Авиакатастрофа под Чугуевом: суд арестовал командира военной части

Печерский суд Киева взял под стражу командира воинской части А-4104 в Чугуеве Вячеслава Глазунова по подозрению в халатности и нарушении подготовки и правил полетов, которые повлекли крушение самолета Ан-26 и гибель 26 военных.
Об этом во вторник, 22 декабря, сообщает hromadske.
Так, по версии следствия, Глазунов утверждал план полетов, который предусматривал учебные полеты с остановками для технического обследования. Он разрешил проведение конвейерных полетов, во время которого самолет после совершения одного вылета не останавливается, а к управлению летательным аппаратом привлекается другой пилот. По мнению следователей, этот формат полетов привел к тому, что экипаж узнал об отказе левого двигателя уже находясь в воздухе.
Кроме того, следствие считает, что допуск 18 штурманов вместо 10 было нарушением. Прокуроры заявили, что на борту было всего 10 парашютов и столько же кислородных масок что указывает на превышение числа людей, входящих в экипаж Ан-26. Следователи также подчеркнули, что командир экипажа Богдан Кишеня не практиковал ночные полеты на протяжении 11 месяцев и потому не должен был быть допущен на борт. Прокуроры утверждают, что у Кишени были проблемы с посадкой самолета, и его руководство должно было это учесть.
Прокуратура просила взять под стражу Глазунова, а адвокат подозреваемого Сергей Рогозин просил оставить ходатайство без удовлетворения, отметив, что его подзащитный не собирается скрываться от следствия. Также адвокат заявил, что в плановой таблице полетов отсутствует информация о конвейерных полетах. Прокуроры в ответ заявили, что там указаны остановки, которые должны были осуществляться, но не осуществлялись.
Адвокат упомянул о положительной характеристике Глазунова, в которой говорится о его участии в боевых действиях и наличии наград от Минобороны. Кроме того, защита утверждает, что военный страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями.
В свою очередь Глазунов сказал, что вес на борту не был превышен, а о допуске Кишени решение принимал не он. Также военный заявил, что конвейерные полеты не были систематическими, а еще сказал, что в тот день не был командиром смены, а потому не мог это проконтролировать.
Кроме того, Глазунов сказал, что у каждого из военных были парашюты и кислородные маски, а техническая проверка не дала бы результатов, поскольку поломка произошла во время набирания скорости.

"В этот день я был старшим первой смены, старшим второй смены был мой заместитель. С 15:30 до 18:00 я был уже в своем рабочем кабинете, работал с документами. Наблюдение выполнял другой человек. Меня обвиняют в том, что я давал команду на конвейер? Я не давал команду на конвейер. Ее дает командир полетов. Да, старший по смене его контролирует, может вмешаться и не допустить этого. Но я это сделать не мог, поскольку не был на месте в это время", - сказал в суде Глазунов, уточнив, почему о решение о допуске пилота принимал не он.
"Касательно Кишени. Я не имел права его проверять, так как я не имею допуска, у меня есть допуск только на самолет Л-39. Непосредственно его подготовкой занимается руководитель эскадрильи. Так, контрольный полет ему дал командир и после контрольного полета, решил, что он готов, после этого Кишеня полетел сам, а потом с курсантами. И это контролирует мой заместитель по летной подготовке", - подчеркнул военный.

Напомним, вечером 25 сентября в Харьковской области при заходе на посадку потерпел крушение военный самолет Ан-26. На борту были члены экипажа, курсанты и офицеры Харьковского университета Воздушных сил ВСУ — всего 27 человек. В живых остался только Вячеслав Золочевский.
6 октября на аэродром Кульбакино были доставлены тела трех курсантов – Владимира Олабина, Андрея Померанцева, а также уроженца Херсона Александра Клевца.
Отец погибшего николаевца — депутат областного совета Вадим Олабин — рассказывая о сыне в интервью одному из каналов, охарактеризовал состояние учебных самолетов в Украине как «гробы с крыльями».