперной певицей тогда не осуществилась. Грянула война, и узбекский ансамбль, в котором «маленькая казашка» была солисткой отправился на фронт «обслуживать бойцов Красной армии». А подобный узбекскому казахстанский ансамбль за четыре года дал более тысячи концертов, часто выступая вблизи передовой. Незадолго до кончины Розы Тажибаевны вышли в свет ее мемуары. В них певица рассказала, что га фронте она «могла петь по 10-12 часов подряд, не обращая внимания ни на нагрузку на голос, ни на свист пуль, ни на разрывавшиеся вокруг снаряды». Во время одного из таких концертов она получила ранение, которое почти лишило ее зрения. «…Маленький осколок попал мне в роговицу левого глаза. Меня повезли в ближайший госпиталь, дали лекарства, но оперировать не стали. Врачам было не до меня, и я это понимала: рядом на койках стонали солдаты без рук и без ног. Через некоторое время я ослепла на оба глаза». Впоследствии Роза Тажибаевна перенесла шесть операций и вернула себе зрение, но ранение не раз напоминало о себе в течение всей последующей жизни.
На фронте Роза Багланова не только пела, но как и многие другие фронтовые артисты, при необходимости помогала санитарам переносить и перевязывать раненых. Она бралась за любую, даже самую сложную работу. За свое мужество Роза Багланова, единственная из артистов, дважды была награждена медалью «За боевые заслуги». Первую ей вручал маршал Конев, а вторую – маршал Рокоссовский. Казахстанцы обожали свою Розу, а она уже в мирное время объехала с концертами полмира. Везде ее встречали цветами и аплодисментами.
На фото: Народная артистка СССР Куляш Байсеитова и Народные артисты Казахской ССР Елубай Умурзаков, Манарбех Ержанов, Жамал Омарова и другие артисты Казахстана после концерта для фронтовиков. Весна 1942 год.