Никас Сафронов: Первые портреты Путина я продавал за 200 долларов
Кто не знает Никаса Сафронова? Для миллионов россиян он едва ли не главный художник-современник. Арт-сообщество, правда, от такой славы иногда морщится. Но Никас вхож в куда более высокие круги. Или успешно делает вид.
Художник еще в молодости осознал, что талант не приносит так много денег, как пиар. Поэтому активно знакомился с журналистами на разных мероприятиях. С корреспондентом «Собеседника» познакомился в середине 1990-х в… туалете казино Golden Palace. Не растерялся: «Ой, а напишите обо мне!» – и протянул визитку. На мероприятиях он появлялся со стопкой визиток и раздавал их всем. Позже vip’ам стал дарить их портреты, а видя, что у кого-то берут телеинтервью, подходить к камере так, чтобы оказаться хотя бы на заднем плане.
Пиар до власти доведет
У Никаса большая коллекция портретов российской элиты – министры, губернаторы, главы корпораций. Столпы политики других стран – Гейдар Алиев, Дональд Трамп, арабские шейхи… Он не скрывает, что зарабатывает в основном портретами.
Поначалу мало кто хотел позировать Сафронову и портреты делались с фотографий. Английской королеве, президенту США отправлялись из Москвы посылки. Некоторые в ответ из вежливости присылали благодарственные письма. Андрей Макаревич и тогдашний министр культуры Соколов признавались, что не знают, куда девать работы навязчивого художника. Макаревич утверждал, что встречаться для принятия подарка отказался, но Никас приехал прямо к дому и буквально всучил. Пришлось бросить на чердак, не распаковывая, зато потенциальным заказчикам можно говорить, что и у Макаревича хранится такая работа.
Но главный объект интереса художника – Владимир Путин. На вопрос «Собеседника» о том, позировал ли ему президент, Сафронов ответил уклончиво:
– Не скажу… Или давайте так отвечу: первый его портрет был собирательный, я наблюдал за ним и потом писал на холсте. Позже по заказу разных чиновников делал с этого портрета копии. Их я продавал за символическую сумму – двести долларов. Фото: Instagram
Экс-министру внутренних дел России и коллекционеру живописи Андрею Дунаеву портрет Путина был продан на заре президентства за несколько тысяч долларов. Когда стала всплывать информация о том, что ему скорее всего всучили подделку, Дунаев был в ярости.
Позже разгорелся еще один скандал – с губернатором Ульяновской области Юрием Горячевым.
– Меня подставил один человек по фамилии Гайсин, – объяснял «Собеседнику» Никас. – Я действительно написал портрет Горячева и хотел ему при встрече подарить. Но Гайсин за моей спиной по доверенности на продажу недвижимости выставил на продажу портрет (хотя права не имел). Кто-то написал, что купит его и поставит у себя в туалете. Об этом узнал Юрий Фролович, разозлился, через своих людей выкупил портрет и сказал, что близко Сафронова к себе не подпустит. Потом мне пришлось долго добиваться аудиенции с ним и доказывать, что я не имею никакого отношения к этому скандалу. Кстати, этот же Гайсин со своим другом подделывали мои картины. Брали фотографию из моего альбома, переносили на холст, замазывали бесцветной замазкой, чтобы придать фактуру, – и создавалось ощущение, что написано маслом. А потом продавали под моим именем. Так портрет Владимира Путина попал к Андрею Дунаеву. Подделку распознали, этих мошенников арестовали. Но я решил их простить. К слову, потом Гайсин погиб под колесами поезда.
При жизни у Александра Гайсина была своя версия событий: в один момент, когда скандалы с «художествами» стали выходить наружу, из его комнаты якобы исчезли его документы, 30 картин Никаса и договоры с художником. Гайсин утверждал, что отправил в полицию копии документов, связанных с подделками картин. Если информация о гибели Гайсина верна, история становится совсем уж детективной. Ведь именно Сафронова обвиняли когда-то в том, что он купил чуть ли не первый в Москве принтер для печати на холсте и промышлял «раскрашенными фотографиями».
Вид на Кремль
Кто же он: главный придворный художник, вхожий в российскую элиту путинописец или находчивый Остап Бендер нашего времени?
В светском обществе Москвы Сафронов, конечно, застолбил себе место. Олег Газманов рассказывал «Собеседнику», как лично позировал художнику: «Довольно быстро, не мучил. Полчаса где-то. Он как будто интервью у меня брал».
– Есть ли у меня любимая картина Сафронова? – переспрашивает корреспондента «Собеседника» Владимир Жириновский. – Есть, конечно! Он сделал мой портрет. Мне это очень нравится. Как раз ему было 50. Я был у него на том юбилее, он там и вручил мне портрет.
– То есть он решил себе такой подарок сделать?
– Так совпало. У меня по рисованию была тройка, я восторгаюсь тем, какой он великий художник!
Сафронов совершенно не стесняется самовозвеличивания, доходящего порой до абсурда. Например, может рассказать в интервью историю о некой израильской девушке, признающейся, что в школе изучает творчество Никаса «как классика». «А кого еще?» – якобы спрашивают у девушки. – «Пикассо и Дали». Фото: Global Look Press
А вот речь, произнесенная художником для журналистов после шикарного банкета по случаю собственного 60-летия:
– Россия нуждается в таких знаковых фигурах, как я. Я прихожу в школы, в детские дома. Дочка моих знакомых увидела картинку и спросила: «Неужели это сам Никас? Вы видели вживую Никаса?!» Ей стало плохо. Это хорошо, что ей стало плохо. Хорошо, что есть реальные образы – не случайные западные, а наши, свои. Когда в Ростове на мою выставку стояли в очереди по четыре часа, мне было лестно – это хороший знак, что ходят на выставки современных, сегодняшних художников.
Нет, Никас не выглядел пьяным после застолья.
Смех смехом, но в начале 2000-х художник купил сразу целый этаж в знаменитом кооперативном артистическом доме в Брюсовом переулке. В самом центре столицы, в двух минутах ходьбы от Кремля. Изначально в нем было пять этажей. Потом достроили шестой. На фасаде – множество памятных досок с именами народных артистов СССР. И еще одна табличка: «Охраняется государством». Как исторический памятник.
Но художник Сафронов в свое время решил, что тесновато ему на последнем этаже, и… надстроил еще два. Говорят, что в результате реконструкции были разрушены несущие конструкции, изменена форма крыши, уничтожена звукоизоляция. Потолки у соседей снизу дали трещину, что в свою очередь дало им право подать в суд на Сафронова. Рассказывают, будто во время процесса оказалось, что чердак ему не принадлежит. Но… портреты московских чиновников во главе с тогдашним мэром Лужковым, которые писал в свое время Никас, сделали свое дело: никто надстройку сносить не стал. Государство закрыло глаза на охрану исторического памятника. И теперь на самом верхнем этаже, где расположена огромная терраса Сафронова, сын художника Лука играет на огромном черном рояле и они вместе любуются видом на Кремль. Общая площадь трехэтажной квартиры художника – 1000 кв. метров. Фото: Global Look Press
О письме против Ходорковского:
«Не хочешь подписать? Так и доложить ТАМ?»
На вопрос, зачем в свое время подписывал письмо в поддержку приговора по «делу ЮКОСа», Никас ответил:
– Да, подписал. И если бы сегодня принесли это письмо, подписал бы снова.
– Вы так хорошо изучили это «дело»?
– Послушайте, я узнал о Ходорковском такое количество информации, что уши вянут. И потом… Ко мне пришли, спросили: «Что вы думаете насчет налогов?» Отвечаю, что каждый должен платить налоги. И это письмо… Намекают: «Не хочешь подписать? Нет? Так и доложить ТАМ?» Ты же понимаешь, что живешь в социуме, когда находишься в состоянии мира в своем государстве, должен поставить перед собой выбор, на чьей ты стороне.
– Вас за это наградили?
– Никаких дивидендов с этого я не получил.
* * *
Материал вышел в издании «Собеседник» №21-2020 под заголовком «Сафронов продавал Путина за 200 долларов».